Меч Юга

Вебер Дэвид Марк

* * *

Умаро присел под растянутым плащом Эшвана и осторожно открыл промасленный кожаный тубус. Этот тубус до сих пор защищал свое содержимое, и он не собирался сейчас подставлять его под дождь.

Он разгладил пергамент и вгляделся в него. Это был шифр Черниона, все верно, и он нахмурился, переключая мысленные передачи, чтобы расшифровать сообщение. К тому времени, как он закончил, на его лице появилась горечь, и он с отвращением сжал длинную записку в кулаке.

– Фробус!

– Приказы?
–

спросил Эшван.

– Среди прочего, - прорычал Умаро. Он жестом велел Эшвану забрать свой плащ и угрюмо посмотрел, как промокший убийца с трудом втискивается обратно в его развевающиеся на ветру складки, каким-то образом умудряясь сохранять потрепанную элегантность.

– Что еще?
– спросил Эшван.

– Уверен, тебе будет приятно узнать, что Чернион одобряет действия своего агента в "Единороге". Ты можешь в это поверить?

– Да. Я сказал тебе, что, по моему мнению, произошло.

– Что ж, Чернион согласен с тобой, - мрачно признал Умаро.

– Это все, что он говорит?
– Эшван задал вопрос уверенно - насколько это было возможно, учитывая его статус одного из старших полевых агентов Совета Гильдии, - но его тон был достаточно насмешливым, чтобы еще больше потрепать нервы Умаро.

– Ни на йоту, - фыркнул Мастер.
– Он и эта Элрита нашли возможность поговорить во время ночных дежурств, и он снова изменил наши планы.

– Еще одно изменение? Это... не похоже на Черниона.

– Да, но он говорит, что это тоже не похоже ни на одно другое задание.

– Ну, тут я бы с ним определенно согласился!
– фыркнул Эшван.

– Да. В любом случае, мы должны оставаться рядом, но невидимыми. Элрита продолжит отмечать для нас маршрут, и мы должны следить за сбросами сообщений. Однако, если мы не получим других приказов, мы не должны атаковать по эту сторону перевала, даже если такая возможность представится.

– Он говорит, почему не должны?
– Даже Эшван, казалось, был немного удивлен последней фразой Умаро.

– Он знает.
– Умаро понизил голос.
– Если братья спросят, мы должны сказать, что цели слишком бдительны. Когда придет время, нам придется атаковать открыто, с агентом Черниона, чтобы нанести им удар в спину. Чтобы это сработало, мы должны дать ей время добиться их полного принятия. Это официальная причина.

– Ах!
– глаза Эшвана понимающе встретились с глазами Умаро.
– А настоящая?

– Драгоценный шпион Черниона обнаружил больше информации - что-то о клиенте, предающем Гильдию. Насколько я могу судить, Вулфра, возможно, наложила на Гильдию какое-то шпионское заклинание и, возможно, даже подстроила убийство Роспера, чтобы удержать нас с Венситом. Чернион, похоже, думает, что эта Элрита сможет вытянуть из Венсита больше информации, если он даст ей время.

– Понимаю. Что ж, я не склонен спорить с Чернионом или подвергать сомнению его суждения. И, между нами говоря, Элрита произвела на меня впечатление. Во всяком случае, до сих пор у нее получалось лучше, чем у нас! Мы потеряли двенадцать человек без единого трупа с другой стороны, чтобы предъявить его. Если бы не прецедент, я бы посоветовал бросить всю работу. Это уже стоило больше, чем нам заплатили, и будет стоить еще больше, прежде чем это будет сделано.

– Согласен.
– Вода стекала по бороде Умаро, когда он поднял глаза.
– Но где же лекарство? Мы с тобой можем остановить это не больше, чем Чернион. Мы потеряли слишком многих, и слишком многие знают это. Если мы откажемся от этой плохой сделки, что произойдет с репутацией Гильдии? И где мы окажемся без нее?

