Мэллори
Шрифт:
– Да-а, – протянула она, – сходство исключительное. Это действительно вы. Через полчаса мы будем в Дурбане. Что вы собираетесь делать?
– Придется рискнуть, – мрачно сказал Корридон. – Но нас не должны видеть вместе. Люди не так уж проницательны, но все же…
Она слушала невнимательно, торопясь прочитать сообщение в газете. То, чего он опасался, случилось.
– Рита мертва! – воскликнула она, вопрошающе глядя на него. – Тут сказано, что ее убили!..
– Совершенно верно, – спокойно ответил он. – Полиция так думает. Она упала с лестницы.
Он
– Но тут написано, что она убита! – возразила она. – И есть еще другой… этот… Крей. Не были ли вы и с ним?
– Был. – Он вытащил пачку сигарет и предложил ей. Но Энн отрицательно покачала головой и непроизвольно отодвинулась от него. Сделав вид, что не заметил этого, он закурил.
– Я знаю, о чем вы думаете, – сказал он, помолчав. – Ну что ж, тем хуже, если даже вы не верите мне! Я очень плохо выгляжу в этой истории, но тут уж ничего не поделаешь. Да и зачем оправдываться! Какой же я идиот!
Он кривил душой. Мнение Энн было для него очень важно. Ему не хотелось, чтобы она считала его убийцей.
– Сейчас мы с вами расстанемся. Если я смею дать совет, то по приезде в Дурбан немедленно сядьте в поезд, идущий в Лондон. Не оставайтесь со мной. Я найду ваш остров и встречусь с вашим братом. Мне просто необходимо поговорить с ним.
– Вы все время чего-то недоговариваете, – взволнованно произнесла Энн. – С самого начала я чувствовала, что вы что-то скрываете от меня. Что именно?
– Вы правы, – согласился он. – Я не все рассказал, и предпочел бы молчать, но вынужден ввести вас в курс дела. Группа Гурвиля, как вы знаете, состояла из девяти человек. Гурвиль, Шарлотта и Георг погибли. Ваш брат исчез. Таким образом, их осталось пятеро, и они были уверены, что это ваш брат-предатель виноват в смерти товарищей. Все пятеро приехали в Лондон с твердым намерением разыскать его. Любек и Гаррис обнаружили следы, ведущие к Брайану. Оба умерли насильственной смертью. Один выпал из поезда, другого нашли утонувшим в пруду. Я пошел к Рите Аллен, чтобы получить некоторые сведения о вашем брате. Пока я находился в спальне, она пошла наверх, чтобы отыскать записную книжку. Ее сбросили с лестницы, при этом она сломала себе шею…
Энн прислонилась к стенке, покачиваясь в такт движению поезда, и уставилась глазами в одну точку.
– Любек, Гаррис и Рита умерли. Они кое-что знали о вашем брате, и их устранили. Кто убийца? Ответ, мне кажется, однозначен.
– Не понимаю, к чему вы клоните, – спокойно возразила она. – Вы считаете, что мой брат – автор всех этих убийств?
– Я не верю в совпадения. Три раза – это очень много.
– И только по этой причине вы хотите отыскать Брайана?
– Да. Естественно, вы тоже не останетесь нейтральной. Самое лучшее, что вы можете для него сделать, это предоставить мне возможность распутать это дело, а вы возвращайтесь домой. Сообщив полиции, где нахожусь я, вы тем самым раскроете и местонахождение Мэллори.
– Вы во что бы то ни стало хотите отыскать Брайана,
Он впился взглядом в бледное, решительное лицо девушки.
– Непременно. Видите ли, если мне не удастся доказать, что это он или кто-то другой убил Риту Аллен, я погиб. Полиция не замедлит обвинить меня в этом. Так что поиски вашего брата для меня – вопрос жизни или смерти.
– Почему вы раньше не сказали мне этого?
– По правде говоря, я рассчитывал найти его с вашей помощью.
– А почему неожиданно переменили решение?
Корридон снял шляпу и провел рукой по волосам.
– Вначале я смотрел на вас как на девушку, которая может быть мне полезной. Теперь это не имеет значения.
– Понимаю…
– Это все. Теперь вы знаете, что нужно делать. Садитесь на свое место, потом на обратный поезд в Лондон. Забудьте меня. Я буду справедлив с вашим братом, обещаю.
Неожиданно он почувствовал, что с трудом удерживается от желания обнять Энн. Поборов себя, он бесстрастно сказал:
– Итак, до возможного – когда-нибудь – свидания. Счастлив был познакомиться с вами.
Энн схватила его за руку.
Решительно отстранив ее, Корридон вышел из туалета и быстро пошел по вагону.
Длинная цепь вагонов товарного поезда остановилась. Нетерпеливый свисток локомотива, задержавшегося перед красным светом, разорвал утреннюю тишину. Жан проснулся от толчка, поднял голову и всмотрелся во мрак. Мерное покачивание вагона в конце концов усыпило его. Теперь же, когда поезд остановился, все чувства снова обострились: уши прислушивались к малейшему шуму извне, глаза начали различать окружающие предметы. Раненую руку терзала боль, в висках стучало. Никогда еще он не чувствовал себя так плохо.
– Жанна!
Его голос показался ему слабым стоном, который напугал его самого.
– Жанна, ты здесь?
– Да, – ответила она из темноты.
– Моя рука совсем плоха, – произнес он, сжав зубы, так как пульсирующая боль становилась все острее. – Ничего нет попить?
– Нет.
Он надеялся, что она подойдет к нему, успокоит. Но Жанна не шевелилась. Несколько минут он лежал неподвижно, стараясь превозмочь боль. За время пути он потерял остаток сил. Мускулы рук и ног перестали действовать, но голова была совершенно ясной, и он отчетливо сознавал, что этот вагон сможет покинуть только на носилках.
– Здесь можно задохнуться, – пожаловался он. – Ты не могла бы впустить сюда немного воздуха? Где мы находимся? Постарайся узнать это, Жанна.
Он услышал, как она поднялась и ощупью направилась к двери. Послышался лязг металла, одна половинка двери приоткрылась, слабый свет проник в вагон и осветил неясный силуэт Жанны. Нечеловеческим усилием он попробовал приподняться, но боль и слабость бросили его обратно на пол. Это падение еще больше усилило боль в руке.
– Путь закрыт, – услышал он спокойный голос Жанны. – Сейчас около пяти часов утра, – добавила она, взглянув на часы.