Мегрэ и Клошар
Шрифт:
– Как будто кто-то плюхнулся в Сену?
– Точно, моссье.
– Затем?
– Я поднялся по трапу, высунул голову из люка.
– И что увидели?
– Двое мужчин бежали к машине...
– То есть авто действительно стояло на берегу?
– Верно, моссье. Красного цвета. "Пежо-403".
– Достаточно ли было светло, чтобы разглядеть его.
– У парапета набережной горел уличный фонарь.
– И как выглядели эти двое?
– Один - небольшого роста, широкоплечий, в светлом плаще.
–
– Его я не так хорошо рассмотрел, поскольку он первым влетел в автомобиль. И тут же включил зажигание...
– Вы не запомнили номерной знак?
– Чего-чего?
– Ну, цифры, что наносятся на табличку автомобиля спереди и сзади.
– Заметил лишь две девятки и последнее число - семьдесят пять*.
___
* Означает, что автомобиль зарегистрирован в Парижском регионе.
– Когда вы услышали крики?
– Как только машина тронулась с места...
– Иначе говоря, прошло некоторое время между моментом, когда что-то швырнули в воду, и криками этого человека? В противном случае вы услышали бы их раньше?
– Думаю, да, моссье. Ночью тут потише, чем сейчас.
– В каком часу это произошло?
– После полуночи.
– А не было ли кого в это время на мосту?
– Я туда не смотрел.
Наверху, у парапета набережной, остановилось несколько прохожих, заинтригованных сценой разговора группы людей на палубе речного судна. Мегрэ показалось, что и клошары приблизились к ним на несколько метров. Ну а подъемный кран продолжал исправно извлекать песок из трюмов "Пуату", загружая его в выстроившиеся в очередь грузовики.
– Громко он кричал?
– О да, моссье...
– А какого характера были эти звуки? Он звал на помощь?
– Он просто вопил... Потом ни звука... И снова...
– Ваши действия?
– Спрыгнул в лодку и отвязал ее...
– Вы смогли увидеть утопающего?
– Нет, моссье... Заметил его не сразу... Хозяин "Пуату", должно быть, тоже его услышал, потому что бежал вдоль борта, пытаясь что-то подцепить в воде багром...
– Продолжайте...
Было такое впечатление, что фламандец изо всех сил старается быть полезным - от усердия у него на лбу даже выступила испарина.
– "Там!.. Там!.." - кричал он.
– Кто?
– Хозяин "Пуату".
– И тогда наконец смогли разглядеть его?
– Только временами... Он то показывался на поверхности, то исчезал...
– Потому что тело погружался в воду?
– Да, моссье... Да и течение его сносило...
– Как и вашу лодку, полагаю?
– Ясное дело, моссье... Коллега также запрыгнул в нее...
– Тот, что с "Пуату"?
Жеф вздохнул, подумав, наверное, что его собеседники не отличались избытком сметливости. Лично ему дело представлялось совсем простым, и подобное, видимо, не раз случалось в его жизни.
– Итак, вдвоем вы
– Угу...
– В каком он находился состоянии?
– Глаза все ещё оставались открытыми, а в лодке его стало выворачивать наизнанку...
– Он ничего не сказал при этом?
– Нет, моссье.
– Казался ли спасенный испуганным?
– Ничуть, моссье.
– А как он выглядел?
– Да никак. А в конце концов и вовсе затих, только вода продолжала литься изо рта.
– Глаза так и не закрывались все это время?
– Именно так. Я подумал, что он отдал концы.
– И вы побежали за помощью?
– Нет, моссье. То был не я.
– Значит, ваш товарищ с "Пуату"?
– И не он. Кто-то окликнул нас с моста.
– То есть кто-то там стоял?
– Да, в тот момент. Еще спросил: не утопленник ли? Я подтвердил. А он проорал, что побежит сообщить в полицию.
– Он сделал это?
– Конечно, поскольку чуть позже прибыли на велосипедах два ажана*.
___
* Ажан - разговорное обозначение полицейского.
– К тому времени уже шел дождь?
– Стало поливать и гром загремел, едва этого типа подняли на палубу.
– Вашего судна?
– Ага...
– Ваша жена проснулась?
– В каюте горел свет, и Аннеке, накинув пальто, смотрела на нас.
– Когда вы заметили кровь?
– Как только его положили возле штурвала. Она текла из трещины в голове.
– Откуда?
– Ну, из дырки... Уж не знаю, как вы это называете...
– Ажаны явились тут же?
– Почти.
– А что с тем прохожим, который их вызвал?
– Я его больше не видел.
– Вы не знаете, кто это был?
– Нет, моссье.
В столь великолепное, блистающее ярким светом весеннее утро требовалось приложить определенное усилие, чтобы восстановить сцену ночного кошмара , но Жеф Ван Хутте очень старался точно передать её, подыскивая слова, словно переводя их, одно за другим, с фламандского на французский.
– Вы, вероятно, знаете, что клошара, прежде чем скинуть в воду, стукнули по голове?
– Так сказал доктор. Один из прибывших полицейских тут же отправился за ним. Потом приехала "скорая". А когда раненого увезли, мне пришлось смывать с палубы большую лужу крови...
– На ваш взгляд, как все это произошло?
– Откуда мне-то знать, моссье?
– Но вы же рассказали ажанам, что...
– Я высказал лишь то, что думал на этот счет, не так ли?
– Повторите.
– Предполагаю, что он спал под мостом...
– Но до того вы его не видели?
– Просто не обращал внимания... Ведь под мостами всегда ночуют люди...
– Ладно. Итак, автомашина съехала вниз к воде по пандусу...
– Красного цвета... Уж в этом-то я уверен...
– Она остановилась недалеко от вашей баржи?