Мастер Рун. Книга 5
Шрифт:
Гаррет, наконец собранный и готовый к полёту, взмахнул крыльями, поднял облако пыли и взмыл в небо, превращаясь в чёрную точку, которая становилась всё меньше и меньше, пока не исчезла совсем. И вот тогда ожидание, которое до этого было просто неприятным фоном, превратилось в пытку, медленную, изматывающую пытку, когда каждая секунда тянется как час, а каждый час превращается в вечность.
Вскоре Башня была снова открыта, и мы вернулись назад, утро только начиналось, но все командиры ушли на совещание и только караулы, да дозорные делали своё дело, остальные маялись от безделья.
Через два часа Стейни собрал весь
— Утёс пал, — его голос был ровным, лишённым каких-либо эмоций, и именно это делало его слова ещё страшнее, потому что за этим спокойствием чувствовалась пустота человека, который выгорел изнутри. — Наша миссия провалена. Мы не успели, но все, кто погиб на этом пути, все те товарищи, чьи тела остались лежать в степи, в подземельях, под завалами башен, их жертва была не напрасной.
Он сделал паузу, давая этим словам впитаться в каждого.
— Я больше не могу приказывать вам идти за мной, — продолжил он. — Но я.… я иду дальше. На юг, к Степному Цветку. Это мой родной город, там остались люди, которых я знаю, и если Орда движется туда, то я должен быть там, должен предупредить их, помочь им, или хотя бы умереть вместе с ними. Я не прошу вас следовать за мной в этом безумии. Я предлагаю выбор, тем, у кого не осталось дома, кому некуда возвращаться, кто готов продолжить этот путь в ад.
И тогда из толпы вышел лейтенант Дивер. Он прошёл несколько шагов вперёд, остановился перед Стейни и отдал честь с той военной чёткостью, которая говорила о годах службы и железной дисциплине.
— Лейтенант Стейни, — его голос был хриплым от дыма и пыли, но твёрдым, как гранитная скала. — Мы, бойцы восточных городов, благодарны вам за то, что вы вытащили нас из ада, в который превратились наши башни. Вы вели нас, когда мы были готовы сдаться и просто лечь умирать. Но наш дом, наши семьи, наши обязательства — они на востоке, в тех землях, которые мы поклялись защищать.
Он обвёл рукой добрую половину отряда, и я отчётливо увидел эту невидимую границу, которая разделила нас. Города старались чередовать гарнизоны башен отрядами из разных городов, поэтому ничего удивительного в том, что отряды с востока, сидели на юге или севере и наоборот. Но сейчас это действительно нас разделяло.
— Наш путь лежит обратно, домой, — продолжал Бейрен, и в его словах не было ни вызова, ни извинений, только констатация факта. — К нашим башням, к нашим людям, если от них хоть что-то осталось и нашим семьям. Мы должны узнать, мы обязаны вернуться и попытаться собрать то, что можно собрать. Идти к Цветку для нас — это бессмысленная трата последних сил и жизней. Простите нас, лейтенант.
Стейни долго смотрел на него, и в его взгляде не было ни гнева, ни удивления, ни даже разочарования, только смертельная усталость человека, который понимает, что он не может требовать от людей невозможного.
— Я понимаю, лейтенант, — тихо ответил он. — Я не держу вас и не имею морального права это делать. Каждый выбирает свой путь, и ваш выбор я уважаю.
Вот и всё. Раскол произошёл так просто, без криков, взаимных обвинений и угроз. Два слова — «я понимаю» — и то, что ещё вчера было единым организмом, единым боевым отрядом, перестало существовать, распавшись на части.
— Тогда поступим по-другому. — снова заговорил Стейни. — В Степи еще шесть городов. Новости что мы принесли из Серого Дозора, о Враге людей и орде, должны дойти
Гаррет вернулся к вечеру. Я увидел его силуэт издалека, как он снижался, летя по прямой и даже не закладывая привычный круг. Когда он наконец коснулся земли, я уже стоял рядом со Стейни и Леви. Гаррет стянул с себя крыло, и я заметил, как он нервничает.
— Лейтенант, — он сглотнул, облизал потрескавшиеся губы. — Там… там всё хуже, чем мы думали.
— Говори, — Стейни был спокоен, но я видел, как напряглись мышцы его челюсти.
— С высоты действительно ничего не видно. Разрушения, пустые улицы, тишина. Но когда я спустился ниже, попытался найти крышу, где можно было бы присесть и осмотреться получше… — он провёл рукой по лицу, размазывая пыль. — Город живой. Только эта жизнь не человеческая.
Леви выругался вполголоса.
— Твари? — спросил Стейни.
— Повсюду. В домах, в подвалах, на улицах, где тени ложатся гуще. Я видел их движения в окнах разрушенных зданий, слышал… звуки. Утёс превратился в огромную ловушку, и любой, кто войдёт туда, просто не выйдет обратно. Они ждут. Прячутся и ждут.
Я почувствовал, даже небольшую обиду, что не смог увидеть это сам. Но у меня не было приказа садиться, а нарушать его, это такое. Значит, вот почему город выглядел мёртвым с высоты. Твари поступили умнее чем мы могли подумать, они просто заняли руины и превратили их в западню для любого глупца, который решит, что можно зайти и что-то найти. Мертвый город, полный сокровищ и богатств, а также тысяч и тысяч монстров. О чём то таком мне рассказывал дядя, только такие мертвые города были за морем, а теперь вот — совсем под боком. Может и там когда-то случилась подобная катастрофа и мёртвые вышли из под земли, только там не смогли отбиться и их поглотила волна трупов. Впрочем, нас вполне может ожидать эта же участь. Уничтоженные Врата не факт что перекрыли все проходы, да и наружу успело выбраться нереальное количество нежити.
— Сколько их? — голос Леви звучал устало.
— Не знаю. Много. Слишком много, чтобы пытаться пробиться, даже если у нас будет вся армия Цветка за спиной, — Гаррет покачал головой. — Город мёртв, лейтенант. Окончательно и бесповоротно.
— Понял, — наконец сказал он. — Спасибо, Гаррет. Отдохни.
— Под городом огромные катакомбы Древних. — добавил Леви. — Там и миллион тварей спрятать можно.
— А чем они будут питаться? — встрял подслушивающий Марк.
— Ну до этого же жили, и нормально было. — пожал сержант плечами. — Этер заменяет этим тварям всё, а как мы знаем, чем глубже вниз, тем больше этера. Их теперь оттуда не выколупать совсем.
— Ну и часть людей они всё же захватили. — сказал лейтенант. — Восстановить потери вполне хватит. Всё. Закругляемся обсуждать Утёс, у нас еще задач впереди по горло.
Утром следующего дня, разделившиеся отряды покинули нас первыми, уведя большинство лошадей. У нас было крыло и оно заменяло разведку. Хотя напоследок, Гаррет чуть не разрядил в полете оставшиеся накопители, проверяя все маршруты отрядов хотя бы на ближайшие сутки. И пусть осадок небольшой от разделения остался, никто никому гибели не желал. Степь — это же не один город, а их общность и торговые связи между ними.