Матабар. II
Шрифт:
— Г-где… г-где… — искореженный, будто металлический голос донесся изнутри тени. — Г-г-где… м-м-моя… — оно повернулось к Ардану и Лизе и девушка, вдавившись лицом в плечо Арда, застонала от ужаса. Проклятье, Ардан, если бы не был так перепуган, тоже бы начал стонать. Тень, в действительности, оказалась… — Г-где м-моя… г-г-г-голова…
Перед ними стоял Миломир. Его силуэт. Обезглавленный и сплющенный. Он водил рукой по изорванному портрету, на котором был
— Да что здесь…
Ардан проглотил остаток фразы. Из-за спины Миломира-Тени к ним рванула тварь. Сгорбленная старуха, с грудью, веревками волочащейся по полу; живот, будто пустой бочонок, тащился за ней следом; с ногами короче кошачьего хвоста, нелепо перебиравшими по доскам; с руками длиннее змей; с неправильным расположением локтей и коленей, будто её конечности были множество раз изломаны и изувечены; её подбородок и лоб поменялись местами, а рот длинной, клыкастой, вертикальной полосой оскалился от носа и до подбородка.
— И-и-и-и! — завизжала тварь, кидаясь на них бешенной кошкой.
Ардан рефлекторно выстрелил и отпрыгнул назад. За их спинами скрипнула дверь и, вместе с Лизой, они кубарем ввалились в комнату, а когда Арди, вернув способность трезво мыслить, поднял руку и взгляд на дверь, то вновь обнаружил стену.
— Спящие духи… — снова прошептал юноша и повернулся помочь Лизе, но та лишь тихонько плакала и смотрела куда-то в сторону.
Ардан проследил за взглядом девушки. Они оказались в небольшой комнате, некогда украшенной разрисованными обоями, изящной люстрой и всего несколькими предметами мебели, одни из которых — детская кроватка и маленький стульчик.
На нем сейчас сидела девочка. Её было видно лишь со спины. Розовое платьице, две косички, длинные, белые чулочки и лакированные, маленькие туфельки. На вид ей можно дать лишь лет семь или восемь, не больше. И все бы ничего, если бы не тот факт, что у неё отсутствовала часть головы, а по волосам стекали мозги вперемешку с червями.
Правая ножка висела на тонкой полоске сухожилий, а левый бок, сквозь изодранное платье, оказался напрочь лишен кожи и плоти, и внутри оголенных ребер копошились и жужжали навозные мухи.
— А вы тоже пришли поиграть? — спросила девочка невинным, ангельским голоском.
Она что-то держала в руках и, наклоняясь, откусывала и жевала. Сперва Ардан, из-за скудности освещения, не понял, что именно. Но вот за окном, первым и единственным, что не было наглухо заколочено, сквозь тучи проглянулась луна и в её свете Ардан увидел, что именно жевала девочка.
Это был Эльвер.
Он еще дышал.
Перекинутым через колени, удерживаемый ненормальной для маленькой девочки силой, он дергался и хрипел. На его обкусанных, почти отсутствующих губах, пенилась розовая кровь. В разодранных глазницах маячило белесое марево того, что некогда являлось глазами. Девочка же, не слыша и не замечая стонов умирающего, самозабвенно вырвала из разорванного
— Няня сегодня принесла мне много вкусного, — произнесла девочка.
Луна осветила еще часть комнаты и Ардан едва сдержал рвотный позыв. В дальнем углу были свалены в кучу ошметки тел бандитов, среди которых Арди увидел и второго мага. Тот сжимал в изуродованных руках связку из нескольких накопителей синего цвета.
Теперь понятно, как он смог пропустить сквозь щит сразу столько бандитов…
— Все они станут моими игрушками, и мы будем вместе разыгрывать чаепитие, — не смолкала дево… тварь, в облике ребенка. — Вы хотите стать моими гостями? Ард, Лиза? Будете моими гостями?
— Хватайся, — прошептал юноша, аккуратно наклоняясь.
Дождавшись, когда Лиза обовьет руками его шею, а ногами талию, он так же аккуратно выпрямился.
Ардан, смотря в лицо стонущего, бьющегося в конвульсиях Эльвера поднял револьвер и выстрелил.
На мгновение все стихло.
Тело коротышки последний раз вздрогнуло и обмякло. Арди стрелял весьма паршиво, но с такого расстояния не промажет даже он. Пуля угодила точно между тем, что раньше являлось глазами поклонника Тавсеров.
— Ты… — голос девочки постепенно менялся. В нем исчезали человеческие нотки, наполняясь чем-то потусторонним, напоминающим клекот голодного воронья. — Ты испортил моё лакомство!
Она резко повернулась и, вместо лица, Ардан увидел лишь овальную пасть, как у червя. По краям она сверкала острыми, треугольными, рыбьими зубами.
Юноша несколько раз вдавил спусковой крючок, но пули будто исчезали, не долетев до твари. А та уже соскочила со стульчика и бросилась в их сторону.
Лиза истошно завопила и, может быть, вместе с ней завопил и Ардан. Размахнувшись посохом, он наотмашь ударил им о тело твари. И, когда дерево старого дуба врезалось в грудь монстра, та отлетела на несколько метров в сторону и заверещала от боли.
В месте удара у неё начало расползаться алое, как у тлеющих угольков, пятно, которое явно причиняло созданию нестерпимую боль.
— Чар-древо! — причитала тварь. — Чар-древо!
Ардан же, не желая вдаваться в подробности, увидел перед собой две цели. И, что было сил, побежал вперед. Тварь рванула за ним следом, вытягивая перед собой длинные пальцы, увенчанные черными иглами-когтями. Но юноша оказался быстрее. Он схватил со стола статуэтку, а затем вытянулся ласточкой и вместе с Лизой, через окно, они полетели с третьего этажа прямо на землю.
Ардан так и не понял каким образом у него это получилось. Но ему как-то удалось перехватить Лизу так, чтобы та оказалась у него не на спине, а на руках. И, когда они рухнули вниз, то Арди, перекатившись, игнорируя неприятный хруст в собственной правой лодыжке, смог сберечь Лизу от незавидной участи.
Лежа на холодной, вязкой грязи, они пару мгновений молча дышали. Над их лицами поднимались облачка белесого пара, мгновенно исчезавших в ночи. Затем, через боль, Арди выпрямился и направил посох в сторону дома, но…