Меценат
Шрифт:
Потом Тихомиров провожал Анну до автобуса. У автобуса уже скопились деревенские с мешками и корзинами. Шофер открыл дверь, и все бросились в автобус, стараясь занять место поудобнее. Последней в автобус вошла модистка.
— Если что, — сказал Тихомиров дочери, — поживи дома. Сейчас автобусы по расписанию ходят, из деревни многие на работу в райцентр ездят.
Анна благодарно ткнулась лицом в отцовский ватник.
— Ничего, ничего, — утешал он ее. — Перемелется —
Тихомирова вызвали в контору к председателю. Здесь же сидел парторг Буянов.
— Собирайся в область, — сказал председатель Тихомирову. — Получишь запчасти в «Сельхозтехнике». — Оглядев замасленный ватник Тихомирова, он добавил: — Оденься по-парадному, по кабинетам начальства будешь ходить.
Затрезвонил телефон. Председатель послушал, чертыхнулся,
— Иду, иду, — сказал он. — Все, выезд через полчаса, — повернулся он к Тихомирову.
— К концу дня только доберемся, — засомневался Тихомиров.
— Что не сделаешь сегодня, закончишь завтра. Командировка на два дня. Все. — И председатель вышел.
— Есть просьба, — сказал Тихомиров.
— Давай, — отозвался Буянов.
— Тот раз мы пьесу смотрели… А писатель наш, местный. Может, пригласим для беседы с народом, вместо лектора по семье и браку? Писатель все-таки!
Буянов задумался.
— А что! — одобрил он. — Мысль дельная. Сколько мы лекторов по семье ни приглашаем, все Клара Цеткин да Клара Цеткин и еще Август Бебель. А он парень молодой, современный. Пьесу серьезную написал. Приглашай. С оплатой не обидим. И если хочешь знать, это может стать лучшим ответом нашей общественности.
Тихомиров в черном пальто, черной шляпе и белом шелковом кашне был торжественно важен. Входя в театр, он приподнял шляпу, и вахтерша его беспрепятственно пропустила.
В приемной директора театра сидела молоденькая секретарша.
Здравствуйте, — сказал Тихомиров. — из колхоза «Стальной конь». Наша общественность решила устроить встречу с писателем Скоробогатовым, пьесу которого мы недавно посмотрели.
Секретарша молча написала адрес на листке бумаги и протянула Тихомирову.
— Идите и пригласите к себе этого местного гения.
— Может, сначала позвонить? — засомневался Тихомиров.
— А у него нет телефона…
Дом был двухэтажным, еще довоенной постройки. Писатель жил в коммунальной квартире, на это указывали четыре кнопки звонков с табличками фамилий. Тихомиров позвонил. Писатель открыл сам. Был он в мятой рубахе и спортивных шароварах и недоуменно смотрел на Тихомирова, по-видимому, не понимая, зачем он понадобился этому торжественному человеку во
— Я из колхоза «Стальной конь», — отрекомендовался Тихомиров.
Писатель жестом пригласил его войти. Комната была небольшой, из обстановки были стол, пишущая машинка, раскладушка, два стула и три книжных полки, поставленных одна на другую. Еще в одном из углов возвышалась какая-то кипа, прикрытая брезентом.
Писатель снял со стола машинку, сел на стул, а на второй пригласил сесть Тихомирова.
— Слушаю вас.
— Нам очень понравилась ваша пьеса «Еще не вечер», — сказал Тихомиров.
— Хорошая пьеса, — подтвердил писатель.
— Поэтому я и приехал к вам посоветоваться, — сказал Тихомиров, — По жизненно важным вопросам.
— А почему ко мне?
— Я понимаю так, — объяснил Тихомиров. — Если что болит в теле, идешь к врачам. К ухо-горло-носу. Или к урологу. А вот как жить человеку, какое правильное решение принять, тут тоже должен быть специалист. И это — писатель.
— Вы правильно считаете. Писателен в свое время называли «инженерами человеческих душ».
— Вот я и решил посоветоваться с вами, — сказал Тихомиров. — По поводу себя, по поводу жены, по поводу одной женщины и по поводу моей дочери.
Писатель окинул Тихомирова внимательным взглядом.
— Ни в одном глазу, — поняв значение этого взгляда, сказал Тихомиров. — Я вообще редко пью. По праздникам или за компанию.
— А может, вам все-таки в райком обратиться? — предложил писатель. — Они знают местные условия и могут дать более правильный совет.
— Нет! — подумав, отказался Тихомиров. — В райком ходят по другим вопросам, по которым есть твердые установки… Но вы не беспокойтесь. Мы вам заплатим.
— За что? — спросил писатель.
— За советы. Адвокатам же платят за советы.
— За советы я денег не беру. Правда, до сегодняшнего дня никто мне их и не предлагал. Ладно. Попробуем разобраться в ваших ситуациях. Вы посидите, я сейчас… — Писатель вышел в коридор.
Тихомиров слышал, как он стучал в соседнюю комнату. Там, по-видимому, никого не оказалось. Тогда писатель стал стучать в другую дверь. Ему ответил старушечий голос. Писатель о чем-то спросил.
— Громче говори, — требовала старуха.
— Червонец дайте, — громко сказал писатель. — Вечером верну.
— Не дам, — сказала старуха. — Прошлый раз три рубля почти неделю не отдавал.
— Евдокия Петровна, — почти кричал писатель. — Друг ко мне приехал, уважить я его должен.
— Сегодня твоя очередь коридор мыть и туалет. Почему не моешь?
— Помою, — пообещал писатель. — Выручи, Евдокия Петровна.
— Не дам. — И Тихомиров услышал, как захлопнулась дверь.
Писатель вернулся не то чтобы растерянным, но немного смущенным.