Merry dancers

Anya Shinigami

— Нет… Дамбл…дор, не он! Джулли! — попытался пояснить сквозь слёзы заикающийся хаффлпаффец.

Джоконда на мгновение задумалась, перечисляя в уме все слова, сказанные заплаканным мальчуганом.

— Джулли — его сестра, на неё упали доспехи, — перевела она, вспомнив ребят со своего факультета, — как я поняла.

Стоило переступить порог замка, Том вернулся к своим обязанностям старосты. От нежности не осталось и следа: теперь его лицо закрывала привычная маска прилежного студента, негласного лидера Слизерина. Стоило отпустить мальчугана, как тот побежал в сторону больничного крыла, спотыкаясь на ходу.

— Идите

в свои гостиные, — безапелляционно приказал Риддл, рывками расстегивающий теплую мантию. Ох, как ему не нравились происшествия в школе, тем более, проходящие мимо него. — Пожалуйста, идите к себе, — не дал он раскрыть рта Авроре, — я потом всё расскажу.

Том уже направлялся в сторону коридора, ведущего на второй этаж в больничное крыло и почти завернул за поворот, когда на него налетел Цигнус. Столкнувшись, ребята попадали в разные стороны, но Блэк, словно и не заметив боли в отбитом копчике, моментально вскочил на ноги и набросился на старосту с вопросами:

— Где, поцелуй тебя дементор, тебя носило? — грубо спросил он: из его глаз летели недобрые искры. Том не позволял к себе подобного отношения, но, похоже, Цигнус был слегка не в себе, как и предыдущие встречные студенты. Джоконда, Абрахас и Аврора так и стояли у дверей замка, наблюдая за сценой. — Тебя все ищут, Том!

Том вырвался из захвата ополоумевшего Цигнуса, искренне не понимая, как можно так беспокоится из-за несчастного случая, судя по словам того заплаканного хаффлпаффца, Джулли вроде бы жива.

— Цигнус, не психуй! — повысил голос Риддл, выходя из себя. — Объясни мне, что произошло.

Взгляд Блэка метался из стороны в сторону, и только сейчас Том заметил, что его руки были в запекшейся крови.

— Уилкис сошла с ума! Да она просто озверела! — воскликнул Блэк, яростно жестикулируя руками. — Набросилась на Друэллу в коридоре и слова не сказала! Там такая заварушка началась! Я только и успел оттащить двух рэйвенкловок, оказавшихся на поле битвы!

У Тома расширились глаза, а Абрахас в одну секунду оказался рядом со слизеринцами, услышав фамилию Эвелин. Она же довольно спокойная, что могло произойти? В памяти всплыл эпизод её бегства на улице и всхлипы, а еще фигурка девушки, другой, убегающей в замок до появления Эвелин. Это была Друэлла?

— Что с Иви? — грозным тоном спросил он, нависая над Цигнусом подобно огромному валуну.

— Малфой, отвали! — рявкнул Блэк. — Не до тебя сейчас, — бросил он и снова обратился к Тому. — Там девочка с Хаффлпаффа потеряла очень много крови, ей забралом доспехов перерезало сонную артерию, и, слава Мерлину, что Дамблдор рядом оказался, он её спас! — Блэк, наверное, впервые хорошо отозвался о профессоре трансфигурации, но даже не заметил этого. — Друэллу хотят отчислить, но это ещё не самое страшное…

— Что? Почему? Это же Уилкис на неё напала… Да что за чушь? Это из-за Друэллы пострадала та девочка? Ну, это же просто случайность!

Цигнус взлохматил свои волосы и без того бывшие в беспорядке и закусил губу — было ясно, что в пылу эмоций он что-то не так объяснил. Том дал ему секунду передышки, чтобы тот собрался с мыслями.

— Случайность, но дело не в этом, Том, — отодвинув эмоции на задний план, Блэк стал говорить спокойнее. — Они использовали сильные боевые заклятия в дуэли, половина второго этажа раскурочена, зацепили даже Каспара, но у него всего пара царапин и до утра будут парализованы ноги, —

рассказывая это, Цигнус явно медлил, не решаясь переходить к главной теме. Джеки и Аврора оказались рядом с ними и были поражены до глубины души. — Друэлла… она использовала непростительное…

Ребята синхронно охнули, а Джеки зажала рот рукой.

— Что… что с Эвелин? Немедленно отвечай! — воскликнул Абрахас, схватив Цигнуса за грудки, предполагая самое худшее.

— Пусти, Малфой! Ты хоть не психуй! — Блэк вырвался из захвата, обронив несколько нецензурных ругательств. — Да всё в порядке с твоей Иви! Спит она, правда Круцио был сильный, Друэлла перестаралась… — усмешка не к месту появилась на его губах.

— Не смей так говорить! — взревел Абрахас, снова кидаясь на Блэка после его циничных слов, но был остановлен Риддлом. Том держал Малфоя за рукав мантии, но тот уже взял себя в руки и стал говорить спокойнее: — Розир совсем с катушек съехала, применяя Круцио?

Том дернул Малфоя на себя, привлекая его внимание:

— Друэлла бы никогда так не поступила, не имея на то веских причин, — произнес он серьезно. — Этого просто не может быть! Она спокойная и уравновешенная, Абрахас, тут, должно быть какая-то ошибка.

— Нет, — замотал головой Цигнус, — нет никакой ошибки! Я сам видел и слышал, и Дамблдор тоже. Том, её палочку даже проверили на Приори Инкантатем! — голос Цигнуса потух. — И я не знаю… не знаю что на неё нашло…

— Так они уже заявили в Министерство? — спросил Риддл, совершенно не понимая, что заставило Друэллу использовать Круцио. — Это же подсудное дело! Мерлин, да её в Азкабан посадят… — озвучил он свои мысли.

Блэк снова замотал головой.

— Но тогда какого гриндиллоу они применили Приори без ордера Министерства магии? Они не имели никакого права…

— Я… я точно не знаю, Том, тебе лучше узнать всё самому…

Вся школа стояла на ушах. Несмотря на приказы старост и учителей, в коридорах было шумно, и каждый норовил пристать к Тому с расспросами, а он и сам ничего толком не знал. Некоторым благоразумным студентам хватало его предупреждающих взглядов, чтобы убраться с пути. От Абрахаса избавиться не удалось, он слишком сильно переживал за Эвелин, но Джоконда и Аврора благоразумно удалились, оставив сбор информации на молодых людей. Возле больничного крыла находилась Минерва МакГонагалл в обществе, как ни странно, Каллидоры Блэк, они никого не пропускали, а из-за дверей не доносилось ни звука — очевидно, были использованы заглушающие чары. Том с подозрением оглядел сестру Цигнуса, на самом деле являющуюся тому довольно дальней родственницей, и обратился к МакГонагалл. На лице той не было ни кровинки: староста смотрела в одну точку и даже не заметила появления трех слизеринцев.

— Минни, — осторожно обратился он, — кто там находится?

Заметив их, она дернулась, в её руках был зажат смятый и мокрый сиреневый платочек, а красные глаза выдавали то, что гриффиндорская староста плакала. Она раскрыла рот, но не смогла ничего сказать и только больше побледнела. Похоже, произошедшее в отсутствии Риддла действительно было ужасным. Минерва всегда могла похвастать колоссальным самообладанием, но даже она не могла справиться с эмоциями.

— Помимо Адамс и директора, там Слагхорн, Дамблдор, Меррисот, Монтгомери, ещё Корнелиус и Сувари, — речитативом ответила за неё Каллидора.