Медведь ее сердца
Шрифт:
— Хорошо, спасибо, Сара. Твоя информация была очень важна.
Маленькие плечики Сары гордо распрямились, а грудь выгнулась вперед, как у петушка бентамской породы.
— А я тебе так и сказала, — крикнула она, подошла и взяла мать за руку. — Видишь, мама, я же говорила, что это важно, — прошептала она, когда они двинулись к двери.
— Да, детка, — ответила Джулия. — Спасибо, Берн, — пробормотала Джулия через плечо,
Сара остановилась.
— О, я почти забыла… — Она снова повернулась к Берну. — У меня кошечка доктора Лиз.
— Что? — Изумился Берн.
— Она принесла ее, чтобы составить мне компанию, прежде чем вы пришли, чтобы спасти нас, и я взяла ее к себе домой, но она все время мяукает. Я думаю, что она скучает по доктору Лиз. — Берн вздохнул.
— Хорошо, мартышка. Вы присмотрите за кошечкой несколько дней, а потом мы решим, как ее вернуть доктору Лиз.
— Окей, дядюшка Берн. Это очень хорошая кошечка.
— Я уверен в этом, — сказал Берн с хмурым видом, откинувшись на спинку стула и притягивая Дженну к себе на колени.
— Ну, это было удивительным открытием. Может быть, доктор Монтроуз — наш союзник, а не враг. Мы могли бы использовать ее, чтобы проникнуть внутрь организации.
Мартин зарычал.
Берн вопросительно посмотрел на него.
— Не хочешь объяснить, почему ты рычишь на меня, Мартин Крюгер?
Мартин откашлялся.
— Прости, Берн! Сейчас прозвучит новость, которую я и хотел огласить утром, — пояснил Мартин.
— Ах, да, всю ночь ждали, когда же подвешенный меч упадет. Давай уже, хуже не будет.
— Элизабет Монтроуз — моя пара, — категорически заявил Мартин.
— Охренеть теперь, — выдавил из себя Берн. — Это, безусловно, усложняет дело, не так ли?
Мартин уставился в пол.
— Мне нечего сказать, Берн. Вы знаете, что это не мой выбор.
— Да знаю, брат, знаю. Я думаю, что первым делом нужно привести ее сюда и поговорить с ней. Тащи ее сюда, Мартин.
— Да, Глава.
Когда Мартин подошел к двери, он услышал, как Дженна шепчет Берну.
— Я ничего не понимаю, когда Элизабет говорила со мной, она была холодна, как лед. Когда я обвинила ее в похищениях, она огрызалась.
— Дженна, тише. Слух оборотней, помнишь? Мы скоро узнаем правду, — прошептал в ответ Берн.
Мартин медленно спускался по лестнице, не уверенный в том приеме, который его ждет, когда он войдет в камеру Элизабет. Он ожидал либо страха, либо гнева. Он обнаружил, что женщина свернулась на кровати, дрожа под тонким одеялом, но заливаясь при этом потом.
Мартин сдернул ключ со стены, ворвался в камеру и, встав на колени рядом с кроватью, повернул ее к себе лицом. Ее кожа была бледной до синевы:
— Элизабет, что случилось?
— Лихорадка, озноб. Мне нужно мое лекарство, — прохрипела она от сухости в горле. Мартин достал пластиковую
— Ты в состоянии идти? Я проведу тебя наверх, и тебя осмотрит доктор Клана.
Элизабет слабо покачала головой.
— Я не думаю, что смогу подняться по лестнице сейчас. Я так устала. — Ее глаза снова закрылись.
Медведь Мартина заревел в его голове. Он оставил ее прошлой ночью. Оставил ее в одиночестве и посмотрите, что с ней случилось. Он подвел свою пару. Не захотел защитить ее, а она ведь действительно больна. Мартин обернул одеяло вокруг крошечной женщины и поднял ее на руки. Подойдя к двери, он отчитал охранника.
— Почему мне не доложили, что ей стало плохо?
— Прости, Мартин. Она уже была больна, когда ее привезли. Она просто пленница. Я не думал, что тебя сильно обеспокоит ее состояние, — ответил молодой медведь.
Низкое рычание вырвалось у Мартина.
— Не нужно было думать. Это не входило в твою компетенцию. В любом случае нужно звонить мне. Понял?
— Так точно, сэр.
Мартин поднялся по лестнице обратно в кабинет Берна в три прыжка. Элизабет, казалось, начала задыхаться, наряду с ознобом и лихорадкой. Мартин пересматривал свой план, он не думал, что вызова врача будет достаточно, им придется отвезти ее в больницу.
Мартин аккуратно перехватил тело на руках и открыл дверь в кабинет Берна, ворвавшись внутрь, как будто его хвост горел.
— Берн, она больна, очень больна. Нам нужно отвести ее в клинику. Можешь позвонить доктору Фицпатрику, чтобы он нас встретил?
Берн уже был на ногах.
— Дженна позвонит, пока я еду. Давай, бегом.
Все четверо погрузились в джип Берна, Дженна набрала доктора прежде, чем они успели покинуть подъездную дорожку. Мартин достал из кармана носовой платок и попытался промокнуть пот со лба своей пары.
Берн включил обогрев на полную мощность, и дрожь Элизабет немного утихла. Она бросила из-под ресниц взгляд на Мартина и прижалась ближе.
— Ты такой большой и теплый, — прошептала она. Он прижал ее к себе как можно ближе, желая успокоить, насколько он мог это сделать.
Она подняла руку и провела ладонью по его щеке.
— И очень красивый. Поцелуешь меня?
Мартин наклонился вперед и осторожно коснулся ее губ, его сердце рвалось из груди. Она мягко улыбнулась.
— Какой хороший сон!
Она снова закрыла глаза и прижалась щекой к его груди.
* * *
Запах дезинфицирующего средства пробился даже сквозь кислород искусственной вентиляции легких. По этому запаху, жесткой подушке под ее головой и царапающей кожу простыне, прикрывшей ее, Элизабет сразу поняла, где она. Больница. Опять. Опять в аду.