Медленное пламя

Эшли Кристен

Но когда он посмотрел, ожидая, что она присоединится к нему у капота, находившегося недалеко от двери, ведущей в дом, он увидел, что она идет к открытому проему гаражной двери.

Поняв намек, Дэппер Дэн выбежал под снегопад.

Тоби оставил сумку на капоте и сменил направление, наблюдая, как Адди выходит под снег, останавливается и запрокидывает голову.

Тоби застыл, глядя на нее, одетую в темно-зеленое пальто поверх платья и сапоги на высоком каблуке, с волосами, собранными в прическу, которая буквально взывала к мужчине распустить их, и он не двинулся

с места, наблюдая, как она стоит в тусклом лунном свете и, моргая, смотрит на снег.

У нее дома стояло несколько фотографий Брукса в рамках. Еще несколько висело на стенах, на большинстве фотографий она была с Элизой или своими знакомыми.

Их было немного, Адди не любила фотографироваться, замораживать момент в кадре.

Она любила жить и помнить.

Прямо как Тоби.

Но была одна фотография в красивой рамке, которая занимала почетное место на комоде ее спальни.

Большая, потерявшая часть своей резкости из-за увеличения.

И все же, на фотографии можно было разглядеть блондинку, сидящую спиной на одеяле, по большей части ее окутывала ночная тьма, и лишь легкий материал сарафана давал намек на очертания тела.

Но лунный свет освещал ее длинные светлые волосы.

Дафна.

И в этот момент Адди стояла, подставив лицо падающему снегу, ее волосы ярко светились в лунном свете, даже если он еле-еле пробивался сквозь облака.

Тоби прислонился плечом к проему гаражных ворот и скрестил руки на груди, решив в этот момент, что пора разобраться с хижиной. Там останавливались его дедушка, отец, он и Джонни, когда покидали Мэтлок и отправлялись на рыбалку или тащили туда квадроциклы или снегоходы, чтобы исследовать на них другую местность или просто расслабиться и весело провести время.

Теперь хижина принадлежала Тоби, но он редко там бывал, поскольку до недавнего момента они с Адди не были вместе, и свозить туда ее и Бруклина не представлялось возможным.

Теперь все изменилось.

Поэтому он собирался отремонтировать это мужское убежище и сделать его пригодным для нее, Бруклина, а также для Джонни и Из, когда те захотят им воспользоваться.

Там Адди могла бы вдоволь насладиться лунным светом. И снегом. И природой. И тишиной.

И Тоби.

И он мог бы подарить ей уютное место, где можно уйти от повседневных забот и стать Дафной.

Адди, не опуская головы, сказала:

— Тебя не должно быть здесь.

— Мне нравится вид.

Она опустила голову и оглянулась на него.

— Я влюбляюсь в тебя.

Это прозвучало настолько неожиданно, что его внутренности буквально рухнули вниз, будто от тяжести ее слов.

Он, черт возьми, чувствовал, что задыхается.

Но эта тяжесть была не свинцовой, а бархатной.

— Ну, наверное, честнее было сказать это в прошедшем времени, — продолжила она.

Иисусе, гребаный, Христос.

— Иди сюда, — прорычал он.

— Она бы полюбила тебя, Тобиас. Она бы тебя обожала. Ей бы понравилось, как ты относишься к Бруклину, и ей бы понравилось, как ты относишься ко мне.

—

Аделина, иди… сюда.

Она не пошла.

— Ненавижу, что Чарли придется повести Иззи под венец. Ничего не имею против Чарли. Он заслужил эту честь, присматривая за ней все те годы до встречи с Джонни. Но мне бы хотелось, чтобы к алтарю ее проводила мама. Мне бы хотелось, чтобы мама вложила ее руку в руку мужчины Гэмбл. Соединила лунный свет и моторное масло.

Бл*ть.

— Детка, иди сюда.

— Это эгоистично, но если до этого дойдет, и ты сделаешь меня своей перед Богом, мужчиной, женщиной и Мэтлоком, я хотела бы, чтобы она вложила мою руку в твою и переплела наши пальцы. И я хочу стоять рядом с тобой и с ней и знать, что всю оставшуюся жизнь могу на нее положиться.

Ну, всё.

Хватит.

Он оторвался от проема и подошел к ней, обхватил ее лицо ладонями, приподнимая ее голову и заслоняя собой лунный свет.

— Адди…

Она запустила руки в его пальто, под пиджак и обвила ими его талию.

— Тоби, это было великолепное второе первое свидание.

С него достаточно.

— Черт, мне придется трахнуть тебя на морозе в кузове моего грузовика.

Она ухмыльнулась своей улыбкой «этот мужчина принадлежит мне».

— Я не против.

Конечно, она не была против.

Он поцеловал ее.

И это был самый горячий и самый прекрасный секс в его жизни, даже если происходил на холоде, когда он нависал над ней, прикрывая, как только мог, на откинутой дверце кузова, пока острые каблуки ее сапог впивались в его задницу.

Трусиков на ней не оказалось.

И он никогда не забудет, как распустил ее волосы и увидел, как эти золотистые волны рассыпались по ребристой поверхности стального кузова, и она пристально смотрела ему в глаза, когда он вошел в нее.

Только Адди выдержала бы такой трах и кончила бы от него так же сильно, как и он.

Только его Адди.

Это был союз, заключенный на небесах.

Их второй раз был в его постели. Тоби медленно двигался внутри Адди в лунном свете, волны ее волос разметались по подушкам, и он наблюдал, как ее тело движется под ним в заданном им ритме.

— Я тоже в тебя влюблен, Аделина, — прошептал он.

— Я знаю, милый, — прошептала она в ответ, сжимаясь вокруг него.

Не переставая ее трахать, Тоби улыбнулся и поцеловал ее, потому что…

Конечно же, она знала.

Следующую неделю Тоби провел с Джонни, тайком просматривая фотографии, листая фотоальбомы и роясь в девчачьих безделушках, когда женщин не было рядом.

Но когда они нашли это, то поняли: это — то самое.

Поэтому они отнесли это Марго и рассказали ей план.