Матабар. II

Клеванский Кирилл Сергеевич

— Еще бы кто-то этот пакт соблюдал, — буркнули откуда-то со стороны военного факультета.

— Спасибо за столь важный комментарий, — чуть скривился Ковертский. — Но подобные вопросы оставим для ваших лекций по Истории… что же до наших с вами занятий, то мы с вами рассмотрим генез разнообразных творений как наших предков, так и нативного влияния Лей-энергии. В том числе, разумеется, меры предосторожности и противодействия подобным тварям. Лекции, конечно, не особенно прикладные, учитывая, что сейчас, господин Ларин не даст соврать, Лей-тварей редко где можно встретить, кроме отдаленных, мало заселенных

территорий и, разумеется, Мертвых Земель. Но тем не менее… Ладненько, приступим, пожалуй. Для начала используйте ваши анализаторы — когда я снова сниму покров, вы наведете их на цель и на ваших рунных экранах появится базовая информация о данном экземпляре. В ней вы…

Распахнулась входная дверь и на пороге показалась запыхавшаяся девушка в зеленом плаще и значком в виде Цветка и Котла — факультет Биологии и Алхимии. Рядом со значком обнаружилась еще нашивка в форме маленькой короны.

Староста факультета.

— Профессор! — выкрикнула волшебница с порога. — В зверинце переполох — Шестилапый Медведь клетку сломал.

— Ну что за гадство, — процедил Ковертский. — Просил ведь у бухгалтерии финансирование на новые клетки… у меня лекция, госпожа Клеверова. В здании другого никого нет?

— У всех лекции, — с легкой паникой в голосе ответила староста. — И только у вас — у первокурсников.

— Дедовщина, значит, да? Ну ладно, — профессор обвел студентов суровым взглядом. — Я отлучусь на пару минут, коллеги. Если кто-то за это время умрет, то меня депримируют. Так что я не посмотрю, что некромантия тоже запрещена. Создам из вас умертвие, с которым сотворю…

— Профессор! — напомнила о себе староста. — Шестилапый Медведь!

Ковертский прищурился, словно запечатывая им сказанное, после чего поднялся по лестнице на балкон и, опустив один из тумблеров, заставил следом за собой втянуться в стену ступени, а затем, медленно, с лязгом и скрипами, из пазов начали выезжать стальные прутья, формирующие над песком плаца своеобразную сеть.

Вместе со старостой Ковертский, подхватив по дороге свой посох, вышел в коридор и сильно, явно недовольно, хлопнул дверью.

По рядам сразу зашелестели волны шушуканий, смешков и обсуждений чего-то сугубо студенческого. Арди же, не желая терять свободное временя, достал из сумки несколько своих чертежей и, пользуясь тем, что рядом никто не сидел, положил перед собой и принялся за дело.

Занятия с Аверским натолкнули его на определенные мысли относительно щитовой магии. Их он хотел применить в своем новом творении. Не столько в модификации Водяной Пелены, сколько совершенно новые чары, но основанные на её идеях.

Целью Арда было не столько решить проблему того, что Водяная Пелена не имела возможности остановить ничего, что обладало массой выше относительно несущественной, а, в принципе, унифицировать свои щитовые чары.

Если он сможет, к примеру, подготовить определенные контуры и рунные массивы щитов так, чтобы легко их подгонять под условные «узлы» военной магии противника, то это, в теории, сможет сделать его чары более эффективными.

Разумеется, для достаточно серьезного прогресса в этом деле, Ардану предстоит еще разобраться не только в списке литературы Конвела и Аверского, но и в таких нюансах, как «векторы», «многосоставные печати», не говоря уж про некоторые другие

аспекты со старших курсов Большого или и вовсе — из программы магистрата.

Но Арди любил головоломки, так что подобные задачки не доставляли ему ничего, кроме удовольствия и…

— Жаль, что с нами сейчас нет Фахтова, — раздалось с задних рядов противоположной части зала. — Он бы по достоинству оценил эту Пасть.

Ардан оторвал взгляд от набросков чертежей. Разумеется, голос принадлежал Иолаю Агрову, сидевшему в центре своей группы. Причем — «своей» в самом прямом смысле слова. Потому как Великий Князь успел сколотить если и не студенческую банду, то немногочисленный коллектив с весьма своеобразной репутацией.

В него входили несколько знатных отпрысков. А если быть точным — барон Керимов, барон Шестов, барон Захаткин, а также госпожа-лорд Эркеровская.

Раньше с ними еще водился Орвилов, но, после событий прошлой недели, его, по понятным причинам, в Большом больше не видели. Слухи ходили разные, а официальная версия…

А вот официальная версия относилась к тому, что Арди называл — мыслями завтрашнего дня.

— Может даже нашел бы с ней какие-то сходства, — пискляво протянул Керимов.

Плечистый, выше даже Арди, с квадратной, массивной челюстью, из-за чего ходили слухи о том, что его матушка согрешила с орком (что, разумеется, неправда), но обладатель очень тонкого и высокого голоска.

Пять лучей красной звезды делали его пусть и не самым видным студентом военного факультета, но будучи выходцем из семьи потомственных фронтовых магов, Керимов снискал себе славу человека, с которым никто не хотел связываться.

— Ага, — фыркнули рядом. — Он, небось, тоже — продукт химеризации. Оттого от него генерал-герцог и отказался.

А это уже Захаткин. Племянник лорда Захаткина, владельца крупной фармацевтической фабрики, поставляющей лекарства в несколько дорогих лечебниц не только в столице, но и по всей Империи.

Невзрачный юноша с узкими очками в золотой оправе и немного кривыми зубами. По какой причине их не исправили еще в детстве богатые родственники, причастные, в том числе, и к Лей-медицине — загадка для всего первого курса. Но, несмотря на скромную внешность, барон обладал Звездой с шестью лучами.

Что касается Шестова, который обычно хранил молчание, не отвлекался от разнообразных трудов и книг, не покидавших его рук, то тот выглядел… незаметным. Средней комплекции, средних черт лица, с серым голосом и, даже глаза его, имели серый цвет. Лишь вечно зализанные назад волосы, блестящие от геля, хоть как-то выделяли одного из многочисленных сыновей лорда Шестова, владельца компании «Деркс». Той самой, что производила автомобили. Как и у Керимова — пять лучей.

— Я имел ввиду, что у Фахтова такой же большой рот, дружище, — то ли засмеялся, то ли пропищал Керимов. — Который у него никогда не затыкается. Может он потому и заболел. Что думаешь, Полина?

— Я думаю, что мне без разницы, что случилось с Фахтовым, — отмахнулась госпожа-лорд.

Красивая девушка с черными волосами, чуть смуглой кожей, длинными ногами и стройной фигурой. Дочь герцога Эркеровского. Видного политика и, по совместительству, покровителя Царского Театра — главной балетной площадки Империи.