Медное царство

Князева Виктория

– Конечно, свидимся! – уверенно ответил Максюта. – И не раз еще! Прощай, брат! – Он вскочил на коня. – И ты прощай, Громовеста!

– Прощай, брат! – крикнул и Ваня. – Велеба Будиволн, спасибо тебе!

– Прощайте уж, прощайте, – отмахнулся старик.

Он тоже сел верхом и, что-то шепнув коню на ухо, помчался вперед. Максюта еще раз посмотрел на Ваню, кивнул Весте, встал на стременах, присвистнул ухарски и поехал следом за тестем.

Иван постоял еще немного, почесал затылок. От раздумий его оторвала волчица, потянула зубами за штаны.

– Пора

кобылок вдругорядь выпускать, Иванушка. Солнце уже высоко.

– Да, конечно, – спохватился Ваня, – я тут замечтался малость.

Он затянул кушак потуже, встряхнул головой и пошел следом за Вестой.

Конюшня показалась еще более грязной, чем вчера. Из-за перегородки слышалось жалобное ржание лошадей. Ваню чуть слеза не пробила: такие красавицы и в таком хлеву, да что там хлев, иной свинарник чище будет. Иван, памятуя вчерашнее, открыл дверь и быстро отскочил в угол, чтобы не быть сбитым. Кобылицы резво выскочили из денника и скрылись вдали, только пыль подняли. Ваня, до конца надеющийся на то, что сегодня лошадки будут посмирнее, с тоской посмотрел на Весту:

– И чего делать будем? Максюту-то поминай как звали.

– Сами будем разбираться, – проговорила волчица, впрочем, без особой радости в голосе и с вызовом посмотрела на Ваню: – А что еще предложишь, разумник ты мой?

– Ничего, – вздохнул Иван, – уж как-нибудь да сдюжим, верно?

– Верно, – улыбнулась Веста, довольная тем, что Ваня не начал ныть, – были бы мы живы – а там держитесь, цари да лошади, со всеми справимся!

– Со всеми, – уверенно покивал Иван и запрыгнул ей на спину.

Веста рыкнула для порядку, пусть, мол, не забывает, с кем имеет дело, ударила лапой и помчалась вслед за кобылицами. Снова повторилась вчерашняя история, снова начали дразнить своей прытью царские лошади, подпускали близко, но в руки не давались. Иван хотел предложить волчице загнать их до изнеможения, но подумал, что кто еще кого загонит. Замолчал, нахмурился. Веста, высунув язык едва не до земли, бросалась то в одну, то в другую сторону, правда, уже без особой надежды. Наконец она окончательно выдохлась и упала без сил в тени большого дерева.

– Леший бы побрал этих лошадок! – злобно воскликнула она. – Да как же с ними этот Велеба справился, если и мне невмочь?

– Не побрал бы, – угрюмо проговорил Ваня, – видел я этого лешего, куда ему с лошадьми справляться!

– Как это видел? – не поверила волчица. – Где видел, когда?

– Да еще когда только сюда попал. Он же вроде не только леший, он еще и решает, кого сюда пускать, кого не пускать. У меня пропуск затребовал, паспорт смотрел.

Веста слушала, вытаращив глаза, и, казалось, очень хотела что-то спросить. Ваня же, как ни в чем не бывало, продолжал:

– Девчонка у него ничего. Симпатичная такая девчонка, Настюхой зовут.

– Ты и внучку его видал? – совсем изумилась Веста. – Это ж… да как же это так?

– А что такого? – не понял Ваня. – По-моему, с ним не так уж и сложно повстречаться.

– Повстречаться-то несложно, но вот чтобы заговорить,

да еще и с внучкой его познакомиться – это ведь уму непостижимо! Он же почти не выходит из Горе-леса, а туда вход заказан, почитай, всем, кто родства с тамошними обитателями не имеет. Погоди, – тут она взглянула на Ваню в упор, – ты, говоришь, с внучкой его познакомился? Как, близко ли?

– Куда уж ближе, – рассмеялся Ваня, – наговорила мне юная барышня комплиментов, сказала, что понравился я ей будто дюже. Мы с ней, почитай, целый день вместе провели, вместе к ее бабушке сколько верст отмахали!

– Это как же это? – едва не взвизгнула волчица. – Да ты… Да ты знаешь, что это означает?

– А что? – удивился Иван. – То, что девчушка хорошая, – это да, факт.

– Да хорошая-то она хорошая, – согласилась Веста, – другое дело, что девчонка эта не простая, а коли ты ей по нраву пришелся, не грех и помощи у нее испросить!

– Как это просить? Она вон где, дальше Медного царства. Да и чем поможет нам эта кроха?

– Эх, – махнула на него лапой волчица, – ничего-то ты не понял!

И она, с трудом встав на ноги, начала обнюхивать дерево, под которым лежала, со всех сторон. Видимо, не нашла того, что искала, бросилась к другому, к третьему. Ваня с изумлением за ней наблюдал, затем решил, что лучше будет не сидеть на месте, а ходить за ней следом. Так он и поступил. Через четверть часа, когда Ване уже порядком надоело метаться между деревьями, Веста вдруг издала торжествующий рык и двумя лапами с силой провела по стволу какой-то низкорослой березки, да так, что с той клочьями посыпалась белая кора. Ваня подошел поближе, не увидел ничего нового и сел рядом с деревом, с интересом посматривая на выражение волчьей морды. Веста, видимо, чего-то ожидала и била по земле хвостом от нетерпения.

– И чего? – не выдержал Ваня. – И что будет?

– Тихо ты, – отмахнулась от него волчица, – сам увидишь.

Иван ждал, смотрел по сторонам, смотрел с любопытством в небо, но ничего особенного не замечал. Он уже заскучал, но тут Веста вскочила на ноги и побежала к кому-то. Ваня помчался за ней.

– Ага, – раздался звонкий голосок, – так вот кто мои березы мучает!

Иван испугался, но, приглядевшись как следует, безмерно обрадовался. Из-за кустов к ним навстречу вышла Настенька, необычайно серьезная, хотя глаза ее светились лукавством и озорством. Девчушка смотрела только на волчицу и, казалось, не видела Ваню. Выговаривала строго:

– Что тебе моя березка заветная сделала? Али мало деревьев в лесу, чтобы когти свои точить острые?

– Здравствуй, Настенька! – воскликнул Иван. – Как же давно мы не виделись!

– Ой! – взвизгнула девочка и повисла у него на шее. – Ванечка! Наконец-то я тебя встретила!

– Здравствуй, милая, здравствуй, – улыбался Иван, опуская ее на землю и целуя, – я тебя тоже очень рад видеть!

– Ванечка! – восторженно пищала Настя, но, вспомнив вдруг о волчице, снова строго к ней обратилась: – Так зачем же ты мою березоньку обидела?