Мечтай

Райт Элис

— А хрен его знает, — пожал плечами. — Мне всё равно.

Заметил, как все переглянулись, будто молча передавали друг другу какую-то сокровенную мысль.

— Ой, да ладно вам! Это всего лишь моя жизнь. Моя разрушенная в хлам жизнь. Но не стоит так убиваться. Раз я до сих дышу, то ничего криминального не произошло. Я помолвлен, через два месяца стану мужем. Такая вот петрушка.

Они снова все переглянулись. Бесят прям своими гляделками!

Ну а что я мог сделать?! Разве я недостаточно уже сделал?! Разве я не старался?! Не брыкался?! Не отбивался?! Не дрался?! По-моему, я сделал всё, чтобы отстоять свою жизнь. Но смысла бодаться больше нет. Вчера, когда Мишель ушла…

Да…

Когда она, чёрт подери, ушла вместе с Итаном…

Чёрт, как же сложно всё-таки…

Залпом допив остатки виски, жестом показал официанту повторить и сделал глубокий вдох. Так вот, вчера, когда они ушли, я нажрался. Один. Не звонил ни Нэйту, ни Трэвису, ни Диего. Просто взял пару бутылок и закрылся в кинотеатре. Всю ночь сидел в кожаном кресле и думал о своей жизни, перспективах, возможностях, статусе и репутации. О том, о чём не хотел думать, но жизнь заставила. Я понял, что пришёл конец моей свободе и вот-вот начнётся новая глава под названием «Взрослая, мать её, жизнь».

Сегодня утром ко мне приехали друзья и пытались внушить, что всё ещё возможно изменить, стоит только закрыть глаза на ложь. Всего лишь, сука, моргнуть и не заметить слона в посудной лавке, который к чертям разрушил меня и мои мечты. Всего лишь позволить человеку так поступить со мной. Такая малость, правда же?! Всего лишь проигнорировать тупую боль и зияющую дыру в груди. Мелочь, правда же?!

Я так не умею. Я открылся перед ней на 110 %. Я отдал ей всё, что есть у меня. Дом, друзей, себя. Ничего не скрывал и не собирался. Просто хотел любить и быть счастливым. Но это оказалось слишком большим запросом во Вселенную и меня быстренько спустили с небес на землю.

Она разбила мне сердце. Это правда. Она растоптала всё тёплое и светлое, что я испытывал к ней. Она лживая и насквозь фальшивая. Фантик. Красивый, мать его, фантик.

Сегодня ближе к вечеру я приехал сюда, в Малибу, попросив своих друзей поддержать меня. Они не отказали и были рядом со мной. Хоть это в моей жизни неизменно, за что я крайне благодарен судьбе. Приехав сюда, меня одели, причесали, всучили коробочку с кольцом и отправили делать предложение. Я сделал. Открыл коробочку, Кайла завизжала (разумеется, наигранно и театрально, ведь кольцо она выбирала вместе с моей мамой, как я узнал от неё же), нас стали фотографировать, запустили даже дрон, чтобы из космоса увидеть, как сияет этот вульгарный булыжник. Затем нас все поздравили, только мои друзья вместо поздравлений шептали мне на ухо слова типа: «Держись, мужик» или «Полтос, ещё не поздно сделать выбор, показать всем фак и свалить к чертям» или «Ебобо, хочешь я её вместо тебя в бассейне утоплю?» или вот это от Габи: «Бибер, хочешь я пущу слух, что ты стал импотентом и она сбежит от тебя?» или от Джойс: «Джастин, дерись и вопи, чтобы тебя услышали».

Потом мы даже потанцевали с ней под композицию I Will Always Love You от Whitney Houston. Неожиданный выбор песни на помолвку, не правда ли?! Так оригинально прям… Но в этом вся Кайла. Одно большое клише. И дело не в самой песне, она красивая и фильм, в котором она звучала саундтреком я смотрел и заценил, дело в другом. Танцуя с ней под неё, я думал о другой… О Мишель. Не хотел, но, сука, думал. Пришлось долго и упорно смотреть в небо, чтобы сдержаться и не разрыдаться, как девчонка.

После этого мы все расселись, но я пошел к своей настоящей семье, взбесив тем самым тех людей, которые родили меня. Но мне насрать. Друзья и Нанни — моё богатство и моя семья.

