Меч наемника

Мун Элизабет Зухер

– Да уж, обшарил. Пустили несколько дюжин стрел в кусты да поорали страшными голосами. Хотя, я думаю, такое приглашение кого хочешь заставит вылезти. Но это пусть остается на совести лентяя Паллека. А нам приказано обыскать этот участок – и мы будем это делать, пока нас не отзовут назад.

– Согласен… Я только вот что думаю: мы же шли снять осаду с Ротенгри. Чего это начальству приспичило брать штурмом этот заштатный форт ради того, чтобы взять в плен с полкогорты наемников? Их после штурма больше и не останется.

– Не знаю. Начальству

виднее. Сдается мне, что господин что-то задумал. Может быть, он хочет перерезать всех солдат этого герцога… ну, как его там… его еще Рыжебородым называют. Наверное, это сможет натравить его на тех зеленых и заставит уйти из-под Ротенгри.

– Может и так. Да, наш господин Синьява – мастер на всякие фокусы.

Голоса стали стихать, продвигаясь дальше вдоль лесной опушки.

Троица беглецов долго сидела неподвижно в своем убежище, прежде чем перевела дух.

– Значит, они повсюду разыскивают тех, кто не успел добежать до форта и не был убит в первые минуты, – прошептал Сабен.

– Я не совсем поняла, зачем им понадобилось штурмовать форт, – сказала Пакс.

– Синьява… Синьява, – бормотала Канна. – А, вспомнила! Хорошего мало, если это действительно он.

– А кто это?

– Было бы лучше, если бы я ошибалась, но, по-моему, Синьява – это и есть Медовый Кот. Слышали о нем?

Пакс и Сабен передернулись:

– Да уж, наслышаны… Но что нам теперь делать?

– Пробираться к нашим. Герцогу эти сведения важны как ничто другое. Эх, знать бы еще, куда они поведут пленных.

– И будут ли они упорно штурмовать форт, чтобы взять в плен остальных.

– Да, сколько всего узнать нужно: куда они идут, когда и по какой дороге…

– Может быть, я смогу подобраться к ним поближе и выяснить что-нибудь, – предложила Пакс.

– Подожди, – ответил Сабен. – Туман, конечно, прячет нас, но и наскочить на патруль в такой пелене – тоже проще простого.

– Дорогу-то мы найдем? – спросила Канна.

– Да, – успокоила ее Пакс. – Мне кажется, что нужно уйти еще немного на юг через лес, а затем свернуть на запад и выйти на дорогу.

Сабен помог Канне встать, и беглецы, осторожно ступая, замирая при каждом звуке, стали углубляться в лес. Продираясь в густых зарослях в предрассветных сумерках, Сабен вдруг поинтересовался:

– Слушай, Пакс, а откуда ты сейчас знаешь, где юг?

– Помнишь вид со стены? На южном холме, на самом гребне, торчали пихты, выстроившись словно на параде. Я еще подумала, не высадили ли их так ровно специально.

– Как ты их отличаешь? Издалека мне что пихта, что сосна…

– Не забывай, откуда я родом, – усмехнулась Пакс. – Уж пихту-то я отовсюду отличу.

Действительно, вскоре они подошли к вершине холма, пригнувшись, пересекли поросший лишь кустами участок склона, перевалили через гребень с ровным рядом пихт и чуть быстрее стали спускаться по дальней стороне пригорка.

– Ну а теперь? – спросил Сабен.

– Теперь – остановимся ненадолго и прикинем, что к чему, – сказала Пакс, поглядывая на бледную и

изрядно запыхавшуюся Канну.

Найдя несколько валунов, приятели уселись между ними, прислонившись спинами к камню. Пакс достала из вещмешка котелок с остатками малины. Сунув в рот горсть ягод, она поинтересовалась:

– А есть у кого-нибудь огниво?

– Зачем тебе? – удивился Сабен. – Не будешь же ты здесь разводить костер.

– Здесь нет, а попозже понадобится.

Сабен покачал головой:

– Я свое оставил в форте. Чего его было с собой таскать?

Канна пошарила в поясном кошельке и сказала:

– У меня с собой.

– Вот и отлично, – заявила Пакс. – Наши дела не так уж плохи. У нас есть чем разжечь костер, есть в чем готовить…

– Только готовить нечего, – напомнил Сабен.

– Ну и что? Могло быть и хуже. Мы, по крайней мере, живы и не в плену. Если бы еще и Канну не зацепило…

– Если бы да кабы… – передразнила ее Канна. – Ничего страшного. Побаливает, конечно, когда рукой двигаю, но так и должно быть.

Несмотря на уверенный тон Канны, Пакс заметила, что ее голос был слабее, чем обычно. Подумав, Пакс заявила:

– Не знаю, как вы, а я хочу отдохнуть.

– Согласен, – подмигнул ей Сабен. – Теперь скажи мне вот что: как ты вычислила юг, я понял. Но вот на западе я что-то никаких пихт не припомню…

Паксенаррион, несколько минут назад еще сама не знавшая, как они будут искать запад без солнца, вдруг вспомнила:

– Ближайшая каменная гряда идет приблизительно с востока на запад.

– Слушай, а ведь точно. Только, боюсь, тяжело будет идти по камням.

– Хорошо бы найти тропинку.

– Мы, конечно, можем найти, – заметила Канна, – но и патрули Синьявы тоже могут поехать по ней.

– Да, об этом я не подумала. Ладно, как-нибудь проберемся.

Доев за разговором ягоды, приятели внимательно оглядели пустой котелок. Первым высказался Сабен:

– На будущее это нам будет уроком. Куда бы мы ни шли, всегда нужно носить с собой трехдневный запас еды, огниво, бинты… Что там еще?.. Да, желательно взять мулов, седла, телегу с походным шатром… – Пакс и Канна фыркнули, а Сабен продолжил: – И все это нужно рассовать по карманам, чтобы оставить вещмешок пустым для более важной ноши. Так вот, в следующий раз…

– Надеюсь, следующего такого раза не будет, – вздохнула Канна.

– Брось ты грустить, – воодушевленно продолжал Сабен. – Выберемся, сообщим, что нужно, герцогу, вернемся и дадим прикурить этим мерзавцам.

Пакс уже живо представляла, как они участвуют в освобождении пленников вместе со своими товарищами, но Канна охладила ее фантазии.

– Если у нас и есть шанс совершить все это, то нам придется зубами вырвать его у судьбы. Зубами придется выгрызать свое право на жизнь. Я не преувеличиваю. Вы просто еще не осознали, в какую историю мы влипли. Это вам не сказки про героев, это жизнь. Честно говоря, я далеко не уверена, что мы доберемся до Ротенгри, но попытаться мы обязаны.