Материнство Элси

Финли Марта

Дети действительно сочли мамину прогулку слишком долгой, и были сильно удивлены необычному папиному молчанию и задумчивости. Он совершенно забыл повозиться с ними, да на это, в общем-то, не было времени, поскольку он вернулся с осмотра угодий под самый завтрак.

Произнеся благодарственную молитву, все сели за стол. В напряженной тишине все молча ожидали, пока будет разложена пища. Дети сидели за столом напротив «кузена Рональда», который провел с ними последнюю неделю и теперь расценивался как полноправный член семьи. Мистер

Травилла взял нож и вилку с намерением применить их к лежащему перед ним на блюде цыпленку. Однако, едва он прикоснулся к цыпленку вилкой, раздался громкий писк, от которого все подпрыгнули на месте, а Гарольд чуть не упал со своего стула.

— Ой, его забыли убить! — воскликнул он, едва переводя дыхание.

— Но он же без головы! — сказал Эдди, глядя на блюдо широко открытыми от изумления глазами.

— Ага! Гм! Ваши американские куры всегда ведут себя за столом подобным образом? — спросил кузен Рональд спокойно, хотя и с озорными искрами в глазах. Слегка отодвинув стул, он не отрываясь смотрел на невоспитанную курицу, как будто опасаясь, что следующей ее выходкой будет прыжок ему в лицо. — Должно быть они — какой-то особой породы.

Элси и ее муж, начиная приходить в себя от кратковременного изумления и смущения, обменялись смеющимися взглядами. Повернувшись к своему гостю, мистер Травилла сказал:

— Отличная работа, кузен. Вы бы не опозорили даже самого Сеньора Блитца или любого из его гильдии. Но я и не подозревал, что одним из множества ваших достоинств является чревовещание. Какую часть вам положить?

— Ножку, пожалуйста. Как знать, может сегодня ночью мне это умение еще не раз пригодится.

Лицо маленькой Элси озарил луч понимания.

— О! Я знаю, что это такое, — сказала она с тихим, тонким смехом. — Кузен — чревовещатель.

— А что это? — спросила Ви.

— Я знаю! — воскликнул Эдди. — Кузен Рональд, наверное это очень забавно?

— Да, мой мальчик, хотя, пожалуй, это не совсем правильно, поскольку такие забавы — за счет других людей.

Мистер Травилла уже обслужил гостя, жену и маленькую Элси, и теперь подошла очередь Ви востребовать нераздельное внимание папы.

— Что тебе передать, доченька? — спросил он.

— О, ничего, папа, пожалуйста! Нет, нет, я не могу съесть живую птицу, — сказала она, слегка содрогаясь.

— Она не живая, дитя мое.

Виолетта выглядела совершенно сбитой с толку. Она никогда не слышала, чтобы ее отец говорил что-либо, что не было бы совершенной правдой, и в то же время не могла не поверить собственным ушам.

— Папа, но как она могла так громко закричать, если она мертва? — спросила она протестующее.

— Она не кричала, моя дорогая малышка. Это был я, — сказал кузен Рональд, опередив ответ папы. — Казалось, что запищал цыпленок, но на самом деле звук издал я.

Папа и мама оба подтвердили это утверждение, и озадаченный ребенок согласился отведать загадочной

птицы.

Мина, стоявшая позади стула госпожи с корзинкой, в которой лежали ключи, а также Той и Прилла, прислуживавшие за столом, были не менее напуганы и озадачены внезапным криком цыпленка, чем сама Ви. Охваченные суеверным страхом, они почти побелели от ужаса.

Услышав утверждение мистера Лилберна и сопутствующее заверение господина и госпожи, слуги облегченно вздохнули, но все еще были исполнены изумления и смотрели на гостя с удивлением и благоговением.

Конечно же, эта история была пересказана на кухне, возбудив у всех, кто там был, сильное любопытство. Все слуги были взволнованы, однако это волнение вскоре сменилось еще более сильным, когда час или два спустя среди них распространилась новость об ожидаемом нападении ку-клукс-клана.

От детей этого тоже нельзя было утаить, однако они были успокоены и утешены мамиными уверениями в том, что Бог позаботится о них и поможет папе, дедушке и остальным прогнать плохих людей.

— Мама, — сказала Ви, — мы, дети, не можем сражаться, но если мы будем хорошо молиться Богу, то это поможет?

— Да, доченька, потому что в Библии сказано, что Бог слышит молитву и отвечает на нее.

Элси была сама совершенно свободна от беспокойства и тревоги, исполненная надежды и отваги, и вдохновляла и а эти же чувства всех окружающих. Домашняя жизнь двигалась своим привычным спокойным и тихим чередом.

Правда, на кухне царило тревожное оживление, но все говорили в полголоса, то и дело бросая беспокойный взгляд и дверь или окно, как будто боясь, что по близости притаился неприятель.

Тетушка Дайси присматривала за огромным котлом жидкого мыла.

— Похоже, что оно еще не скоро будет готово, — сказала она. Энергично перемешав жидкость, Дайси подняла лопатку и задержала ее над котлом, чтобы посмотреть, достигло ли капающее мыло требуемого тягучего состояния. — Хотя мне, старой грешнице, не гоже жаловаться на это. Точно! — и бросив лопатку, она опустила руки себе на бедра, закатила глаза и затряслась от сдавленного смеха.

— Над чем ты смеешься, тетушка Дайси? Я вижу, тебя что-то сильно рассмешило, — отметила повариха, с удивлением и любопытством отрывая взгляд от яиц, которые как раз разбивала.

— Что тут смешного, Дайси? — спросил дядюшка Джо, который сидел у двери, тщательно начищая ружье.

— А вы не понимаете? Это мыло сварится как раз к тому моменту, когда сюда заявится ку-клукс-клан. И тогда мы устроим им очень теплый прием. Да уж! Очень, очень теплый!

— Я бы сказала, очень горячий, — отметила повариха, тоже рассмеявшись. — Но поможет ли это? Ты же знаешь, что они закрыты с ног до головы.

— Ну и что? — сказал дядюшка Джо. — Балахоны и маски — это всего лишь хлопковая ткань, и горячее мыло запросто проникнет сквозь нее и обожжет шкуру этих негодников.