Мать Ученья
Шрифт:
— Предварительно? — поинтересовался Зак.
— Мы определенно не в том же мире, где были несколько месяцев назад, — пояснила ведьма. — Это не означает, что именно ваша версия событий верна, просто пока у меня нет других объяснений. Так что пока я поверю в вашу историю.
— На всякий случай уточню — вы нашли в темнице Панаксета заметную разницу с момента несколько месяцев назад? — спросил Зориан.
— Полагаю, можно сказать и так, — в голосе ведьмы прозвучала нотка сомнения.
— И что вам не нравится? — спросил Зак. — Разве вы не это искали?
— Я ожидала либо грубую подделку под темницу первозданного, либо все без изменений — в случае, если вы вешали мне лапшу на уши.
— Но? — спросил
— Но это та же самая темница… только с другого ракурса, — задумчиво ответила Сильверлэйк. И нахмурилась, увидев их непонимающие лица, щелкнула языком. — Ба! Поверить не могу, что приходиться объяснять таким неучам… Ну, давайте попробуем так: вы знаете, что пространственные врата выглядят, словно сложены из двух порталов, но на самом деле это один двусторонний конструкт, так? Темница перед нами такая же. Я чувствую различия, но если присмотреться — это только кажется. Это тот же самый объект, просто мы смотрим на него с непривычной стороны. Темница Панаксета одновременно существует в реальном мире и… куда нас там к черту занесло. Эти ваши Врата Государя не смогли воссоздать темницы первозданных, но они присоединили их к этому миру, как и к реальному… аж голова разболелась. Я не знаю, как это возможно и зачем это кому-то понадобилось. Почему этой божественной игрушке просто не проигнорировать темницы, зачем было стараться, обеспечивая доступ к ним из копии мира? Аргх!
Она дернула себя за волосы — нет, конечно, не сильно, просто чтобы подчеркнуть драматический момент — и, развернувшись, задумчиво уставилась в бездну перед ними.
Помолчав, Зак задал вопрос, интересовавший и Зориана:
— Если темницы первозданных существуют одновременно здесь и в реальном мире, не значит ли это, что они… своего рода мосты, за неимением лучшего слова? — тихо спросил он. — В таком случае можно использовать их как проводник, чтобы открыть проход в реальный мир. Черт, возможно, даже не придется выпускать одного из них!
— Я бы на это не рассчитывала, — внезапно сказала Сильверлэйк. Видимо, задумчивость не мешала ей слушать их разговор. — Темницу первозданного сложно даже ощутить, не то что воздействовать. Чтобы использовать ее, как проводник заклятья, потребуется несравненно более…
Она вдруг прервалась и ошарашенно повернулась к ним:
— Стоп, что значит «выпустить одного из них»?
Убедив Сильверлэйк, что с миром не все в порядке, а их рассказ про петлю хоть сколь-нибудь правдоподобен (и сгладив досадные недопонимания) они добились своего — ведьма неохотно согласилась и дальше учить их работе с карманными измерениями. Кроме того, Зориан уговорил ее продать аналитические заклятья для изучения темницы в обмен на оба ключевых реагента зелья юности. Сколько бы она ни жаловалась на несправедливость сделки из-за самой природы петли, устоять ведьма не смогла — не перед обоими компонентами.
Увы, это имело не только хорошие последствия — Сильверлэйк внезапно очень заинтересовалась ими. Она хотела знать все — откуда они родом, кто их родственники, кого они поддерживают, что умеют, сколько у них денег — все. А когда они отказались рассказывать — начала слежку. И, не добившись ничего магическими методами, привлекла к этому свои связи — судя по всему, старая ведьма только казалась отшельницей. Это было бы неудобно и в другое время, но сейчас все осложнялось тем, что Зак и Зориан и так особо не таились — выполняя значимые запросы, заключая дорогостоящие сделки, швыряясь деньгами… Они могли себе это позволить, пока никто не интересовался ими, но теперь, когда куча въедливых людей решила узнать, чем там заняты Зак Новеда и Зориан Казински… Теперь эти настойчивые люди вдруг обнаружили, что двое школьников действительно заслуживают самого пристального внимания.
