Мерле и каменный лев
Шрифт:
— Юнипа, помнишь ли, о чем ты мне говорила в самую последнюю ночь?
— О том, что раньше я была всем обузой?
Мерле кивнула.
— Теперь ты совсем другая. И ты была бы мне хорошим попутчиком, если бы пошла со мной!
Над улыбкой Юнипы блеснуло холодное серебро ее глаз.
— Я знаю. Но с той ночи многое изменилось. Мастеру Арчимбольдо нужна моя помощь, особенно, если дело дойдет до борьбы венецианцев с египтянами. Мальчишки тоже пойдут первыми в отряды сопротивления.
— Их не надо туда
— Ты же знаешь Дарио, — вздохнул Арчимбольдо. — Он не спросит разрешения, чтобы ввязаться в большую драку.
— Война — не драка!
— Ему все равно. А Боро и Тициан последуют за ним. — Мастер-зеркальщик выглядел теперь совсем старым и сникшим. Осознание своей нынешней беспомощности дорого ему обошлось. — Юнипа будет нам неоценимой поддержкой. Во всем.
Мерле пришло в голову, что Арчимбольдо, наверное, любит Унку, как муж любит жену. Может, он и Юнипу будет любить, как дочь, которую ему русалка не может подарить?
Впрочем, разве поймешь чувства других людей? У нее, у Мерле, никогда не было своей семьи и откуда ей знать, как живут дети с отцом и с матерью? Хотя бы уж Юнипе удалось хорошо пожить, если она поладит с Арчимбольдо и с Ункой.
Да, все правильно, ей надо отправляться в путь одной. Одной, но с Королевой Флюирией. А место Юнипы здесь, в этом доме, с этими людьми.
Мерле еще раз крепко обняла подругу, потом Арчимбольдо и Унку.
— Прощайте, — сказала она. — Мы все когда-нибудь обязательно встретимся.
— Ты знаешь дорогу? — спросила Юнипа.
— Я ей покажу, — быстро сказала Унка. Арчимбольдо кивнул в знак согласия.
Мерле и русалка переглянулись. Глаза Унки сверкали, но, возможно, они всего лишь казались сверкающими на фоне темных глазниц маски.
В последний раз Юнипа схватила Мерле за руку.
— Будь счастлива, — проговорила она глухо. — Береги себя.
— Со мной Королева Флюирия. — Слова вырвались сами собой, Мерле еще не успела ни о чем подумать. И тут же сообразила, что Королева вмешалась, чтобы успокоить Юнипу.
— Пора идти, — сказала Унка и торопливо пошла по коридору.
Мерле успела оглянуться на открытую дверь мастерской. Там стояли Юнипа с Арчимбольдо. На мгновение Мерле привиделось, будто она сама стоит там рядом с мастером-зеркальщиком, который положил руку ей на плечо. Но тут же ее собственный образ опять обратился в девочку с зеркальными глазами, не темноволосую, а белокурую, очень худенькую и хрупкую.
Унка привела Мерле на внутренний дворик, прямиком направилась к колодцу и велела ей спуститься вниз.
В глубине холодного каменного колодца Мерле ступила будто на что-то живое и теплое, и подумала:
— Начинается не так плохо. Правда, не так уж плохо.
ПО КАНАЛАМ
Русалки! Как много русалок!
В серо-зеленой
Унка спустилась в колодец вместе с Мерле. Девочка не сразу поняла, что вовсе не вода издает какие-то странные звуки. Что-то быстро шныряло и крутилось у ее ног, поглаживало едва ощутимыми пальцами, чуть касаясь, почти не дотрагиваясь, наподобие собаки, которая обнюхивает незнакомца. У Мерле, тем не менее, было такое ощущение, будто эти прикосновения проникают в самое сердце и будто кто-то прекрасно понимает, что творится у нее в душе.
Унка произнесла несколько слов на непонятном языке морских дев. Звуки ее голоса гулко и таинственно отзывались в глубине колодца, уходили глубоко под воду, достигая слуха тех, кто ее понимал и знал, что надо делать.
Чья-то бледная рука высунулась из воды и протянула Мерле большой стеклянный шар с какими-то прожилками, оказавшийся своего рода шлемом. Унка помогла ей надеть его на голову и закрепила кожаными тесемками на шее. И у Мерле исчез всякий страх перед этим местом и перед этими существами.
— Я с тобой, — сказала Королева Флюирия.
Она возвращалась в свое королевство, лишенная свободы в теле Мерле, но нашедшая там защиту от губительных чар египетских магов.
Унка осталась в колодце, а Мерле отправилась в путь по каналам вместе со стаей русалок. Куда они ее влекут? Отчего ей так хорошо дышится в этом стеклянном шлеме? И почему от русалок исходит такое приятное тепло, что даже в ледяной воде совсем не холодно?
В голове Мерле громоздилась куча вопросов, накапливалась масса сомнений.
— На некоторые из них я могу дать ответ, — сказала Королева Флюирия.
Мерле не решалась вступать в разговор из боязни израсходовать воздух в стеклянном шлеме.
— Тебе не надо говорить, чтобы я могла тебя слышать, — произнесла Королева где-то внутри Мерле. — Пора бы это запомнить.
Мерле напряглась, стараясь мысленно сформулировать четкие вопросы.
— Сколько времени я могу дышать в этом пузыре?
— Столько, сколько тебе понадобится.
— Унка тоже его надевает, когда по ночам спускается в колодец?
— Да. Но этот шлем не сделан специально для нее. Он пришел к нам из тех незапамятных времен, когда жители моря владели ныне утраченными знаниями, когда всюду была вода, а жизнь в океанах была представлена самыми разнообразными формами. От той поры кое-что сохранилось, то, что ушло под воду вместе с древнейшими городами и покоится в глубинных впадинах и расщелинах морского дна. Позже не раз снаряжались экспедиции на поиски утонувших городов и порой им удавалось находить сокровища, такие, например, как твой шлем.