Семья…

Впору теперь и мне спрашивать: «А когда меня отпустит?!».

— Джастин, поешь, пожалуйста, — обеспокоено произнесла Джойс, пододвинув мне блюдо с какой-то хренью и вырвав меня из хаоса моих мыслей.

Моргнул

и сосредоточился на ней.

— Ты сама это дерьмо пробовала?! — усмехнулся себе под нос, рассматривая замысловатую закуску, явно стоящую кучу бабла, но на вкус совершенно несъедобную.

Зато красиво сервировано, даже золотой пылью сверху припорошили. Клянусь! Официант гордо заявил об этом, когда разносил закуски. Что-то в духе: «Это зародыши молодых единорогов с золотой пылью и икрой дельфинов».

Но в этом мире главное же фантик, а не содержание, правда же?! Поэтому чему удивляться, что на огромном блюде, лежат всего три несчастных зародыша с пылью.

Трэвис в ответ на мою реплику сжал челюсти и отвернулся.

— Джас, я сюда приехала только ради тебя, но сидеть и смотреть, как ты напиваешься вторые сутки подряд не собираюсь, — обратилась ко мне Нанни. Положил голову на её плечо и вздохнул. — Хочешь, я найду тебе что-то более съедобное?! — смягчившись, добавила она.

— Не стоит беспокоиться, Нанни. Я сам. И спасибо, что приехала. Я знаю, что ты не поддерживаешь всю эту канитель. Поверь, я сам был такого же мнения до вчерашнего утра.

— Джас, мальчик мой, послушай меня сейчас очень внимательно. Я никогда не указывала как тебе жить, с кем дружить, на кого учиться, кого любить и где работать. Я всегда давала тебе свободу выбора, чтобы ты сам путём проб и ошибок нашёл своё. Своих друзей, своё призвание и свою любовь. Так вот если с первыми двумя пунктами ты отлично справился, то с любовью, по-моему, ты лоханулся как последний кретин! — мои брови взлетели вверх, но Нанни жестом приказала мне заткнуться и я, как послушный сын, это и сделал. — Я сейчас говорю про Кайлу, разумеется. Ну какая она жена?! Ну ты что в самом деле?! Ты сам-то видишь её в качестве жены и матери своих детей?! Ты понимаешь, что ваши дети будут похожи и на неё в том числе. Безусловно, я уверена, что ты их полюбишь, потому что у тебя доброе сердце. Но, мальчик мой, ты любишь другую девушку. Ты её реально любишь. В жизни всякое бывает. Знаешь, я несколько раз отмечала про себя, как она общается с Итаном и замечала, что в её интонациях проскальзывали материнские нотки. Конечно же, и подумать не могла, что она действительно его мама. Но её можно понять. Она, скорее всего, просто испугалась, что ты оттолкнёшь её, узнав правду, испугаешься ответственности, либо изменишь отношение к Итану. У женщин мозг работает иначе, понимаешь?!

Слушал её и не понимал. Ну как я мог изменить отношение к Итану?! Я полюбил этого парня, не зная кто его отец, где он и чем зарабатывает на жизнь. Мне было насрать на этот факт, мне был важен сам ребёнок.

— Нет, Нанни. Я не понимаю женскую логику. Я не понимаю ложь. Я не понимаю на кой чёрт обманывать в таких вещах. А вы подумали, что будет с Итаном, когда он узнает кто его мать?! У него же мозг потечёт от подобной хрени!

— Тут понадобятся психологи, согласна. Такие вещи нельзя просто обрушить на детскую неподготовленную психику. Но и твоё исчезновение из его жизни тоже может пройти с последствиями для него, понимаешь?

Я словно огненный меч проглотил, который выжигал все внутренности.

— Понимаю.

— Я не буду указывать, что тебе делать, но очень надеюсь, что однажды до тебя дойдёт, что ты совершил ошибку. Лишь бы не поздно, — вздохнула она и поцеловала меня в висок.

— Я люблю тебя, Нанни, — чмокнул её в щеку и, встав из-за стола, пошёл из сада, переполненного богатыми и знаменитыми ушлёпками, в сторону кухни, где сновали официанты с подносами.

Ослабил узел галстука, который словно удавка душил меня и расстегнул пару пуговиц на рубашке. Мне нужно моё любимое лакомство, чтобы почувствовать хоть что-то приятное за весь вечер.