Матабар V
Шрифт:
— Для этого они экспериментируют с одержимостью.
Милар хлопнул по рулю, едва не попав по клаксону.
— Но это ведь просто сказки, господин маг! Старые, жуткие сказки из времен еще даже до Галесса! Прямиком из легенд о Старых Богах и доисторических временах!
— С тобой не согласится Святая Инквизиция…
— Она осталась только в Энарио, — перебил Милар и тут же осекся. — Куда отправили отряд сержанта Мендеры, из-за чего появились Мертвые Земли. А еще…
— А еще сержант Мендера и его люди были связаны с Пламенем Сидхе, которое уже фигурировало в деле Кукловодов.
Милар снова выругался. На этот
— А это вообще возможно, господин маг? Одержимость?
— Звездная наука не знает ответа на этот вопрос, — честно ответил Ардан. — Может быть знают Темные Эан’Хане, но тот свиток, что я прочел в библиотеке Атта’нха об одержимости не рассказывал.
— А о чем рассказывал?
Ардан ответил не сразу.
— Ты не захочешь знать…
— Справедливо… но если ты прав и Сидхе Пылающего Рассвета действительно вселился в… — Милар снова замолчал и снова ударил по рулю. — Проклятье! Скорее всего именно так он и смог втереться в доверие к Паукам. Вряд ли это вселение так просто, как звучит на словах. Но любые повреждения он мог выдать за поврежденные Звезды, что только добавило реалистичности легенде. Вот ведь дерьмо…
Они на какое-то время замолчали. За бортом « Деркс’а» вновь сменился пейзаж. На сей раз уже небоскребы стали постепенно уступать место широким, протяженным заборам. Но не таким простеньким, как в порту, а массивным, тяжелым, кирпичным сооружением, пусть и не с неизменной колючей проволокой.
Широкие стальные ворота, через которые постоянно проезжали груженные грузовики. В отличии от порта, они везли, в основном, материалы переработки или изделия. Хотя примерно половину груза составляло топливо. Насколько Арди знал от Бажена, городская управа не выдавала разрешение фабричному району на строительство газопровода и хранилища, как, собственно, и топливопровода с аналогичными хранилищами. Обосновывала это тем, что фабрики продолжают строиться, а город расти и, возможно, впоследствии фабрики перенесут и на их месте появятся жилые районы, так что придется все переделывать.
Баден же утверждал, что компании грузоперевозок, которые нанимали фабрики, имеют слишком «длинные» руки в городской управе.
Миновав несколько промышленных зон, вперемешку с блошиными рынками (на нескольких из них Арди бывал и не раз — покупал одежду, обувь и различные поддержанные инструменты для Звездной науки) они, наконец, въехали в район Тендари.
Дома вокруг, в отличии от Нового Города, не просто уменьшились в размерах. Словно сжимаясь, они укорачивались до трех, максимум четырех этажей. Выглядели понуро и скромно. Кирпичная кладка, лишенная всякой облицовки или украшений. Тротуары нагло щеголяли разбитой брусчаткой на манер хулигана, хвастающегося синяками и кровоточащей, после драки, губой.
Проезжая часть вместо асфальта бухтела под колесами ухабами и колдобинами. И сколько бы Милар не старался их объезжать, но то и дело налетал на небольшие ямы, спрятавшиеся под лужами грязи.
Капитан ругался и ехал дальше.
А дальше, чем глубже они забирались в район Тендари, тем темнее становилось и без того мрачное небо. А еще воздух, несмотря на закрытые окна в салоне, пах углем, грязью, газом и чем-то, сродни бензину. Так пахла нефть, смешанная с парами дизеля.
Арди хорошо помнил этот запах. Успел им
Они вышли на улицу и, несмотря на ранний вечер (который даже в сумеречный наряд еще одеться не успел из-за того, что период светлых летних ночей Метрополии пусть уже и подходил к концу, но пока еще не закончился), тротуар и проезжая часть погрузились в легкую, осеннюю мглу, когда над головой еще недостаточно темно, чтобы начали зажигаться фонари, но разум уже отказывается воспринимать время суток, как светлое.
Прокашлявшись, Ардан вытер лицо и посмотрел на небо. То тонуло под густыми мазками безучастных труб многочисленных заводов и фабрик. Сотнями кистей художника индустриальной эпохи, те щедро окрашивали высокую лазурь во всевозможные оттенки серого и черного, превращая пространство над головой прохожих в точную копию разлитых под их ногами луж мазута и дизеля.
— Надо? — Милар протянул Арду баночку с мазью для носа, чтобы перебить запах.
— Нет, — отказался Арди.
В прошлый раз из-за этой мази он не сразу смог почувствовать присутствие Бездомной Фае. Урок был усвоен вполне надежно.
— Значит именно поэтому этот твой могущественный демон, — последние слова Милар сдобрил весомой толикой сарказма. Но не по отношению к напарнику, а, скорее, к самой ситуации. — Сумел столько времени не только скрываться, но и находиться в Метрополии. Им кто-то одержим.
— Скорее всего так.
Они с Миларом стояли около нужного им дома. Ничем не отличающегося от соседних. Трехэтажное здание из красного кирпича с деревянными ставнями вместо стекол на некоторых окнах. Невысокое крыльцо, приподнятое над тротуаром, улыбкой бездомного пропивохи щерилось разбитыми ступенями, покошенным парапетом и свесившимся на бок крыльцом. На крыше, едва было не складывающейся внутрь, торчало несколько дымоходов, изредка выплевывающих, на манер страдающего от чахотки, серые облачка.
— У меня появилась очень неприятная теория, господин маг.
— И какая же?
— А такая, что Кукловодам, если у них все так замечательно прошло в Замковой Башне, не требовалось сжигать квартиру Анвара, — капитан отвязал шнурок от эфеса сабли и, крутанув барабан револьвера, повесил на пояс несколько «лун» для быстрой перезарядки. — Потому что в доме Аллы-Лизы они этого не делали. Получается…
— Что пожар они устроили только потому, что что-то пошло не так.
Они с Миларом переглянулись.
— Как думаешь, демон мог не согласиться сотрудничать с Кукловодами?
— В сказках о волшебниках доисторических времен рассказывают, что когда демона призывают, то его волю сковывают, чтобы тот не выбрался на свободу.
— В сказках… — фыркнул Милар. — А мог, предположим, этот твой демон вселиться, скажем, в тело Звездного Мага Нарихман и что-то не поделить с двумя Эан’Хане, в результате чего квартиру сожгли?
— Ahgrat.
— Значит мог, — кивнул капитан. — А могли ли, скажем, в сказках твоей наставницы Атта’нха, которые искал эльф Эан’Хане храниться какие-нибудь истории про демонов, одержимость и всякое такое? А вовсе не про артефакты прошлого, как мы предполагали осенью.