Мёртвый город

Пучков Лев Николаевич

Бред, бред, бред…

Какой, в зуб мне дрель, сертификат?! Что это может быть такое, что Некто повёлся на это – в то время как сам я даже не попытался что-то приврать и придумать?..

– А почему сразу не сказал?

– А вы не спрашивали.

– Разумно, – кивнул Некто. – Козырь оставил про запас. А ты не так глуп, как выглядишь. Может, от тебя ещё какая-то польза будет.

– Ннн… Гхм-кхм… Надеюсь, что так и будет.

– Хорошо. Поехали, посмотрим вашу явку.

* * *

Скажи мне кто

месяц назад: «Представляешь… Ты будешь кататься на вездеходе!!!» – я бы пожал плечами. Ну и что тут такого, кататься так кататься, к чему это придыхание и остекленевший взгляд?

Скажи мне кто три дня назад, два, да даже сегодня утром: «Представляешь… Ты будешь кататься на вездеходе!!!» – я бы потрогал лоб у сказателя и озабоченно спросил, не стукнулся ли он давеча темечком об крылечко.

Вот вам простой пример влияния меняющихся условий существования на отношение к одним и тем же вещам и явлениям и формирование новых стереотипов.

Итак, я ехал на вездеходе. Нет, не катался и не по своей воле, а в приказном порядке и по делу.

Некто взял с собой троих бойцов плюс водитель, итого мой конвой насчитывал пять человек.

Бойцы (и водитель в том числе) были не комендантские и не из ДНД. Судя по ряду признаков, опытные и бывалые, от тридцати до сорока, крепкого телосложения: я и Некто рядом с ними выглядели заморышами. Они были облачены в качественный зимний камуфляж, вооружены АК-74М, в их «разгрузках», помимо магазинов, я заприметил гранаты. У всех были портативные радиостанции и переговорная гарнитура в ухе.

Судя по габаритам, они не принадлежали к касте Серых (явных здоровяков там не держат, все поголовно – неприметные середнячки, больше похожие на офисных хомячков и отъявленных лузеров, нежели на опасных хищников).

В общем, или действующие военные, или наёмники. Причём скорее второе, не думаю, что нормальные военные будут пахать в одной упряжке с Серыми. Нет, у них и такое бывает, но не сейчас, не в этом Городе и не в этом затянувшемся бесчеловечном «мероприятии».

Руки мне не связывали, о наказании за попытку побега не предупреждали. Некто вполне меня раскусил, он в курсе, что я знаю правила игры и не стану делать глупости без крайне весомого повода.

Повод тут видится только один. Я могу удрать лишь в том случае, если мой конвой в полном составе внезапно умрёт. При всех прочих обстоятельствах даже и пытаться не стоит, любой из этих бойцов легко справится со мной в одиночку и без оружия. Не говоря уже о сером господине, который может походя сожрать весь конвой и меня в придачу и даже не поморщится.

Судя по тому, что Некто приказал коменданту вернуть мне лыжи, мы собирались не только кататься на вездеходе. У конвоя же были снегоступы, причём не самопал, а фирменные, с кучей наворотов, я такие раньше никогда не видел.

* * *

До юго-восточной окраины добрались быстро. Ехали почти по прямой, не особо выбирая дорогу (да просто не из чего выбирать,

повсеместно только плохонькие колеи да тропы).

Мимо дачи Гордеева проскочили без остановки, не сбавляя скорости.

От испуга и переживаний мой аналитический аппарат взял отпуск: я почему-то рассчитывал, что мы встанем напротив явки и сразу попрёмся в адрес. И если вдруг, не дай Бог, наши сейчас там, они загодя услышат вездеход, потом увидят нас, идущих во двор, и успеют «уйти огородами», как это обычно случается в кино про немцев и партизан.

Нет, понятно, что там не было никого ещё три недели назад, так что и сейчас по определению не могло быть никого.

Но… Вот эти странные разговоры про «сертификат» и «подпись» здорово сбили меня с толку, и теперь я не совсем понимал, так ли в этом деле всё просто, как кажется с первого взгляда.

Свернув в конце улицы на дорогу, что ведёт к посту на юго-восточном выезде, мы покатались по окрестностям, выискивая местечко повыше, ничего подходящего не нашли и встали у расположенного на отшибе недостроенного коттеджа. Нескромного такого коттеджа, этажа на три да с цоколем в придачу.

Очевидно, ориентируясь на возможных наблюдателей, бойцы выставили охранение и стали пялиться в бинокль в сторону юго-восточного выезда, имитируя острый интерес к брошенному посту ГИБДД.

Некто нагрузил меня не особо тяжёлым вещмешком, и мы с ним поднялись на недостроенный третий этаж коттеджа.

Не знаю, как Некто с ходу определил, что коттедж пуст, но здесь и в самом деле никого не было.

Вот чёрт, «в самом деле никого»…

В самом деле твой аналитический аппарат взял отпуск! Всё просто: вокруг коттеджа нет ни единого следа, повсюду виднеется девственно чистый слой снега. Возьми свой мозг в кулак, Саша, он может пригодиться тебе в любую секунду!

Серый господин натянул в оконном проёме масксеть типа «Хамелеон» и принялся наблюдать за явкой в бинокль.

Я прикинул расстояние: отсюда до дачи Гордеева как минимум полкилометра.

Далековато. Если наши там, у них даже при наличии бинокля крайне мало шансов обнаружить наблюдательную активность.

И тут меня начало терзать всё разом: запоздалые раскаяния, муки совести и опасения за судьбу своих товарищей.

Если я что-то попутал и ненароком просандалил ситуацию с этим невесть откуда взявшимся «сертификатом явки» и сейчас выяснится, что мои товарищи на даче…

Не знаю, как такое может получиться, по какой дикой прихоти Судьбы – если их там не было уже три недели назад…

В общем, если случится это античудо, то, как ни крути, получается, что я сдал группу. В противостоянии с серым господином у них не будет ни одного шанса.

На пике рефлексий у меня возникла дикая мысль: может, прыгнуть к окну и истошно заорать?

Я уже собрался с духом, и даже разинул рот…

Но меня вовремя остановили два нюанса.

Во-первых, никак не мог вспомнить нормативы.