Мечтай
Шрифт:
— Я не знаю.
Впервые ответила ему честно. Раньше я всегда переводила тему или отвечала витиевато, но сейчас я правда не знала. Я ничего не знала и не могла даже предположить, как сложится мой завтрашний день. Впервые я была в такой ситуации, когда всё зависело только от меня и моих действий. Теперь я была в ответе не только за себя, но и за своего ребёнка. Я должна была обеспечить нас всем необходимым и стать наконец настоящей матерью для этого очаровательного мальчика.
Чтобы не свихнуться от бесконечного потока мыслей, принялась тщательно убирать столики, вытирать пыль везде, где
Потушила свет в помещении, подхватила стакан с соком для Итана и села в углу на небольшой диванчик. Облокотилась спиной к стене, вытянула ноги и притянула к себе ребёнка. Уставший взгляд серо-голубых глаз безмолвно спрашивал меня почему мы здесь, а не дома с Джастином и Нанни готовимся отмечать праздник. Я не могла ему сейчас всё рассказать, да он, наверное, и не поймёт всего в силу возраста.
— Почему ты плачешь? — тихонько поинтересовался Итан, прижимаясь ко мне своим маленьким тельцем.
— Мне грустно, — прошептала правду в ответ.
— Папа сказал, что мужчины тоже плачут, когда им очень больно, но никто не видит их слёз. Это как? Они плячут слёзы? — озадаченно посмотрел на меня Итан.
— Наверное, прячут. Не знаю, дорогой. Но я думаю, когда очень больно, то слёзы спрятать невозможно, — с печальной улыбкой ответила, вытерев свои слёзы.
— А ещё папа сказал, что настоящий мужчина не доведёт свою женщину до слёз, а будет доводить до длугих вещей и вызывать улыбку. До каких вещей он не сказал. Ты не знаешь? — с любопытством посмотрел на мня.
Я чуть не рассмеялась. Вот ведь мальчики, ей-богу! Но в тоже время мой маленький мужчина сейчас вызвал у меня улыбку.
— Ума не приложу о чём он говорил, — пожала плечами, посмотрев на него. Итан нахмурился и слегка выпятил пухлую нижнюю губу вперед.
— А ещё папа сказал, что я должен боготволить женщин и всегда-всегда им помогать, потому что им неплосто, — он оценивающе покосился на меня. — Тебе сейчас неплосто?
Слёзы опять обожгли мои глаза, поэтому я смогла только кивнуть ему.
— Значит, пока папы нет, я должен помогать, — заключил мой сын и прислонился к моей груди головой.
Начала гладить его по волосам, смотря на его светлую макушку. Потом неосознанно просунула палец в его кудряшку и горько улыбнулась. За два года, что я жила отдельно от Итана, я даже привыкла думать, что он мой брат, не говоря уже о том, чтобы называть его так. Но он мой сын, родившийся от большой, но краткосрочной любви.
Мама всё время мне повторяла, чтобы я не отчаивалась и продолжала верить в любовь и ждать её. Что в мире полно достойных и настоящих мужчин, которые не боятся взять ответственность за девушку с ребёнком и примут её ухабистое прошлое. Конечно, в наше время, наверное, никого не удивишь рассказом о наивной пятнадцатилетней девчонке, поверившей взрослому парню и оставшейся в итоге у разбитого корыта. Наверное, родить в пятнадцать это не смертельный
После родов я закрылась и не искала отношений с противоположным полом. Джастин стал первым мужчиной в моей жизни после Уолтера, отца ребенка, которому я приоткрыла свою душу и целиком отдала своё сердце. Глядя на свою маму, которая каждые полгода находила нового ухажёра и думала, что он точно последний, я приняла решение вовсе никого не искать. Почему? Потому что я и так, как под копирку, повторила её судьбу и родила ребёнка от краткосрочной связи, и мне не хотелось потом бегать от одного мужчины до другого в поисках заветного тепла и защиты. Поэтому я просто мечтала и верила, что мой герой сам меня найдёт. Что ж, он нашёл, а я потеряла его.
Дура.
Слеза тихонько выкатилась из уголка глаза, пока я смотрела на улицу через витрину кафе и наблюдала за спешащими людьми, проезжающими автомобилями и жизнью, которая продолжала течь своим чередом. Несмотря на мои руины, вокруг всё осталось прежним. Ничего не изменилось.
А у меня изменилось всё.
Глава 21
Джастин
В этой жизни абсолютно точно ничего нельзя планировать.
В этой жизни совершенно точно никому нельзя доверять.
В этой жизни всё полностью прогнило до самого основания.
Теперь я познал, что значит, когда петлю на твоей шее затягивают, а тебе в принципе похрен. Пусть затягивают. Пусть хоть нож провернут, торчащий из моей груди. Пусть делают, что хотят.
Мне. Всё. Равно.
Запустил ладонь в волосы и откинулся на спинку стула. Сидя за безвкусно украшенным столиком в окружении своих друзей и Нанни, думал о… А хрен его знает. Но точно не о Мишель. Не-а. Я о ней совсем не думал.
Я тоже стал лживым, но кому какое дело, правда?
По идее я должен сейчас сидеть за соседним столиком, где Кайла с булыжником на пальце щебетала с моими и своими родителями, сверкая фальшивой улыбкой, но я не хочу.
Единственное чего я действительно хотел бы, так это надраться до потери пульса. Что я и делал. Час назад я молча напялил кольцо, выбранное и купленное моей матерью, на палец Кайлы, и начал пить.
— Ебобо, может хватит? Ты скоро голову прямо держать не сможешь и уснёшь в миске с… что это за хрень в миске? Короче в миске с непонятной хренью, — хохотнул Нэйт, толкнув меня плечом. Покосился на него, прищурившись.
— Пистон, скоро часы пробьют двенадцать, а значит, наступит новый год. А значит, ты станешь ещё на один день ближе к Лесли. Подумай лучше об этом.
Нэйт сверкнул в меня гневным взглядом и сунул в рот вилку с непонятной хренью на ней.
Я не хотел хамить или злить кого-то. Просто мне сейчас было ни до чего.
— Бибер, не хочу подливать масла в огонь, но какого чёрта свадьба будет через два месяца?! Почему так быстро?! — подключился Трэвис, сидящий напротив меня.
Отличный, мать его, вопрос!