Merchammer
Шрифт:
— Господин, мы уже на подъезде к Газахиру-Один. — После того, как крышка люка раздавила его сварливую жену, мой пожилой водитель не произнес ни слова, но судя по его довольной и расслабленной роже — по почившей супруге он не слишком горюет. — Вам нужно в какое-то конкретное место?
— Высади у южных ворот, за пару километров до входа. — В лучах закатного солнца золоченые шпили и монументальные башни многоярусного мегаполиса выглядят дьявольски красиво, но память о вонючем, грязном и набитом отребьем Подулье напрочь отшибает желание любоваться этой картиной.
Улей,
Глава 15. Она же про женщин.
***
— Клянусь Императором, я ничего не знаю!
Керамитовый кулак легкой силовой брони врезался под дых прижатого к стене грязного оборванца и выпучив глаза, тот сполз на пол загаженного переулка Подулья, силясь вдохнуть хоть каплю столь необходимого воздуха.
— Ложь! — Пинком перевернув жителя трущоб на спину, облаченная в броню женщина схватила источающего смрад босяка за грудки и подняла его в воздух под тихое жужжание сервоприводов доспеха.- Такой пронырливый выродок должен знать о делах в Подулье даже раньше арбитраторов!
— Кха-кха… Я-я пр-росто собираю мусор… Смилуйтесь…
— Милостью Императора для тебя станет смерть, если ты еще хоть раз мне солжешь! Говори правду, пока я не раздавила твою голову как гнилой фрукт!
Вопреки демонстрируемой праведной ярости, сестра Сабия пребывала в глубоком отчаянии и решительно не понимала, что ей дальше делать.
Сопровождая преподобного Иннокентия в один из малых участков Адептус Арбитрес, Сестры Битвы стали жертвами неслыханного святотатства — вылезшее из Подулья отребье посмело предложить верным Дочерям Императора превратить священное таинство исповеди в порочный акт нечестивой страсти!
Причем кибернизированного головореза интересовали не возвышенные чувства, к которым непримиримые воительницы Адептус Сороритас относились снисходительно, считая их одной из форм восхищения истинно-праведными, а самая банальная животная похоть! И после того, как охотник за головами предложил всему отряду Элизабет проследовать в комнату ожидания и «хорошо провести время» — беловолосые дамы начали всерьез подумывать о том, чтобы нарушить прямой приказ канониссы и устроить сожжение наглеца прямо в приемной у стражей закона.
Однако все резко поменялось, когда чрезмерно любвеобильный киборг достал из рюкзака свой ужасающий трофей — керамитовый шлем космодесантника-предателя, щедро усыпанный богохульными символами Губительных Сил.
Само-собой, подобная демонстрация не могла оставить Сестер Битвы равнодушными и после возвращения преподобного Иннокентия отряд Сабии разделился на две части, одна из которых осталась в сопровождении проповедника, а другая осталась в приемной участка дожидаться возвращения аугментированного головореза, дабы припереть его к стенке и выпытать подробности встречи с астартес-предателем.
Вот
Поняв, что сидение в приемной ничего не даст, верные воительницы Экклезиархии не стали провоцировать и без того нервных арбитров и запросили инструкции у вышестоящих сестер из монастыря Святого Кихи’ия, в котором базировались Хранительницы Веры — небольшой орден Адептус Сороритас, к которому принадлежала бесстрашная беловолосая воительница.
Ответ пришел довольно быстро, что было крайне удивительным делом, ведь новая предводительница ордена была выбрана сравнительно недавно и еще не успела как следует укрепить вертикаль власти. Однако он дал четкую и понятную цель.
Возглавляющая Хранительниц Веры канонисса не горела желанием конфликтовать с заметно превосходящими в силе Адептус Арбитрес и потому приказала не лезть в участок арбитраторов. Вместо этого несколько отрядов Адептус Сороритас должны были спуститься в Подулей и разузнать все о любвеобильном охотнике за головами у тамошнего отребья. Если потребуется — выбивать ответы разрешалось силой и… Именно этим старшая сестра Сабия в данный момент и занималась, пока четверка сороритас из её отряда охраняла переулок от нежелательных гостей.
Однако каких-либо результатов ни один из посланных на разведку отрядов так и не достиг. Жители трущоб Газахира-Один были давно привычны к рейдам истинно-верующих и при виде облаченных в силовую броню женщин удирали быстрее, чем те успевали их заметить, из-за чего под горячую руку разьяренных служительницам веры попадали в основном совершенно непричастные люди.
Не то, чтобы это сильно беспокоило убежденных в своей вере Дочерей Императора. Но факт оставался фактом — обладающие нужной информацией люди находились где угодно, но только не там, где их искали сороритас. И тем не менее удача все же улыбнулась беловолосым воительницам… Правда совершенно не тем образом, на который они надеялись.
— Во имя Имперского Кредо, да оставьте уже этого несчастного в покое! — К стоящим на карауле и вскинувшим болтеры Сестрам Битвы подошел богато одетый мужчина с поднятыми в примирительном жесте руками. — Малыш Биллис вам все равно ничего не расскажет! В отличие от меня…
— А ты еще что за фрик? — Продолжая удерживать оборванца на весу и даже не думая его отпускать, сестра Сабия окинула незнакомца подозрительным взглядом: Человек в позолоченой одежде выглядел среди грязи и мусорных куч городских трущоб также естественно, как покрытый нечестивыми символами еретик — на совете Лордов Священной Терры.
— Заинтересованное лицо… — Видя, с каким намеком начали поглаживать свое оружие облаченные в силовую броню Дочери Императора, подозрительный тип тут же пошел на попятную и представился с поклоном, достойным какого-нибудь аристократического раута. — Но вы можете звать меня мистер Вигар. Или просто Вигар. Я не сторонник официоза, так что это не особо важно. Куда важнее то, что привело столь непримиримых борцов с ересью в нашу скромную обитель…
— Ты что-то знаешь о нашей цели?