Медиум
Шрифт:
Михаил отошел на пару шагов и принялся кому-то яростно названивать, а его дочь подошла ко мне. Раскрасневшаяся от слез, с потекшей тушью на глазах и слегка красноватым носиком она все равно была такой прекрасной, что я ощутил почти физическую боль, глядя на нее.
— Сергей, я уговорила отца, он согласен на эксгумацию.
— Разве для этого не требуется какое-то разрешение?
— Папа сейчас все уладит. Я хотела тебя попросить о другом. Ты… ты можешь побыть со мной, когда это все произойдет? Пожалуйста, я хочу, чтобы ты был рядом…
— Я… —
— Спасибо…
Она так крепко обняла и прижалась ко мне, что аж хрустнул позвоночник. А я на секунду вернулся в прошлый год, когда мы были вместе и наслаждались друг другом. Жаль, что недолго…
Глава 11
Стрельцов действительно все организовал достаточно быстро и обо всем договорился с администрацией кладбища. В течение часа здесь поставили ширмы, похожие на больничные, пригнали рабочих с инструментом и растащили в разные стороны огромный ворох могильных венков и цветов, которые мешали эксгумации.
Еще спустя час, рабочие откопали элегантный дубовый гроб и приступили к его извлечению из земли. Они краснели от натуги, вытягивая его из земли.
— Тяжелый, зараза…
— Ага, да еще и ручками за края цепляется!
Пока они корячились, на меня бросал весьма красноречивые взгляды Стрельцов. Дубовый гроб, конечно, тяжелый, но не настолько, чтобы четверо взрослых мужиков доставали его с таким напрягом. И я был согласен с этим мнением. Что-то тут нечисто…
Когда, наконец, извлекли этот огромный саркофаг, по какому-то недоразумению названный гробом, вокруг собрались все причастные, в том числе и охранники.
— Все, — сказал старший из рабочих, — дальше вы сами. Мы уже таким не занимается…
К гробу подошел Стрельцов, не доверяя никому подобное действо, без колебаний ухватился за металлическую вычурную ручку, он резко распахнул верхнюю крышку.
Несколько секунд царила абсолютная тишина, которую нарушали только звуки шагов и разговоров, доносящиеся из-за ширмы. А потом меня захлестнуло волной чужого гнева.
— Ублюдок!!! — Кричал Стрельцов. — Это, по-твоему, смешно?! Да я тебя в порошок сотру, гнида!!!
— Сергей, как ты мог?! — Огромные полные боли глаза Виктории обратились ко мне с нескрываемым осуждением, смотря как на вероломного предателя.
М-да, в гробу, к моему огромному удивлению, действительно лежала женщина. Но даже сейчас, видя тело собственными глазами, я не ощущал вблизи себя присутствия мертвеца. Что-то тут было не так…
— ТИХО! — Рявкнул я, выпуская на волю капельку Силы, потому что Стрельцов уже явно намеревался броситься на меня с кулаками, а это должно было хоть немного, но остудить его пыл.
Все вокруг замерли, забыв как дышать. Их души захлестнул ужас от прикосновения чуждой любому живому человеку темной энергии, а тела сковал страх.
Дотронувшись до лица «покойной», я понял, что моя догадка оказалась верной. Поскребя ногтем щеку лежащего «тела», я поднял вверх палец, демонстрируя всем светлую стружку.
— Это воск.
— Что?!
— Как это?
— Ни ху…
— Охренеть!!!
Со всех сторон начали раздаваться возгласы удивления. Стрельцовы не удержались и бросились к гробу проверять самолично, и вскоре убедились, что я не вру. Там действительно лежала ростовая восковая кукла, чьи черты лица с фотографической точностью повторяли внешность якобы покойной супруги Олигарха. Хотя, кто знает, может, ее и самой уже нет в живых, а кому-то просто понадобилось тело… хотя нет, звучит не очень правдоподобно.
На Михаила сейчас было жалко смотреть. Он стоял на коленях, пачкая землей непомерно дорогие брюки, и с ошарашенным видом ощупывал содержимое гроба. От него несло таким смятением, что я невольно отошел на пару шагов, чтобы меня оно не задевало так сильно.
Вика же, убедившись в том, что я не солгал ни единым словом, подошла ко мне, ухватила за ладонь и повела меня за ширмы, прочь от гомонящей толпы.
До самого выхода с кладбища мы не обменялись ни словом, и только за воротами она развернулась ко мне всем телом, но все же избегала смотреть в глаза.
— Спасибо тебе… за все. Извини, что я хоть и на одно мгновение, но засомневалась в тебе. Просто это было так…
— Не извиняйся, я все понимаю. Первую секунду я и сам в себе засомневался.
— Мне странно это говорить, но мне как будто бы стало немного легче… теперь мне хочется думать, что мама жива, просто с ней приключилась какая-то неприятная история.
Или ее труп похитили и заменили восковой фигурой, преследуя непонятные мотивы. Но, естественно, вслух я этого говорить не стал.
— Знаешь, Сергей, — Вика грустно улыбнулась, смотря куда-то мне в область груди, — а ты изменился.
Я промолчал, ведь прекрасно ощущал это и сам.
— С папой мало кто может так разговаривать, а ты сегодня просто… я не могу подобрать слов… раньше за тобой этого не замечала.
— Настроение просто такое.
— Не только настроение… Серёж, у тебя что-то случилось?
— Все время что-то случает, такова жизнь.
— Ну мне-то можешь сказать, мы все же не чужие люди друг другу…
— Разве? — Я вопросительно поднял брови. — По-моему, твой отец приложил все силы для того, чтобы мы таковыми стали.
— Я… мне жаль, что все так вышло… с нами…
Виктория не выдержала и отвернулась.
Полминуты мы помолчали, думая каждый о своем. Мне не хотелось ничего говорить, а она не могла подобрать слов. Но когда я снова попробовал уйти, то девушка обхватила рукав моей олимпийки обеими руками, не отпуская от себя.