Мать Ученья
Шрифт:
[Потому что действия Зака ни на что не влияют?] — предположила матриарх. — [Из того, что ты рассказал, он пытается стать сильным и лично остановить армию врага. Этого не произойдет, даже будь у него все время мира на подготовку.]
[К тому же он уже может быть нейтрализован,] — добавил Зориан. — [Я почти не сомневаюсь, что Зак — ключевая фигура временной петли, изначальный путешественник. У него слишком большой потенциал в деньгах, семейных связях, таланте — временная петля полезна ему, как никому другому — и я не думаю, что это случайно. Более того, если меня включили в петлю из-за кусочка
[Ты считаешь, что его память была изменена,] — заключила матриарх.
[Я думаю, Зак доверился кому не следовало,] — ответил Зориан. — [Они не могли избавиться от него — заклятье петли завязано на него. Но могли сделать его безвредным. Перенаправить его внимание в нужную сторону. Но я не Зак. От меня временная петля не зависит — значит, меня можно убрать в любую секунду. Если я заговорю с Заком и попадусь на глаза тем, кто за ним наблюдает, или сам Зак разболтает обо мне не тем людям — я могу просто… исчезнуть.]
[Ндаа…] — протянула матриарх. — [Тебе никогда не говорили, что у тебя паранойя? С другой стороны — возможно, только благодаря ей ты все еще жив и в здравом уме. Ты ведь понимаешь, что рано или поздно тебе все равно придется переговорить с Заком?]
[Надеюсь, не раньше, чем вычислю третьего путешественника,] — ответил Зориан.
[Тогда мы прежде всего должны выследить его,] — сказала матриарх.
[Но как? Я даже не знаю, с чего начать. Это может быть кто угодно.]
[Учитывая, что по твоим словам Зак собственноручно убил старого Оганя — далеко не "кто угодно"]
[Он не всегда был так силен,] — уточнил Зориан. — [В ранних циклах любой приличный маг мог справиться с ним — даже кто-нибудь из одноклассников. И это могло быть предательством, а не открытой схваткой — его могли опоить или заманить в магическую ловушку.]
[Говоришь, даже кто-то из одноклассников?] — задумчиво переспросила матриарх. — [Интересно. Ты вроде бы говорил, что Зак очень заинтересован в одноклассниках. Он мог поделиться секретом с кем-то из них — ведь они "всего лишь студенты". Насколько хорошо ты их знаешь? Никто не ведет себя странно?]
[Я… толком не знаю никого из них,] — признался Зориан. — [Думаю, я бы не заметил странностей, пока они в границах разумного. Я бы сказал, что некоторые из них точно не похожи на путешественников, но…]
[Постарайся выяснить,] — сказала матриарх. — [Будет очень неловко, если окажется, что Третий все это время был прямо у нас под носом. И попробуй вычислить, не связан ли кто-то из них с захватчиками.]
Матриарх дала ему список имен прорицателей, которые могут знать о проблемах с предсказанием будущего, и они договорились встретиться вновь через три дня. Его слегка раздражало, что о его эмпатии и правильном обучении даже речи не заходило, но, видимо, не так-то просто убедить пауков обучить его родовым ментальным техникам — сначала нужно доказать свою полезность.
И все же хорошо иметь союзника во всей этой путанице. Он лишь надеялся, что не совершает с аранеа ту же ошибку, что Зак совершил с третьим путешественником.
Глава 20.
Зориан не любил храмы. Частично — из-за дурных детских воспоминаний, но в основном — он просто не понимал, как можно поклоняться кому-то вроде ушедших богов? Практически все священные тексты о золотом веке живописали божества как редкостных уродов, кому в здравом уме захочется, чтобы они вернулись? Никто так и не ответил ему на этот вопрос, и менее всех — родители, ходившие в храм лишь ради общественного мнения.
Храм перед ним тоже никак не способствовал душевному спокойствию. Огромное куполообразное здание на окраине Сиории было больше и внушительнее любого другого храма, в каком он когда-либо бывал — хотя, вроде бы, это один из самых маленьких храмов города. Однако матриарх аранеа утверждала, что именно здесь можно найти лучшего прорицателя города — во всяком случае, среди людей — так что следовало взять себя в руки и заняться делом.
Он неуверенно направился к тяжелым деревянным дверям, нервно поглядывая на гигантские скульптуры ангелов, стоящие по обе стороны от входа. Изваянные как живые, ангелы сурово взирали на приближающегося парня, словно оценивая и находя недостойным. Как он ни пытался, Зориан никак не мог выкинуть мысли о каменных ангелах из головы — в конце концов, это могли быть сторожевые големы или что-то столь же опасное. Он уже собирался открыть двери и войти, когда его внимание привлекли резные украшения на двери.
Изображения были изрядно стилизованы и располагались не по порядку — но Зориан практически мгновенно опознал сюжет. На дверях было вырезано нечто вроде несложного комикса, изображающего сотворение мира по верованиям икосиан. Согласно им, изначально мир был бушующим, бесформенным хаосом, в котором обитали семь изначальных драконов. Однажды с более высоких планов бытия спустились боги и убили драконов — всех, кроме одной. Последнюю они преобразили в материальный мир, где ныне живут люди — превратив ее тело в землю и камень, ее кровь — в воду, ее дыхание — в воздух, и ее огонь — в магию. Лабиринты туннелей под землей — драконьи вены, из них ушла превращенная в океаны кровь, но они все еще полны магией, источаемой Сердцем Мира — яростным, все еще бьющимся сердцем изначальной драконицы, скрытым в глубинах земли. Разгневанная своей участью, Дракон, что Внизу, пытается вырваться из своих пут, порождая извержения вулканов и землетрясения. Не в силах отомстить самим богам, она вымещает злобу на их любимых творениях — людях. Частицы ее сердца постоянно отделяются, порождая ужасающих чудовищ — и эти монстры устремляются вверх, к беззащитным жителям поверхности…
И далее в том же духе. Зориан не особо верил этой старой истории, но если понимать ее буквально — картина получается откровенно пугающая. Неудивительно, что Старая Вера так быстро уступает более дружелюбным новым культам, возникшим после ухода богов.
— Могу я чем-нибудь помочь, молодой человек?
Зориан оторвался от барельефа и повернулся к говорившему. Перед ним был молодой зеленоволосый мужчина в одеяниях священника. Его расслабленная поза и дружелюбная улыбка внушали доверие, но из картины выбивались зеленые волосы. Насколько Зориан помнил, зеленые волосы бывают только у отпрысков Дома Рейд, а эти ребята едва ли посвятят жизнь служению богам. Дом был печально известен своими связями с криминальным миром.
— Возможно, — ответил Зориан. — Я — Зориан Казински, обучаюсь на мага. Возможно, Жрица Килаэ согласится поговорить со мной? Ох, и простите за доставленное неудобство. Кажется, я слишком долго простоял на пороге.
— Младший жрец Батак, — представился мужчина. — И не беспокойся, множество людей подолгу не решается войти. Именно поэтому я лично встречаю приходящих. Насчет Килаэ… она сейчас проводит ритуал, но если согласишься подождать около часа — уверен, она будет рада выслушать тебя.