Meine liebe kleine frau...
Шрифт:
Большой светлый холл хранил остатки былой роскоши. Очевидно, предыдущие хозяева особняка были людьми небедными, поскольку многое внутри было выполнено из дорогого красного дерева, а мраморная лестница на второй этаж была изумительно красивой.
Хозяйка особняка, женщина весьма преклонных лет, чуть подслеповатая, как показалось Саре, и очень немногословная, отвела ей комнату на первом этаже, прямо под лестницей, вручила ключи и ушла, оставив после себя шлейф невыносимого кислого запаха старости.
Саре поймала себя на мысли, что
Приняв душ, Сара распаковала вещи и позвонила Лурдес.
– Ты все же приехала!
– обрадовалась подруга, - надо же! И что ты позабыла в нашей дыре?
– Здесь чудесно!
– Знаешь что - вытаскивай свой зад из кровати, разомнём копыта. И я хочу самую большую пиццу в городе.
Сара рассмеялась. Лурдес была на шестом месяце беременности и постоянно жаловалась на волчий аппетит. Интересно было увидеть подругу с "животиком". В лондонском окружении Сары дети были элементом далёкой взрослой жизни, до которой впереди было несколько сотен шагов.
Лурдес изменилась. Никакого пирсинга и сиреневых ресниц. Рыжие волосы до плеч, бледное, в веснушках, лицо, и невероятно красивые фиалкового цвета глаза. Она весьма расплылась, но, похоже, не придавала этому значения.
– С тех пор как тест показал две полоски, мой рот не закрывается, - сообщила она Саре, - сначала я блевала, как пожарный шланг, теперь поглощаю всё, что пахнет едой.
– В твоём состоянии это нормально.
– Да...
Лурдес мечтательно закатила глаза и любовно погладила выпирающий живот. Сара улыбнулась: это была так трогательно. Единственное, что не давало покоя: Лурдес ни словом не обмолвилась об отце ребёнка. Неужели Майкл? От этой мысли Саре стало не по себе. Не то чтобы Майкл ей сильно нравился, но все же...
Всё же она иногда представляла себе его пирсинг в самых неприличных местах, испытывая при этом настоящее животное чувство...
– Лу, я все хотела тебя спросить. Вы с Майклом... В общем...
– Ты думала, это его бэбик? Не-е.
Сара вздохнула с облегчением. Лурдес подозрительно уставилась на подругу.
– Эй, крошка, да ты запала! Серьёзно!
– Нет-нет, - от смущения голосок Сары стал тоненьким, как у котёнка, - я просто... Он помог мне с комнатой.
– Помог! Как же. Да тут два хостела, и оба полупустые.
– Не в хостеле. В особняке. Недалеко от вокзала. Такой большой. И сад вокруг красивый.
– А хозяйка - миссис Штайн?
– Точно!
– Вот кретин!
– выругалась Лурдес. Лицо её почему-то сделалось очень серьёзным, брови сошлись на переносице в причудливую складку.
– Сара, съезжай оттуда! В хостел или куда-нибудь.
– Зачем?
– Сара не верила своим ушам, - неужели там действительно привидения?
– Какие привидения?
– Майкл сказал, что дом - с привидениями.
– Майкл идиот! Еще и сволочь. Никаких привидений там нет. Однако этот дом проклят.
– Неужели?
–
– И что там происходит?
– Тебе лучше не знать...
Настроение Лурдес совершенно испортилось, однако Саре так и не удалось вытянуть из неё подробности. Они пообедали в довольно напряжённой обстановке, а после Лурдес вызвала такси и уехала домой, сославшись на то, что засыпает на ходу. Сара ещё немного побродила по улицам, купила в местной лавчонке немного фруктов к ужину, и вернулась домой. На втором этаже горел свет. Должно быть, там обитала хозяйка, миссис Штайн.
Сара тихо проскользнула в свою комнату под лестницей и заперлась на ключ. В привидений она не верила, в проклятия тоже. Однако слова Лурдес оставили в душе жутковатый осадок. Она с трудом уснула, а ночью ей почему-то снилась миссис Штайн, бродящая с факелом посреди могильных крестов. Губы её были в крови. Из пустых глазниц торчали лапки чёрных сороконожек и мерзко шевелились.
Ближе к утру Сара проснулась. В комнате было душно. Девушка отворила ставни, впуская свежий ночной воздух. Луна, все ещё полная и яркая, смотрела на неё свысока, но на горизонте уже проступала голубоватая полоска утра. Сара взобралась с ногами на широкий подоконник и уставилась в усыпанное звёздами небо. Лёгкий ветерок шевелил верхушки деревьев за окном.
Внезапно краем глаза Сара уловила нечто, выбивающееся из общей картины. Присмотревшись, она так и не смогла понять, что же такое могла увидеть. Однако ощущение было таким, будто там, в глубине сада, было нечто. И оно наблюдало за ней. Ветви деревьев качнулись - и Саре показалось, будто что-то неуловимое и страшное тянет к ней свои руки.
Верила ли она в призраков? Оборотней? Вампиров? Никогда...
Но ведь дыма без огня не бывает...
По спине пробежал холодок. Сара спрыгнула с подоконника и закрыла ставни.
Утром за завтраком Сара попыталась разговорить хозяйку, надеясь выпытать что-либо из истории дома - за столько лет в особняке просто обязано было произойти хотя бы одно памятное событие. Но миссис Штайн великолепно сыграла приступ внезапной глухоты, сухо улыбнулась и, извинившись, сбежала в сад колдовать над розовыми кустами.
Саре ничего другого не оставалось, как позвонить Майклу. Ведь это он нашёл ей особняк с "историей", которую ей во что бы то ни стало хотелось услышать.
– О, Meine liebe kleine frau!
– рассмеялся Майкл, - этот дом действительно проклят! Но только совсем не так, как ты думаешь.
– А что я, по-твоему, могу думать?
– недовольно спросила Сара.
– Лурдес - маразматичка. Как и добрая половина города.
– Очень мило.
– Вообще-то, еще несколько лет назад этот дом принадлежал моей семье.
– Там что-то произошло?
– О да... Самая ужасная вещь...- Майкл тянул время, наслаждаясь моментом.
– Не томи, - почти выкрикнула Сара.