Матабар IV
Шрифт:
И глаза.
Несмотря на толстенные очки, Арди заметил блестящую, голубую радужку и темный, глубокий зрачок. А еще горло. Руки и шея — лучшие свидетели возраста человека. И её шея выглядела куда моложе, чем общий внешний вид.
Будто почувствовав взгляд, «старушка» поправила немного сползший шелковый шарфик, которым она прикрывала горло. И можно было бы предположить, что шестым игроком за столом являлась никто иная, как Алла Тантова… если бы не маленькая деталь.
Кинжал стояла прямо за спиной Тревора Мэн. Словно верный
Всего за столом, кроме крупье, ведущего игру, могло поместиться девять игроков, но не стоило удивляться трем свободным местам. Остальные столы играли ставками, доходящими до нескольких десятков эксов, здесь же самый маленький объем фишек, который заметил Ард (как раз у старушки) равнялся полутора тысячам эксов.
Ардан пересилил мимолетное желание поправить внезапно ставший тесным воротник собственной сорочки, а еще немного ослабить галстук. Он даже представлять не хотел общую сумму фишек на столе, а еще то, что мог бы приобрести на эти деньги.
Если даже не упоминать Звездную Магию, то приобрел бы для них с Тесс новый зимний гардероб.
Матушка и ковбои всегда учили его готовиться к зиме в начале лета. Он, тогда, не особо понимал смысл подобного учения. Не для всех, конечно, а конкретно для себя.
Теперь же…
— Неужели у генерал-губернатора Шамтура есть незаконно рожденный сын, — тонко и немного приторно улыбнулась девушка. — Хотя нет. Вы не выглядите, как солдат.
— И уж тем более, не как нищий оборванец, выслужившийся перед короной, — ядовито добавила старушка.
Ле’мрити, отвлекшийся от своих тяжелых дум, окинул Ардана задумчивым взглядом, после чего скосился на его фишки.
— У нас малая обязательная ставка десять эксов, а большая двадцать пять, молодой человек, — Тарик жестом указал на две фигурки в виде матроса и морского чудовища. Ими обозначали тех, кто вне зависимости от своих карт, был обязан сделать ставку. Подобное правило существовало для того, чтобы игра не шла бесконечно. И, после определенного количества конов, эти ставки повышались. — У вас не так много фишек. Может вам подобрать другой стол?
— Зачем же отговаривать молодого человека, — в прежней, надменной манере, возразил Тревор Мэн. — Присаживайтесь, юноша. Как, кстати, вас зовут?
— Баров, — представился Ардан, садясь рядом с крупье и получая свои карты. — Керид Баров.
— Баров… Баров… — несколько раз повторил Мэн, ловко тасуя две фишки между пальцами. — Вроде слышал эту фамилию, но не могу вспомнить, откуда… не просветите нас, юноша, относительно своей семьи?
— Мы занимаемся разведением скота в Предгорной губернии, — ровным, ничего не значащим тоном, ответил Арди, стараясь сохранять хладнокровие.
— Хорошее дело, уважаемое, — несмотря на сказанное, по интонации господа Мэн можно было понять, что ему, в
Ардану потребовалось почти все его самообладание, чтобы не дернутся. Рядом с ним за стол опустился никто иной, как Лекс Мэн. Все такой же субтильный, невысокий, с внешностью крысы, скрещенной с охотничьей собакой. От него пахло алкоголем, табаком, женщинами, причем разными, а еще тем же, сладковато-мучным запахом, что и от Ангельской Пыли.
— Иногда всем надо отдохнуть, — таким же высоким голосом, каким его запомнил Ард, ответил Лекс. В каком-то абсолютно вычурном, изумрудном костюме, расшитом блестящими нитями с нанизанными на них, миниатюрными драгоценными камнями. — А мне вот лицо юноши кажется знакомым. Лекс Мэн, — он протянул руку и чуть прищурился. — Мы с вами не встречались прежде?
Ардан ответил на жест и коротко ответил:
— Не имел чести.
— Да? — Лекс как-то странно скосился в сторону посоха и… пожал плечами. — Значит показалось.
— Вам надо поменьше налегать на увеселительные, господин Мэн, — буквально пропела старушка, еще недавно плевавшаяся ядом.
Арди даже удивился тому, как сильно поменялась её интонация, стоило ей обратиться к кому-то с фамилией «Мэн». И, в подтверждение мнения о двуличности, старушка едва не отравила Ардана одной лишь фразой.
— И как вам в небе, юноша, — она разве что не шипела. — Здесь немного чище, чем в ваших коровниках, неправда ли?
Тревор засмеялся и, будто по команде, засмеялись и остальные. Арди, ради «приличия», тоже пару раз хохотнул.
— Вы удивитесь, госпожа, насколько чисты наши коровы, — ответил Ардан, приподнимая уголки карт. — В конечном счете, будь они грязными, то… как говорят ковбои — вы то, что вы едите. А наше мясо поставляется, в том числе, и в столицу.
Смех немного смолк, а на Арда посмотрели иначе. В том числе и вторая… «старушка».
— Смотрю, в Большом теперь обучают не только Звездным наукам, — хищной и довольной интонацией, прокомментировал Мэн. Не потому, что, скорее всего, ждал продолжения перепалки. Хотел разжечь брань. Исключительно ради своего удовольствия.
Но старушка промолчала.
Арди знал таких людей. Пусть они и не задерживались на ферме Полских, но, бывало, попадались. Работали сезон или два и отправлялись дальше. Зачастую — не по своей воле.
Про таких всегда говорили, что перед тем, кто слабее, они скалят клыки, напоминая голодного волка, а перед тем, кто сильнее — блеют не хуже самой нежной овцы, готовой самостоятельно состричь с себя собственную шерсть, лишь бы угодить господину.
— Вам ли не знать, господин Мэн, — прозвучал нарочито хрипящий голос Лже-старушки. Она поправила очки и отсчитала три фишки на семьдесят эксов. — Не вы ли поставляете в Императорский Магический Университет почти треть всего оборудования?