Меч Юга
Шрифт:
– Могу себе представить.
– Нет, если ты этого не видел, - мрачно сказал Брандарк.
– Может, и нет, - признал Кенходэн.
– Без обид, - быстро сказал Брандарк.
– Я всегда нервничаю слишком близко к Уайтуотер в это время года - особенно когда экипаж недоукомплектован из-за убитых и раненых. Я бы предпочел встретиться лицом к лицу с корсарами; по крайней мере, я знаю, что они пытаются убить меня!
– Затем он встряхнулся и рассмеялся.
– Послушай меня, ладно? Веду себя как старуха из-за поездки, которую я совершал десятки раз!
– Он похлопал Кенходэна
– Тогда давай. Если ты хочешь изучать корабли и море, то лучшей школы, чем эта, нет. Приходи посмотреть, как капитан пожинает истинную награду командования, пока он с завязанными глазами пробирается вверх по тому ручью!
И они вдвоем двинулись на корму к рулевому, смеясь на солнце.
* * *
Лиана подняла глаза, когда в комнату вошел Лентос. Золотой скипетр Семкирка поблескивал на его синей тунике, а его лицо - обычно гладкое и неоправданно молодое для мужчины его лет - было напряженным. Он был моложе Лианы, но на его запястье не было браслета, дарованного богами, и он видел восемь десятилетий. Теперь тяжесть всего этого, казалось, давила ему на плечи, когда он смотрел на нее сострадательными серыми глазами.
– Ну что, мастер Лентос?
– Ее голос был ломким в солнечном свете.
– Приближается кризис, Лиана.
Его голос звучал так, как будто он был выточен из чего-то, что могло предложить только правду, и он выдвинул стул и сел с почти болезненной экономией движений.
– Кризис приближается, - с горечью повторила Лиана, и ее руки на коленях сжались в кулаки.
– Сколько еще?
– Я не могу сказать. Она молода - очень молода для этого.
– Как хорошо я это знаю.
– Лиана отвела глаза, говоря с тихим трудом.
– Всю ее жизнь мы знали, что она будет "молода" для этого, и мы думали, что поняли. Но я этого не сделала, Лентос. Не совсем. Теперь это здесь, а ее отец далеко от дома. Я... я недостаточно сильна для этого.
– Так и есть, - мягко возразил Лентос.
– Не настолько!
– Лиана приподнялась, ее пальцы изогнулись в подобие оружия.
– Если бы это был враг - я могла бы сражаться за нее! Это я могла бы вынести! Но это..! У меня не хватает смелости встретиться с этим лицом к лицу, Лентос!
– Никто никогда не бывает готов к этому моменту, миледи, - спокойно сказал Лентос, обращаясь к ней с серьезной, необычной официальностью.
– Ожидание. Беспомощность. Это трудно вынести, и труднее всего тем, кто ее любит. Но, по крайней мере, ты вовремя проснулась и призвала нас, а Трейн - лучший эмпат, который у нас есть. Мы подготовлены настолько хорошо, насколько могли надеяться.
– Знаю.
– Ее губы дрогнули.
– Но я чувствую себя такой бесполезной!
– Как и все мы, - мягко сказал Лентос.
– Но помни это, леди Лиана, Огненноволосая сотойи, мы, члены Академии, позволили себе полюбить ее. Мы бы этого не сделали, если бы верили, что она потерпит неудачу и сократит наши жизни.
– Верно.
– Губы Лианы разжались, и она мягко коснулась его плеча, затем заговорила более
– Но ты оставил ее только для того, чтобы утешить меня?
– Нет. Мне нужно твое разрешение, чтобы дать Бланшраху эфинос.
– Эфинос? Но почему?
– Лиана непонимающе посмотрела на него.
– Он связан с ней, - тихо сказал Лентос.
– Если они останутся связанными, когда ее барьеры рухнут, он разделит ее конвульсии. Мы не можем сдерживать их обоих.
– Конечно.
– Лиана побледнела, и ее голос понизился.
– Даю тебе свое разрешение, Лентос... и пусть Лиллинара сейчас будет с ней.
Она отвернулась и закрыла лицо руками.
* * *
"Повелительница волн" поднималась вверх по реке при благоприятном ветре и набегающем приливе. Кенходэн стоял в стороне на квартердеке, слушая, как Брандарк отдает залповые приказы своему рулевому, и решил, что, если это только подготовка к настоящему весеннему паводку, у него нет желания видеть реку в полном разливе. Вдали от залива Уайтуотер вода противоречила своему названию, потому что была темной от грязи и всевозможных обломков, которые несло течением. Корпус содрогался от скользящих ударов, когда Брандарк боролся с рекой, и Кенходэн не завидовал его задаче.
Деревья, бревна, слипшиеся плоты из веток и бревен - все это медленно катилось вниз по голодной реке, смешиваясь с редкими плывущими сараями и другими затопленными сооружениями. И Брандарк заверил его, что Уайтуотер не была большой рекой по норфрессанским стандартам. Она была намного меньше, чем Гринлиф на севере или могучая река Спиар на востоке, но градани признавал, что Уайтуотер приходилось принимать больше талого снега, чем Гринлиф, и ее более узкое русло создавало более быстрое и яростное течение.
Базел присоединился к нему, когда они ползли вверх по течению, указывая на интересные места вдоль берега. Кенходэну казалось, что в Норфрессе не было квадратного фута, на который Базел не ступал, не ездил верхом или не описывал его, и слишком многие из этих анекдотов были перемежены битвами.
– Хотел бы я разделить твой восторг от войны, - сказал он наконец, качая головой от холодного страха перед своей памятной яростью.
– Это помогло бы.
– Восторг?
– Базел задумчиво пробормотал: - Это то слово, которое я бы сам не употребил, парень.
– Какое еще слово ты можешь использовать?
– с любопытством спросил Кенходэн.
– О чем бы ты ни думал, - трезво сказал Базел, поворачиваясь к нему лицом, - на свете нет ни одного здравомыслящего человека, который видел битвы, потерял дорогих ему людей, сам отнял слишком много жизней и все еще думает, что это не уродливо, мерзко и порочно, парень. Может быть, тебе будет трудно в это поверить, но я был бы счастливее, если бы так случилось, что я никогда не видел противника. И все же, чем бы это ни было, что могло бы сделать меня счастливым, это не то, что произойдет, потому что правда в том, что есть вещи хуже - намного хуже - чем они есть на самом деле.