Мечтаю о тебе
Шрифт:
– Нормально наверное. То есть я стараюсь не думать об этом. – Вот только это была ужасная ложь. Прошлой ночью я думал только об этом.
Он поднял взгляд, и уголки его губ приподнялись.
– Должен сказать, мне больше нравилось то, что на тебе было раньше.
Мои щёки покраснели, когда я подошла к столу, - Должно быть, ты очень устал.
Одна бровь приподнялась, - О, милая, я никогда не устаю восхищаться красотой женщины, которая только что проснулась и всё ещё ходит в одежде, в которой спала.
Я села, разглядывая его, как инопланетное существо, - Я и не знала, что ты
– Скорее, возмутительный флирт, – поправил он, открывая коробку с блинчиками. – Очевидно, у меня это не очень хорошо получается.
Сложив руки на коленях, я могла только наблюдать, как он берёт блинчик и кладёт его мне на тарелку. Он что, пытается со мной флиртовать? Это определённо не входило в типичные обязанности детектива.
Ну, разве что в любовных романах.
– Я до сих пор в шоке от того, что это была ты, когда я вчера вечером вошёл в офис. Боже. Сколько лет прошло? Слишком много.
Он взял ещё один блинчик и положил его на тарелку, - Мне правда жаль, что так вышло с Кевином. Я снова и снова убеждаюсь в том, что жизнь непредсказуема.
– Это правда.
Я взглянула на блинчик. Он выглядел аппетитно, но нервы брали верх над моим аппетитом, – С этим трудно смириться и двигаться дальше, но ты справляешься, даже когда кажется, что этого никогда не произойдёт.
– А ты? – Он взял нож и вилку и начал разрезать блинчик. – Ты двинулась дальше?
– Я…,- Вопрос застал меня врасплох, и я взглянула на фотографию Кевина, - Это было четыре года назад, и я… я всегда буду любить его, но я… я закрыла эту главу своей жизни.
Он мельком взглянул на меня и, не отводя взгляда, поднёс ко рту кусочек блинчика. Он ел его с таким наслаждением, словно это был первый и последний кусочек еды, который он когда-либо пробовал, и я не могла не думать о том, что если он ест с таким удовольствием, то на что он похож во время еды...
Я отогнала эту мысль и быстро переключила внимание на свою тарелку. Боже мой, что со мной не так? Почему я думаю о том, как Колтон ест… ну, точно не еду. С другой стороны, кто бы не подумал об этом, увидев его и эти пухлые губы?
– Так чем же ты занималась, Эбби?
Я вздёрнула подбородок, чувствуя, как тяжело бьётся моё сердце, - Я окончила Пенсильванский университет. Эм, я работала в Нью-Йорке в издательстве.
Он удивлённо приподнял брови, - Серьёзно? Это впечатляет.
Я пожала плечами, - Ну, получить эту работу было непросто. Мне пришлось потрудиться. К счастью, я смогла пройти летнюю стажировку во время учёбы в колледже. Это помогло мне обзавестись связями, но к моменту ухода я всё ещё была помощником редактора. Кевин работал в другом издательстве. Он в рекордные сроки стал старшим редактором. Конечно.
– Почему?
Он почти доел свой блинчик.
Я слабо улыбнулась, - Издательская индустрия явно любит своих мальчиков.
– Интересно. Я этого не знал. – Он сделал паузу. – И ты ушла после смерти Кевина?
Я кивнула, - Я просто… ну, я не была фанатом этого города. Даже Филадельфия не сравнится с Нью-Йорком. Там было чертовски дорого, и я не видела смысла оставаться там после этого.
Он взял второй блинчик. – А ты всё ещё работаешь редактором?
– Фриланс.
– Инди? – в его голосе слышалось неподдельное любопытство.
– Независимые авторы – те, кто не сотрудничает с издательствами. Сейчас я работаю над новым романом Джейми Макгуайра. Он называется «Другие жизни», и он просто фантастический. Хотя иногда моя работа бывает непростой.
– Почему? Работа с авторами?
Я рассмеялась, - Все авторы, с которыми я работала, были великолепны. Например, Джейми? Она та ещё зажигалка, но при этом очень милая. Но иногда я просто забываю, что это работа. Например, мне нужно быть очень внимательной, но я погружаюсь в историю и в следующий момент понимаю, что мне нужно вернуться и перечитать целую главу. Я надеюсь, что она наймёт меня для своей следующей книги о братьях Мэддокс. Я огромная... – я смущённо рассмеялась. – Прости. Я могу быть немного фанатичной.
– Всё в порядке.
Я прикусила губу, - Нет ничего удивительнее, чем видеть, как книгу, над которой ты работал, обсуждают и любят, или когда она попадает в список бестселлеров. Ты чувствуешь себя частью чего-то большего.
Колтон ухмыльнулся, пристально глядя на меня, - Ты действительно любишь свою работу.
– Я люблю книги, – просто сказала я. – Нет ничего сильнее печатного слова. Оно может перенести тебя в место, которое существует прямо сейчас и которое ты никогда не увидишь, или в мир, которого не существует. Оно может показать тебе то, чего ты никогда не испытаешь в реальной жизни, и книги… самое главное, они могут вырвать тебя из твоего собственного мира, а иногда тебе это нужно.
– Я тебя понимаю. – Он по-прежнему смотрел на меня своими внимательными голубыми глазами.
Между нами повисла тишина.
– Я уверен, что ты пришел сюда не для того, чтобы слушать всё это.
Он отложил вилку, - Вообще-то да, так и было.
Я моргнула. – Что?
Колтон наклонился ко мне, не сводя с меня глаз, - Я не был знаком с тобой в старшей школе, но знал о тебе.
– Правда? Не могу представить, чтобы это было что-то интересное. Я была скучной, как...
– У меня никогда не было впечатления, что ты скучная, – перебил он меня, и, боже, я могла бы утонуть в этих глазах и никогда не вынырнуть. Звучит так банально, и если бы я увидела это в одной из книг своего автора, я бы всё переделала, но теперь я поняла. Это возможно. – Я просто думал, что ты та симпатичная девушка, которая сидела через два места от меня на уроке истории и стеснялась.
Мне в голову одновременно пришло несколько мыслей. Он вспомнил, что мы вместе изучали историю? Чёрт возьми. И он подумал, что я была хорошенькой? Я была уверена, что тогда весила на двадцать фунтов больше и носила эти ужасные очки, которые сейчас так в моде.
Колтон был бабником.
– Оглядываясь назад, я жалею, что у меня не хватило смелости поговорить с тобой тогда.
Он снова уткнулся в свой блинчик, а у меня отвисла челюсть.
– Но ты была с Кевином и… да, это не в моём стиле, понимаешь?, Он взглянул на меня, - Ты ведь будешь есть блинчики, верно?