Мать Ученья
Шрифт:
…нет, слишком опасно. К тому же у него есть куда лучшие цели для сканирования — вот, стоят прямо перед ним. Вряд ли обычных полицейских обучали противостоять магии разума — максимум пара рекомендаций. А любой секрет надежен настолько, насколько надежно самое слабое звено…
Его щупы вползли в мысли полицейских. И тут же выяснилось, что на самом деле он их совершенно не интересовал — впрочем, убитая семья Сашал их тоже не интересовала. Один был голоден и думал об обеде, что дома готовит жена, второй фантазировал о некой женщине — администраторе в участке.
— Эм, господа, я ни в коем случае не хочу добавлять вам лишних проблем, но можете ли вы рассказать мне, что тут произошло? Саух и Реа были моими друзьями, я был потрясен, услышав об их смерти… вы можете рассказать мне?
Зориан и не рассчитывал, что они разговорятся — он бы ничуть не удивился, если бы полицейские молчали до самого прихода Хаслуша — но простое упоминание чего-либо часто вызывает у слушателя мысли на эту тему. Чего он не ожидал, так это буквально нахлынувшей неприязни и недоверия от одного из полицейских.
[А ведь выглядит совершенно нормальным парнишкой,] — думал тот. — [Никогда бы не подумал, что он якшается с бандой этого ворья, перевертышей-кошек. Пора бы уже запомнить, что нельзя полагаться на первое впечатление, когда вокруг столько магического дерьма…]
Реа была перевертышем-кошкой? Хмм. А ведь это многое объясняет. Вопрос в другом, почему полиция считает ее семью преступниками — причем подозревают и его, лишь потому, что он знал их?
Видимо, он чем-то выдал себя — второй полицейский поспешил вмешаться, чтобы не допустить конфликта. Вероятно, он не связал реакцию Зориана с телепатией, посчитав, что напарник не уследил за жестами и лицом.
— Мы здесь, чтобы отваживать любопытных, парень, — сказал он, — и знаем не больше твоего. Судя по всему, какая-то подземная тварь пробралась в дом и убила семейную пару. Нужны подробности — дождись, когда офицер Калан вернется с детективом.
Первый полицейский покачал было головой, но спохватился и перестал.
[Убившая их тварь не вломилась, а проскользнула в незапертую дверь, и не тронула никого больше — и это в густонаселенном районе. Если это и правда случайное нападение монстра, то я съем свои башмаки,] — подумал он. — [Скорее всего, котята сунули нос куда не следует, и поплатились за это. Боги свидетели, они везде лезут своими загребущими лапами…]
Зориан нахмурился.
— А что насчет Ночки? Их дочери? Мне сказали, что ее тело не было найдено, и она еще может быть жива?
Оба полицейских внезапно почувствовали себя неуютно. Даже первому, что терпеть не мог перевертышей, было жаль маленькую девочку, напоминавшую его собственную дочь. Они оба считали, что надежды нет, но, понятное дело, не хотели сказать это прямо, пытаясь придумать уклончивый ответ.
Их спас усатый коллега, вышедший из дома вместе с Хаслушем. Хаслуш, в свою очередь, повел Зориана прочь от дома, сорвав его план и дальше читать
Может быть, и к лучшему — читать два независимых мысленных потока было довольно трудно. Читать два независимых мысленных потока, при этом разговаривая с Хаслушем? Вероятно, пока это ему попросту недоступно.
— Итак, Зориан… Я ведь могу звать тебя Зориан? — начал Хаслуш. Зориан кивнул, помня, как детектив относится к официозу. — Так вот. Полагаю, мисс Курошка уже рассказала тебе, что здесь случилось, но, на всякий случай, повторю. Вчера утром Реа и Саух Сашал были найдены мертвыми у себя дома, рядом с изувеченными трупами двух гигантских многоножек. Их дочь пропала, и с тех пор ее никто не видел. Это тебе известно?
— Мистер Тверинов и мисс Курошка рассказали мне большую часть, но про многоножек я не слышал, — ответил Зориан.
— Да, эм, твоя младшая сестра была так расстроена, что я опустил подробности. Просто сказал, что было нападение монстров, — пожал плечами Хаслуш. — Мне жаль, что я ее огорчил, мне часто говорят, что я бываю бестактен, но ничего не могу с собой поделать. На этой работе быстро черствеешь — и я порой забываю, что окружающие не сталкиваются с преступлениями и смертью по несколько раз на дню.
Зориан хотел было ответить, что все понимает и не держит зла, но сообразил, что виноватый Хаслуш может выдать больше полезной информации, и промолчал. Вместо этого он вернул разговор к убийству:
— Значит, их убили многоножки? Дом выглядит неповрежденным. Как они пробрались внутрь?
— Через дверь. Похоже, жильцы оставили ее незапертой.
Зориан с сомнением посмотрел на Хаслуша.
— Я просто рассказываю, что мы нашли, — защищаясь, ответил Хаслуш. — Я знаю, что случай странный, потому мы и не закрываем его. И, кстати, не знаешь ли ты чего-нибудь о семье Сашал, что могло бы объяснить происшедшее?
Конечно, он знал — но если он расскажет о таком, у него будут серьезные проблемы. Так что он сообщил только то, что узнал о семье перевертышей из разговоров с ними — совсем немного, и, судя по разочарованному лицу Хаслуша, детектив уже все это знал. Неудивительно — даже одна Имайя наверняка уже рассказала все это и еще добавила.
— На самом деле это не было нападением монстров? — спросил Зориан.
Взгляд Хаслуша стал пронзительным — но Зориан твердо встретил его. Несколько напряженных секунд — затем Хаслуш достал из пиджака фляжку, сделал глубокий глоток.
— Нет, скорее всего, нет.
— Можно спросить, кто это сделал, и почему? — наудачу осведомился Зориан. Ну, как знать? Может, он даже получит ответ.
— Эй, если бы я это знал, мне бы не пришлось тебя расспрашивать, — заметил Хаслуш.
— То есть у вас нет предположений, — заключил Зориан.
— У меня слишком много предположений, — поправил Хаслуш. — Семья Сашал… много ли ты знал о них на самом деле?
— Полагаю, вы о том, что они были перевертышами?