MAYDAY 2

Кантор Ксения

***

Вот уже несколько дней Марк вводил в курс дел своего нового заместителя. Выбор пал на Кожина по трем причинам: понятливость, исполнительность, предприимчивость. Майору не нужно было разжевывать, все схватывал на лету, а если в процессе исполнения и случалось импровизировать, то почти всегда делал это филигранно. Одно только Марка категорически не устраивало, Кожин был страшным матершинником. Пришлось сразу обозначить границы дозволенного, а именно: при нем

не выражаться. То, как Кожин изъясняется с солдатами – его личное дело, но с руководством будь любезен, выбирай выражения. Новый зам очень старался, из-за этого в его речи случались паузы. Оставалось надеяться, вскоре он окончательно приспособится.

Так и сегодня, возникнув на пороге кабинета, Кожин в своей манере доложил:

– Командор, в больнице случился пи… драка.

Марк поднял на него тяжелый взгляд.

– И как это меня касается?

– Случай особый и требует вашего участия. – майор едва сдерживал ироничную ухмылку. – Девушка, которую мы привезли из Афимолла разъе… напала на психолога. Подоспевшие медсестры также пострадали. Усмирить ее смогли только солдаты.

У Марка выпал глаз и забралом упала челюсть. Казалось, его давно ничего не удивляло, однако визитеру это удалось.

– Сколько солдат?

– Три.

– Причина нападения?

– Мозгоправ занимался с ее братом. Мальчишка немой и тот предложил изучить язык жестов. За что и получил по морде.

– Неожиданная реакция, учитывая, что предложение звучит вполне разумно.

– Там какая-то история, – собеседник поморщился. – Он вроде как раньше разговаривал, по крайней мере, так утверждает нападавшая.

– Напомни, как ее зовут.

– Кошкина Кристина.

– Где она сейчас?

– В изоляторе.

– Приведи.

Получив приказ, помощник исчез. Через пять минут бунтарка стояла перед командором. Растрёпанная, с разбитой губой и таким выражением лица, словно готова все повторить. Некоторое время Марк разглядывал ее. Отмытая от грязи и вони сейчас она выглядела гораздо лучше. И все же скорее походила на облезлую кошку, чем на воительницу. Солдатский комбинезон самого маленького размера висел на ней мешком. Исхудавшее лицо можно было бы назвать привлекательным, если бы не темные круги под глазами и разбитая губа.

Приоткрыв желтый глаз, монстр пренебрежительно фыркнул и вновь затих.

Пожалуй, единственное, что в ней было красивым – волосы. Густые, необычного пепельного оттенка они тяжелой волной покрывали ее плечи и доходили почти до талии.

После того ужасного вечера они встретились впервые. И если для командора это был всего лишь досадный эпизод, Кристина до сих пор просыпалась ночами в холодном поту. И сейчас под прицелом ледяного взгляда, ее трясло от страха.

– И чем вам не угодил психолог?

При упоминании

о хлыще с усиками девушку вновь накрыло волной негодования. Он предложил изучить жестовый язык! Идиот! И как она сама не догадалась?!

– Любой доктор знает, если у человека есть язык и голосовые связки, он может говорить. Вместо того чтобы делать свою работу, придурок решил отделаться дерьмовым советом.

– Попрошу не выражаться в моем присутствии. – строго предупредил Марк и припечатал, – на базе за драку вменено наказание. Вы лишитесь половины месячного пайка.

Девушка никак не отреагировала, упорно продолжая смотреть в окно за его спиной.

– Если приметесь вновь размахивать кулаками, загремите в изолятор на три дня.

– Давайте сразу в изолятор.

Даже так? Командор раздраженно выдохнул. У него достаточно забот, а тут еще приходится разбираться с неуравновешенными девицами.

– У вас есть минута, чтобы изложить суть проблемы и предложить решение.

Кристина набрала в легкие побольше воздуха и на секунду прикрыла глаза. Это был ее шанс.

– Кирилл раньше разговаривал, после смерти матери замолчал. Насколько я могу судить, на базе есть дефектолог и логопед. Они могут помочь.

– Я вас услышал. А теперь свободны. – он подал знак помощнику отпустить девушку.

Она не особо надеялась на помощь командора. Для него они – всего лишь лица из толпы. Более того, Кристина была уверена, стоит ей выйти из кабинета, как Страхов тут же забудет о разговоре. Но по крайней мере, она попыталась.

– И займитесь уже чем-нибудь полезным. Помимо драчунов, в «Аргоне» не терпят бездельников, – слова ледяной сосулькой прилетели в спину, да там и застряли.

Отлично сказано, командор! Проще сказать, чем сделать. Раздумав уходить без боя, Кристина медленно обернулась.

Ей показалось или командор предупреждающе клацнул зубами?

– Я хотела примкнуть к военным, но мне отказали.

– Мы не привлекаем к военной службе женщин и детей. – отрезал мужчина.

– Дайте хотя бы доступ в зал. – тут вспомнилось, что немного вежливости не помешает. – Пожалуйста…

– Зачем?

– Для поддержания физической формы, – туманно ответила девушка.

Конечно, причина крылась в другом, но Марку Страхову об этом знать не обязательно.

– Майор, выпиши пропуск, – только чтобы отделаться от нее, отдал распоряжение Марк.

Вот ведь неугомонная! Мало ей крысиных бегов, захотела к военным. Окинув визитершу прощальным «вон отсюда!» взглядом, он покачал головой. Такую нежную фиалку в два счета сожрут. Ладно на себя плевать, но брат? То, как самоотверженно она заботилась о детях, подкупало, но взбалмошная дурь в ее голове напрочь перечеркивала это впечатление.