Медоед
Шрифт:
Средний кристалл стал добычей после того, как я справил малую нужду. Мне не привыкать к сбору в таких местах!
Торопиться выходить я не стал. Раз ожидается драка, то надо быть к ней готовым! Во всеоружии! Эх! Сюда бы автомат! Да пару-тройку полных магазинов к нему!
Опустив руку в рюкзак для трофеев получил приятную информацию. Пистолет, забранный мной в лондонском салоне, мог быть перемещен в эту локацию. А вот револьвер нет. Вероятно, игровые алгоритмы сочли характеристики лондонского ствола недалеко опережающими оружие этого периода.
Теперь, обладая опытом в обращении с пороховницей, быстро зарядил пистолет, снова спрятав в рюкзак.
Вернувшись, застал дядьку спускавшимся по трапу.
— Так, Егор! Дело наше совсем худо! Вот-вот снова свалка начнется! Чую, что не отобьемся! Их много и все свежие. У нас почти все раненые! Ты бы сходил в трюм, да подыскал бы место, где схорониться на первое время. Боюсь, что они, как корабль возьмут, будут на выживших злость выпускать. А в трюме пересидишь это дело! А там, глядишь, дядька из неволи выкупит! Чай за мальца много выкупа не затребуют!
Мысль была толковая. «Остаться последним выжившим», это вариант прохождения квеста без штрафа. Честно говоря, мне не хотелось еще несколько раз оказываться на этом судне. И это не из-за качки или пиратов.
На данный момент всего три кристалла за семь или восемь часов мытарств! И в качестве трофея отсюда могу переместить только свой кафтан да шомпол от пистолета! Смешно!
Протиснувшись в узкий проход между бортом и переборкой, я попал в трюм. Он был тесно забит бочками, тюками и ящиками с товаром. Всё было связано между собой канатами, чтобы груз не мог сместиться с места во время качки.
Забравшись наверх, я нашел одно место между тюками с чем-то мягким, куда можно было забраться. Под ними были бочки большого объема. При желании, а оно, когда сильно припечет, появится обязательно, щуплое тело Егорки могло протиснуться в небольшой зазор.
Этот вариант мне совершенно не нравился. Думаю, что, захватив судно, пираты первым делом бросятся в трюм, чтобы посмотреть, за что они сражались. Всё перещупают и меня непременно найдут. И хорошо, если сразу прирежут, вымещая на пленнике злобу пытками.
Оставив вариант «на потом», продолжил обследование.
Лучшим вариантом я считаю бегство с корабля. Вот только как это сделать во время сражения? Никто ж мне не даст возможности воспользоваться шлюпкой. Бред! Две шлюпки, которые я успел заметить, еще надо как-то спускать с борта на воду! И вообще не уверен, что они уцелели после нескольких залпов картечью.
Включив в очередной раз сканер, я обнаружил два Малых кристалла. Один находился сверху на тюке. Второй примостился в нише, образованной балкой, которая опиралась на борт и была основой для палубного настила.
Бросаться к ним и забирать их сразу я не стал. Десять секунд работы специального зрения дали возможность в фоне камней рассмотреть деталь, которую в темноте раньше не замечал.
В борту было минимум три порта. Возможно, что раньше тут тоже располагали
Крышка порта крепилась канатами, с узлами которых, как я ни старался, справиться не получилось. Морские узлы, это отдельная наука, для меня, умевшего завязывать только шнурки, непостижимая.
И снова помогла сабля английского офицера. Хорошо, что не было Домашних схронов в Скупке. А то бы купил и выложил ее.
Перерезав канаты смог приподнять крышку. Размеры позволяли мне свободно выбраться за борт.
План побега обрел еще большие очертания, когда я вспорол несколько верхних тюков груза.
Наощупь в темноте было непонятно, что это. Или шерсть, или пенька. В любом случае, на воде должно какое-то время продержаться. А длинный, но небольшой в обхвате размер баула позволял вытолкнуть его в проем порта.
Чтобы потом не возиться, подтянул сразу четыре штуки. Не забыл приготовить и куски веревок, чтобы потом их связать друг с другом.
Итак, вариант «А», уходить вплавь. Вариант «Б», прятаться в трюме.
Покидать судно сейчас преждевременно. Меня сразу же заметят, а потом обязательно настигнут. Или пристрелят.
За десяток минут, что я находился внизу, наверху возобновилась пальба из пушек. Пора возвращаться к дядьке. Наверху уже кипит бой. Звуки схватки с палубы глушились деревянными переборками, но резкие крики и стоны все равно проникали вниз, напоминая о беспощадности происходящего.
Когда я выбрался в каюту из трюма, Георгий Давыдович, закрыв наклонные двустворчатые двери, ведущие внутрь судна, заряжал пистолеты.
— Сейчас помогу! — крикнул я ему.
— Марш обратно! Схоронись! Амба нам! Я сказал, брысь, неслух!
Я сделал вид, что возвращаюсь обратно, но в проеме остановился, наблюдая за действиями пестуна.
Дядька сгреб заряженное оружие в охапку и поднялся к двери. Приоткрыв ногой одну створку, выглянул на палубу, и сразу начал стрелять, отбрасывая пистоли вниз. Стрелял быстро. Уверен, что каждый выстрел означал еще одного упавшего пирата. Ой, не просто мой хромоногий сопровождающий! Умеет убивать быстро, эффективно, без жалости и лишних движений.
Внезапно дверь резко раскрылась и вниз ринулся огромный пират с саблей, ударом ноги в грудь сбив Георгия. Но тот умудрился быстро вскочить на ноги.
Заряженного оружия больше не было, и он, схватив саблю, вступил в неравную схватку. Неравная, потому что пират был значительно крупней и моложе его. Но не только. Только сейчас я заметил, что левый рукав кафтана Георгия пропитался кровью.
Свист стали прорезал воздух. Георгий увернулся от первого удара, и тут же сделал выпад в ответ, целясь в грудь противника. Тот легко уклонился, просто развернув корпус влево, после чего ударил локтем в лицо Георгия, опрокинув его на спину. Схватка оказалась очень короткой.