– Умаро, ты знаешь так же хорошо, как и я, что Гильдия

не раз пыталась убить Кровавую Руку, но безуспешно. Если уж на то пошло, я почти уверен, что если бы мы могли заглянуть достаточно глубоко в архивы, то раз или два в прошлом обнаружили бы, что мы даже были достаточно глупы, чтобы попытаться убить Венсита! Очевидно, они все еще здесь, так что не похоже, чтобы предыдущие Советы не решили сократить наши потери, как только счет мясника начал выходить из-под контроля.

– Да, - согласился Умаро, хотя он не признался бы ни в чем подобном никому, кроме Эшвана.
– Но с тех пор прошло достаточно много времени, чтобы большинство людей забыли о них. Это же воспоминание будет свежо в их памяти, и у меня такое чувство, что на этот раз Совет не сдастся так легко.
– Мастер покачал головой.
– Что-то витает в воздухе, Эшван. Что-то изменилось - или меняется - и мне не нравится этот запах. Но что сейчас важно для нас с тобой, так это то, что мы оба знаем, какими были бы приказы Совета, если бы мы могли их попросить. Если только сам Чернион не прикажет нам убираться, я не вижу, где у нас есть какой-либо выбор, кроме как продолжать охоту. И кто знает? Возможно, нам все-таки повезет! Честно говоря, я не уверен насчет волшебника, но защитник Томанака он или нет, Кровавая Рука все равно смертен. Его можно убить так же, как и любого другого, если нам удастся всадить в него достаточно стали - или яда. Я почти уверен, что то же самое верно и в отношении этого Кенходэна, и я не могу представить никого, кто с большей вероятностью смог бы убить любого из них, чем Гильдия!

Последнее предложение ему удалось произнести с искренней уверенностью в способностях братьев-псов, и Эшван кивнул.

– Согласен, - сказал он.
– Я не говорил, что мы должны их отпустить; я только сказал, что было бы хорошо, если бы мы могли. Но поскольку мы не можем, у меня есть предложение.

– Что именно?

– Венсит направляется в Энгтир. Если есть шанс, что Вулфра предала нас, не думаешь ли ты, что было бы разумно позволить Венситу делать то, за чем он пришел? Вулфра может преуспеть в его убийстве, и в этом случае нам нет необходимости терять еще больше братьев против него. И если баронесса не убьет его, нам не придется беспокоиться о том, что она причинила вред Гильдии, потому что Венсит позаботится о том, чтобы она умерла.

– Думаю, я согласен.
– Настала очередь Умаро кивнуть.
– По крайней мере, это мысль, и в последнее время у нас было очень мало столь разумных. Если у меня будет шанс, я сообщу ее Элрите для передачи Черниону.

Мастер снова вскочил в седло. Как и многое другое в нем, его явно плохое владение верховой ездой вводило в заблуждение. Он карабкался вверх, как альпинист, и сидел в седле, как неуклюжий мешок, но при необходимости мог оставаться там целыми днями. Теперь он развернул коня к ожидавшим его людям. Промокшие до нитки убийцы забились под то, что могло считаться укрытием. Они провели ужасную ночь под открытым небом, в то время как волшебник и его спутники пользовались пещерой, и в то утро среди мокрого кустарника царили ожесточенные стычки.

– Давайте, парни, - прорычал Умаро.
– Мы остановимся достаточно надолго, чтобы немного обсушить наши шкуры и приготовить завтрак, а затем снова отправимся в путь.
– Несколько лиц напряглись, но протеста не последовало.
– Мне жаль, братья, но у нас нет выбора. Вы не хуже меня знаете, что мы должны отомстить за наши потери, чтобы очистить нашу репутацию.

Раздался рокот согласия. Они понимали важность этого; без страха за свою репутацию их жертвы могли бы помнить, что убийцы тоже смертны.