Мечтатели
Шрифт:
– Вы хорошо все продумали, мистер Толбот, – сказала Юкико. – Но вы не сказали нам, что вы ожидаете получить взамен своих усилий.
Стивен облизнул губы.
– Я хочу долю в пятьдесят процентов во всем, что мы будем делать, начиная с золота. Я вам нужен как прикрытие. Сейчас – и, возможно, в течение долгого времени – вы не сможете иметь никакого отношения к тому, что мы будем делать.
Я не изображаю из себя знатока в области машиностроения или в электронике. Моя специализация деньги.
С помощью «Хино Мару» мы сможем создать финансовую машину в Азии, которая
– А куда вы намерены сделать первое капиталовложение? – спросил Хисахико Камагучи, нарушив наступившую долгую тишину.
Улыбающиеся губы Стивена на свету казались ярко-вишневого цвета, как у карнавального шута.
– Туда, где все это началось: в Гавайи. В этом существует некая симметрия, не так ли?
Хисахико Камагучи и его дочь проявляли подозрительность, но у Стивена был ответ на каждый вопрос, который они задавали ему. В конечном итоге, они не только были восхищены продуманностью и смелостью плана, но также убедились в том, что он будет работать.
– Это подводит нас к последнему вопросу, – сказал Стивен. – Стали ли мы партнерами?
Юкико взглянула на своего отца и кивнула головой. Она была готова сыграть в игру с этим американцем.
– Сокровища «Хино Мару» принадлежат не только нам одним, – сказала она. – В это дело вовлечены другие люди. Они не знают вас так, как мы. Они не имеют доказательств ваших возможностей сделать все так, как вы сказали. Их необходимо убедить.
Стивен приготовил ответный ход на подобный аргумент.
– Скажите своим людям, что я постараюсь убедить генерала Макартура не преследовать императора как военного преступника.
Глаза Юкико расширились, и она выдохнула воздух с длинным тихим свистом. Как каждый японец, она мучилась мыслью, какому наказанию американцы предадут императора. Не составляло никакого секрета, что многие официальные лица союзников хотели видеть Хирохито повешенным вместе с его генералами. Гитлер избежал виселицы, покончив с собой, но правитель. Хризантемового трона находился в заключении.
– Вы можете сделать это?
– Макартур доверяет мне. Если я смогу убедить его, что не в наших интересах наказывать Его Величество в назидание другим, он, возможно, сможет уговорить Вашингтон пересмотреть решение. Это будет очень сложно и непопулярно, но я хочу попытаться. Не может быть большего доказательства моей надежности.
Юкико хранила молчание. Было бы кощунством, если бы святейшая персона императора была приговорена к смертной казни, более сурового наказания для японцев нельзя было придумать. Японский народ никогда бы не оправился от такого унижения. Это бы сломило его дух и навсегда превратило бы их в рабов. Мог ли этот американец на самом деле предотвратить такую трагедию? Если это так, тогда цена, которую он требует, смехотворно мала.
– Я верю, что вы можете сделать это, – сказала Юкико. Она посмотрела на своего отца и увидела едва заметный кивок головой. – И мы согласны, что если вам удастся это, мы гарантируем вам равную долю в сокровищах «Хино Мару» и во всем остальном, что мы будем
– Сможете ли вы убедить других заинтересованных лиц согласиться с этим? – требовательно спросил Стивен.
– Мистер Толбот, – спокойным голосом ответила Юкико. – Если вы сможете помочь спасти императора, то нет силы на земле, которая бы нарушила наше обязательство вам.
Холодная решимость в голосе Юкико порадовала Стивена. Она заключала в себе обещание, которое будет противостоять любым обстоятельствам, оставаясь действенным на долгие годы. Это было, подумал он, как раз то оружие, которое ему было необходимо против женщины, которая несколькими словами и одним росчерком пера, как она считала, кастрировала его.
54
Офицер по связям с общественностью в Пентагоне оперировал теми фактами, в достоверности которых не было сомнения. Он не мог сообщить Кассандре, что произошло с лейтенантом Николасом Локвудом.
– Мне очень жаль, – сказал свежевыбритый, розовощекий офицер, предлагая Кассандре неудобное кресло, в комнате, которая напоминала внутренность авокадо. – Прежде чем приходить, вам было бы лучше позвонить мне. О лейтенанте Локвуде нет никаких известий.
– Я звонила вам, – напомнила ему Кассандра. Она взглянула на папку на другом столе офицера и узнала бледно-голубые листки почтовой бумаги.
– Я также посылала телеграммы и письма.
Офицер засуетился перед этой прекрасной светловолосой женщиной с искаженным бледным лицом и растерянными глазами. Он видел очень много лиц с таким выражением и с нетерпением ожидал того дня, когда его переведут из этого кабинета.
– Может, вы, по крайней мере, скажете мне, как идут поиски? Где вы ищете?
Офицер забарабанил пальцами по столу. Военный корабль «Индианаполис» оставался больным местом морского ведомства. Не только потому, что он перевозил атомную бомбу для Хиросимы. После того как корабль затонул, спасавшиеся люди сбились в группы. Но выжили только те, кому удалось занять место в спасательных шлюпках и на плотах.
– Я бы очень хотел помочь вам, – искренне ответил офицер. – Но мы попросту не обладаем информацией, которая позволила бы считать лейтенанта Локвуда оставшимся в живых. Ближайший остров в районе, где затонул корабль, был прочесан вдоль и поперек. Мы пытались связаться со всеми судами, военными или гражданскими, которые в то время могли находиться в этом районе. Те, которые ответили нам, сообщили, что они не подбирали его или кого-нибудь еще из членов экипажа.
Офицер поколебался в нерешительности.
– Я понимаю, что это самая трудная вещь на свете. Но иногда надо принимать вещи такими, какие они есть…
Глаза Кассандры вспыхнули огнем.
– Если бы он был мертв, я бы благодарно приняла ваш совет. Но он жив!
Офицер вздохнул. Он много раз видел эту громадную непоколебимую уверенность в глазах матерей, сестер, жен и невест. Он заметил, что эта молодая женщина не носит обручального кольца. Она была из тех, кто ищет дольше всех. У нее даже не было воспоминаний, только мечты.