Мертвый лед
Шрифт:
Я опустила взгляд на пол, который уже начинала покрывать капельным узором моя кровь.
– Мика...
Но он снова зарычал, склонился надо мной, прижался, зарылся лицом в мои волосы, а затем я почувствовала, как он резко ткнулся мордой мне в шею. Коты часто прихватывают партнера зубами за холку во время сношения, но, если тот, кого я чувствую, укусит меня за мою человеческую шею, меня больше не будет, или я останусь калекой на всю оставшуюся жизнь, если не смогу исцелиться.
Брэм по широкому кругу обходил нас, подняв руки, направив свой ствол в потолок.
–
Я чувствовала его горячее дыхание, когда он с шумом задышал в моих волосах, но он не просто принюхивался ко мне. Я чуяла его, моя черная тигрица заурчала во мне, пробуждаясь и раздражаясь. Нам не нравились когти на нашем плече, ни капельки.
– Быстро, найди Джейд, приведи ее сюда, живо!
– велел Брэм. Я слышала, как кто-то убежал, но Бенито был все еще в комнате, значит в коридоре толпятся и другие охранники.
– Мика, - позвал Рафаэль, - скажи что-нибудь. Дай нам знать, что ты осознаешь, кто мы, и что не навредишь Аните.
Тигр отстранился от моих волос. Я почувствовала, как расслабились мышцы в его руках, и он убрал когти с моего плеча.
– Я здесь. Я здесь, - ответил он низким и глубоким голосом, исходящим из груди тигра, которая была шире, чем даже в его форме леопарда.
– Мой король, - заговорил Бенито, - вам стоит подойти ко мне, не нужно вам быть здесь.
– Это так, Мика, ты опасен для нас?
– Я все осознаю, но у меня есть кое-какие проблемы в возвращении себе полного контроля, - произнес человек-тигр, почему-то я не могла думать о нем, как о Мике, как когда он обращался пантерой.
– Какого рода проблемы?
– уточнил Бенито.
– Не стреляй в него, Бенито, - предупредил Рафаэль.
– Комната слишком маленькая, а вы слишком близко, мой король.
– Анита, призови своего леопарда, напомни ему, кто он есть, - сказал Брэм, очень медленно опустившись на колени рядом с нами, и тигр обернулся и зарычал на него.
– Извини, - сказал Мика.
– Мне не нравится, что в комнате так много людей или пушек.
Брэм держал руки поднятыми, пистолет был направлен вверх, но он был от нас меньше, чем в метре. Он может не успеть опустить пистолет, прицелиться и выстрелить, прежде чем вертигр доберется до него. Он не просто рисковал своей жизнью, он ею жертвовал.
Я хотела сказать: "Не нужно, Брэм," - но именно в этот момент моя тигрица устремилась по длинному коридору внутри меня. Она решила позаботиться о нас, обеспечить нас когтями и клыками, чтобы мы могли защититься. Капельный узор на полу стал еще краше, кровь стекала тонкой струйкой по моей руке и наконец присоединялась к брызгам, начиная собираться в лужу. Я была ранена, истекала кровью. Это совсем не помогало сопротивляться тигрице, которая со всех лап мчалась на помощь.
– Приближается моя черная тигрица, Мика.
Вертигр снова уткнулся мне в шею, но на этот раз он не зарычал мне в спину. Он почти... замурлыкал.
– В этом теле она так хорошо пахнет.
– Ты будешь не рад, если призовешь ее. Она вне себя, потому что нам больно.
Он
– О, Анита, мне так жаль, я никогда раньше так не ранил тебя.
– Тебе стоит слезть с нее, прежде чем ее тигрица решит заставить тебя это сделать, мой друг, - предупредил Рафаэль.
– Пожалуйста, Мика, она близко и не слушает меня.
Он начал выходить из меня, отводя бедра назад, но все еще был по большей части внутри. Я увидела, как прыгнула моя тигрица, словно сгусток тьмы обрел мех и мускулы, и с рыком врезалась в меня. Это было похоже на столкновение с товарником, только вот это мое тело было на пути, было поездом, тюрьмой, которую она пыталась разрушить. От удара меня подбросило вверх, толкнув на вертигра за моей спиной, впечатав нас обоих в стену, протащив через комнату. Тело Мики приняло на себя весь удар, или я сломала бы что-нибудь.
Мое человеческое тело было оглушено, дыхание сперто, я распласталась на пушистом теле позади, но тигрица могла двигаться. Она вскочила, но что-то в моем состоянии заставило ее просто стоять, мы вдруг замерли в коридоре спиной ко входу, рыча, пригнувшись на кончиках пальцев рук и на мысках, словно я не могла вспомнить, передвигалась ли я на четырех или двух ногах.
Вертигр, который был Микой, выскочил из дверей, ссутулив массивную верхнюю часть человекоподобного тела и уставившись на меня глазами как пламя. Я взревела на него, раздирая горло этим тигриным ревом, но казалось, что тигрица выяснила, как встать у руля, и у меня не получалось вернуть себе контроль. Все, что было в моих силах - смотреть, как она бросилась на черный силуэт в дверях.
Вмешался Брэм, блокируя мою руку и вставая между мной и моей добычей. Я попыталась полоснуть его лицо, но когти, которые я отчетливо "видела" в своей голове, прошли сквозь него, как будто их и не было. Я хотела ударить его хуком слева, но плечо не слушалось, и Брэм просто оттолкнул мою руку, надвигаясь на меня, заставляя отступать не ударами, а просто одним своим размером. Он был выше меня, а не должен был быть.
Моя тигрица должна быть больше, что-то было... не так.
Моя тигрица зарычала, и звук, исторгнувшийся из меня, причинял боль, словно мое горло не было приспособлено для этого. Я бросилась на колени и смогла рассмотреть Мику за ногами Брэма. Он все еще был в тигриной форме, но протянул ко мне свою когтистую лапу, залитую моей кровью.
– Прости.
Мика медленно завалился на иол, так и протянув ко мне руку. Я начала было подползать к нему, но Брэм опустился на колени и остановил меня.
– Не уверен, что он уже пришел в себя.
Я понимала, о чем Брэм говорит, и моя внутренняя тигрица была согласна, что подходить к Мике слишком опасно, но мне, мне самой, хотелось прикоснуться к нему. Черный человек-тигр посмотрел на меня, и в одно мгновенье его глаза сменились с огненно-желтых на шартрезовые глаза леопарда. Он перекатился на бок и взглянул на меня, черный мех исчезал, и под ним проступало его человеческое тело сквозь черные на черном полосы.