Епрст.
Застигнутые врасплох и вынужденные затаиться, парни стали искать себе другие занятия. Зориан остановился на изучении божественных артефактов.
Сидя в тайном, надежно укрытом оберегами доме, Зориан разглядывал свою небольшую коллекцию. Тут было семь предметов: маленькая серебряная пирамидка, темно-коричневый деревянный посох, золотой колокольчик, покрытый царапинами иссиня-черный диск, большой зеленый кристалл с играющими внутри огоньками, большой бронзовый компас и незамысловатый железный кинжал. Кинжал был найден в императорском дворце внутри сферы, а все остальное — бессовестно украдено из частных коллекций и сокровищниц малых стран. При всем своем довольно непрезентабельном виде, эта кучка старых предметов вызвала бы зависть даже богатейших людей континента.
— Ты ведь знаешь, что изучение божественных артефактов, как правило, бесполезно? — спросил Дэймен, внимательно оглядывая коллекцию. Зориан, поколебавшись, пригласил брата присоединиться: тот был намного опытней в этом вопросе. — Целые группы работали над отдельными образцами, и так ничего не добились.
— Да, знаю, — согласился Зориан, крутя в руках кинжал. Они все еще не выяснили, что он делает, за исключением того, что железка была сверхъестественно острой. Божественные артефакты недоступны для прорицания, так что изучать их можно лишь пробами и ошибками — либо искать упоминания в древних текстах. — Но, в отличие от тех групп, я могу позволить себе испортить образец в процессе изучения — он все равно вернется в следующем месяце.
Дэймен кисло посмотрел на него.
— Это настолько неправильно… — неодобрительно сказал он. — Это же бесценные, незаменимые реликвии. Святотатство.
— И ты согласился в нем участвовать, — напомнил Зориан.
— Ну… Не могу сказать, что мне никогда не хотелось сделать что-то подобное, — вздохнул брат. — Ты уверен, что они восстановятся?
— Уверен, — указал на кинжал Зориан. — В прошлом цикле я разобрал его — и сейчас он в полном порядке. Каковы бы ни были его таинственные божественные силы, Врата Государя без проблем его воссоздают.
— Это и радует, и пугает, — заметил Дэймен.
Зориан задумался, что бы сказал брат, узнай, что они сидят внутри первозданного, вполне возможно — живого и ждущего лишь шанса их сожрать. Но, хоть его реакция наверняка будет забавной, лишняя драма сейчас ни к чему.
— Хм, прежде, чем мы начнем, мне кое-что интересно, — начал Зориан. — Как отреагировал Фортов на созданный мной иллюзорный диск?
Диск придумал Дэймен, еще в прошлом цикле. Чтобы быстрее убедить Фортова, они записали иллюзорную сцену их прошлого разговора. Зориан был настроен скептически — что Фортову какая-то иллюзия? Но Дэймен настаивал, что все получится, и Зориан уступил. Он воссоздал разговор по памяти — и, отпечатав иллюзию в диске, отправил Фортову по почте. Строго говоря, на этом его роль заканчивалась — но было слегка любопытно, что из этого вышло.
— Ну, можно сказать, кое-что получилось, — скупо усмехнулся Дэймен.
— О? — поднял бровь Зориан.
— По крайней мере, он разговаривает со мной, — пожал плечами брат. — Большего я от диска и не ожидал, так что жаловаться не на что.
— И как ты объяснил содержание диска? — поинтересовался Зориан.
— Я и не объяснял, — ухмыльнулся Дэймен. — Специально разжег его любопытство. Сказал, что расскажу все через месяц.
Зориан закатил глаза.
— Кстати, мне тоже есть что сказать, прежде, чем приступим к этому, — Дэймен махнул рукой в сторону артефактов. — Я практически уверен, что вычислил местоположение фрагмента Ключа, затерянного в Кслотике.