Мать Ученья
Шрифт:
— Конечно, — согласился Зориан. Сказать по правде, все шло куда лучше, чем он рассчитывал. Он всерьез опасался, что для аудиенции у старшей жрицы необходимо пройти какой-нибудь религиозный тест. По сравнению с этим подождать час или два — сущая ерунда. — Эм, тогда я загляну чуть попозже?..
— Глупости, — заявил священнослужитель. — Проходи внутрь, я найду что-нибудь к чаю. Давно не выпадало шанса просто поговорить с кем-нибудь — увы, последнее время у нас мало посетителей.
Ух, похоже, тест все же может состояться — только замаскированный под обычную беседу.
— Неделя затишья? — спросил Зориан,
— Если бы, — вздохнул Батак. Он повел Зориана меж рядов деревянных скамей, шаги гулко отдавались под сводами. — Скорее, десятилетие. Наш храм так и не оправился после Плача.
— В каком смысле? — спросил Зориан. — Какое отношение Плач имеет к вашему храму?
Батак окинул его оценивающим взглядом, тяжело вздохнул.
— Боги оставили нас, но церковь не утратила силы. Большинство жрецов владеют магией, старшие иерархи способны призывать ангелов и младшие духовные сущности, но главное — таинства и священные реликвии, доверенные нам ушедшими богами. И пусть многие из них были утрачены — мы остаемся непревзойденными целителями. Так что мы просто не могли остаться в стороне, когда эпидемия охватила страну, словно пожар. Увы, мы не только не смогли остановить болезнь, но и сами, общаясь с больными, понесли серьезные потери. Из-за нехватки обученных жрецов окраинные храмы вроде этого были заброшены — как Святым Триумвиратом, так и прихожанами.
Зориан огляделся, но не увидел никаких следов запустения. Храм был ухожен и чист, алтарь, высеченный из белого мрамора и обрамленный шелком, выглядел новым. Стены украшены множеством статуй, безупречно вписанных в колонны и ниши; деревянные поверхности покрыты искусной резьбой — рельефы на церковные сюжеты. Словом, по сравнению с храмами Сирина, этот был просто воплощением роскоши. Если он считается заброшенным — даже подумать страшно, каковы тогда центральные храмы Сиории.
Для приватной беседы Батак привел его к маленькой, неприметной двери у алтаря. Это был не классический кабинет, скорее подсобка — что-то среднее между кухней и комнатой отдыха — изрядно захламленная и выглядящая куда более живой, чем пустой и торжественный храм. Заваривая чай, Батак засыпал Зориана вопросами — кто он такой, чем занимается, откуда родом, кто его родители — самые обыкновенные вопросы, так что Зориан отвечал честно. Что неожиданно и приятно — жрец ни разу не спросил о его религиозных воззрениях. Зориан, в свою очередь, задал пару вопросов про Батака и Килаэ, пытаясь понять, что они тут делают, если храм заброшен.
Батак охотно просветил его. Церковное руководство не собиралось сносить храм — и тем более не собиралось бросать его на милость стихии. Понятно, почему — это не только расточительно, но и продемонстрирует всем слабость культа. Так что Батак и Килаэ были назначены сюда — якобы отправлять службы, на деле же — отгонять воров и вандалов и содержать здание в пристойном виде.
Отставив кружку, Батак решил наконец перейти к делу.
— Итак, — сказал жрец. — Может, поговорим о том, зачем вы здесь, мистер Казински? Возможно, и я смогу помочь — или эта тема не для ушей
После краткого раздумья Зориан решил все рассказать. В конце концов, предсказание будущего вполне законно.
— Ну, — начал он. — Я слышал, что жрица Килаэ очень искусна в прорицании будущего.
Батак едва заметно напрягся, но быстро восстановил самообладание. Улыбаться, впрочем, перестал.
— Так и есть, — ответил он. — Это сложное искусство, и едва ли им возможно полностью овладеть — но Килаэ, пожалуй, лучшая из ныне живущих.
— Некоторых любителей не пугают сложности, — сказал Зориан, весело представляя, как зашипела бы матриарх, услышав подобную оценку. — И одна из них послала меня обсудить с Килаэ результаты своего прорицания. Некоторые особенности ее прогноза весьма… нетипичны.
С лица Батака исчезло все напускное добродушие. Неловкая пауза затянулась, Зориан даже подумал — не затронул ли он какую из запретных тем — но тут священнослужитель заговорил:
— А эти… нетипичные особенности — когда они появляются? Как далеко в будущее заглянула твой патрон, прежде чем все пошло наперекосяк?
Стало очевидно — Батак уже знает ответ. Он такой же младший жрец, как Зориан — простой посыльный.
— Особенность всего одна, после дня летнего фестиваля. Если точнее — прорицание не показывает ничего после этой даты… словно сам мир более не существует на этом отрезке времени. Но вы ведь и сами это знаете?
Вместо ответа Батак выругался, совершенно неподобающе своему сану, и принялся нервно мерить комнату шагами.
— Полагаю, это значит "да", — вздохнул Зориан.
Батак остановился и настороженно посмотрел на него. Через пару мгновений жрец с видимым усилием взял себя в руки.
— Прошу прощения, — сказал он. — Не хотел быть грубым, просто… Эх, наверное, мне стоит позвать Килаэ, чтобы мы могли обсудить это вместе.
— Разве она сейчас не проводит ритуал? — полюбопытствовал Зориан. Понятно, что прерывать магические ритуалы — крайне плохая идея, но, может, сейчас проводится сугубо религиозный обряд?
— Ну, вроде того, — смутился жрец. — Не думаю, что она сильно рассердится, если ее прервать. Во всяком случае, по такому поводу. Пожалуйста, подожди здесь.
Глядя вслед торопливо уходящему священнику, Зориан размышлял, почему белое пятно в предвидении так нервирует Батака. Нет, самого Зориана оно тоже нервировало — но потому, что он знал о причинах; для жрецов же это должно быть просто очередной аномалией. Подобно магии душ, прорицание будущего все еще толком не изучено, и неожиданные результаты, по идее, не должны никого удивлять. Он искренне надеялся, что нервозность священника вызвана его осведомленностью — что они узнали что-то важное, что он и матриарх аранеа проглядели.
Долго ждать не пришлось — Батак вернулся вместе с женщиной средних лет. Первой мыслью Зориана было, что она на удивление молода для старшей жрицы — впрочем, если у церкви и правда не хватает людей, то особо выбирать не приходится. В свою очередь, жрица оглядела его долгим изучающим взглядом, натянуто улыбнулась и села напротив него, рядом с Батаком.
— Добрый день, мистер Казински, — сказала она. — Килаэ Куоси, старшая жрица этого храма. Я слышала, что вы хотели поговорить со мной. Поговорить о прорицании будущего.