Мастер своего дела (сборник)
Шрифт:
Следующий конструкт — это помпезная готика в викторианском стиле. Бордовые напитки в узких бокалах. Черно-белая мешанина фраков и бледных, но лощеных лиц среди холодных колоннад и высоких потолков. Изящные дамы с красными губами и голодными глазами. И она — Олеана Пичугина. По-моему, какой-то тестер из подвальной конторки. Но здесь она невинная красавица на балу вампиров. Специально приглашенная, тщательно охраняемая влюбленным в нее красавцем-вурдалаком. Типовой конструкт от Myeyr, Inc.
Как-то
Очень некрасивая вышла история.
Губители переворачивают все с ног на голову, а потом еще и сжигают сферу, оставляя владельца один на один с реальным миром. Перед лицом недешевой экспресс-психотерапии для пострадавших от «вандализма» и покупкой нового конструкта — многие задумываются о том, стоит ли оно таких затрат. Так что некоторые губители считают себя спасителями.
Чужаков в мечтах Пичугиной я не нашел. Даже жалко стало. Какие-то миры, например такие, вызывают во мне личную неприязнь. И, несмотря на то что все почитатели сфер — это махровые эскаписты (боже правый, зачем думать о мелочах, когда есть абонентская плата за месяц вперед, пара клавиш, кнопка «Ввод», и ты уже звездный барон с собственной империей на краю галактики?), кое-кто из них достоин уважения, а кого-то нужно усыпить или стерилизовать.
Миры поскакали передо мною как в калейдоскопе. От смены декораций справа в виске толчками пробудилась тупая боль. Так, собраться с силами и не стонать. Не жаловаться. Работать! Потом, после обхода, можно будет дойти до полумертвого кабачка «Три таракана» и пропустить пару кружек пива с теми, кому сфера не по карману или кто не приемлет подобный вид досуга. Ну, или с такими же представителями меньшинства, как я, исключениями в статистике.
Как ведь бывает. Читаешь в инструкции: «При испытаниях лекарства у каждого тысячного обнаружены побочные эффекты: кровавый понос и смерть от чумки». И думаешь: «Какая ерунда! Мизерный шанс! Цифры на моей стороне!»
Но в моем случае цифры оказались перебежчиком в стан противника. Выяснилось, что у двух человек из тысячи волны мозга не синхронизируются с ядром сферы и потому попытка загрузить собственный конструкт вызывает только приступ головной боли.
Так я оказался одним из этих двух в тысяче. И теперь мне никогда не стать стержнем вселенной, но зато я могу беспрепятственно проникать в чужие миры и внедряться в программы ботов. И на моей работе, в охотничьем отделе «АРТ Индастриалс», такое умение ценят
Поначалу, конечно, было сложно примириться с «избранностью». Я ведь тоже человек, и мне тоже хотелось иметь собственный мирок. Создал бы себе заснеженную тайгу с домиком у реки и по вечерам после работы просто смотрел бы в замерзшее окно на оленей и пил горячий чай. Простенько и со вкусом, да? Но не случилось. Генетика.
Впрочем, я уже и не расстраиваюсь. Человек ко многому привыкает. Особенно за такие деньги.
Так, поехали дальше. Пьянка. Пропуск. Еще чей-то неинтересный конструкт. Пропуск. Какая-то «сталкерщина». Пропуск. Пропуск. Пропуск.
Стоп.
Информационное поле следующего мира оказалось изъедено червоточинами входов. Я остановился и оглядел место происшествия. Теперь лучше не спешить, теперь нужно быть аккуратным.
Потому что червоточина — это след нештатного проникновения. Знак, что здесь побывал губитель, и несложно догадаться, что раз оболочка мира напоминает кусок сыра «Маасдам», то не надо лезть сюда в одиночку.
Если у тебя в табеле не написано «эксперт». Зеленого салагу губители способны напугать. Но я-то профессионал.
Прорвав границу сферы, я ступил на каменную мостовую сказочного городка, и в следующий миг вокруг меня вспыхнул прозрачный куб, блокирующий возможность выхода из конструкта. Недавняя разработка нашего отдела. Ноу-хау охотников за губителями. Блокировка снимается только снаружи.
Я выругался. Вляпался, как пить дать вляпался по полной, профессионал хренов!
— Я Николай Быков, сотрудник «АРТ Индастриалс», эксперт по внедрению и оптимизации конструктов, — произнес я в надежде, что наткнулся на коллегу и недоразумение исчерпает себя в течение нескольких секунд. — Провожу инспекцию…
Тишина. Улица никак не отреагировала на мое появление. Настороженно глядя на прогуливающихся мимо нарядных ботов, я осторожно прощупал грани куба. Бесполезная трата времени, конечно, такие ловушки надежны, как увесистый лом.
— Ау? Есть кто живой?
У меня были данные о владельце этого мира. Киселев Константин. Инвалид по зрению. Производственная травма. Льготы на использование конструкта — есть. Тридцать два года, не женат, да и не будет никогда, скорее всего. Мог ли он поставить ловушку? Конечно же, не мог…
Стена напротив меня запузырилась и разорвалась, словно прогоревшая бумага. В проход тут же вошел рыжеволосый парень в шутовском наряде.
— Тятя! Тятя! Наши сети притащили мертвеца! — заявил он и озорно тряханул головой, отчего зазвенели бубенчики на его шапке. — Кого же бог нам послал? А? Кого поймала волшебная клеть Гэндальфа, а?
— Я сотрудник «АРТ Инда…»… — Слова оборвались, едва я увидел, что губитель пришел не один. Повезло так повезло. Вот откуда столько червоточин… А ведь я надеялся, что здесь поселился террорист-одиночка. Наивно, да.