Мастер Рун. Дилогия

Сластин Артем

Он не успел договорить. Сзади хрустнула ветка. Звук был тихим, но в напряженной тишине нашего укрытия он прозвучал как выстрел. Мы одновременно обернулись.

Глава 7

Из-за поваленного дерева, метрах в десяти от нас, выползли двое дикарей. Они были настолько тихими, что я даже не понял, как они смогли подобраться так близко. Возможно, мы сами наделали столько шума, бегая и обсуждая происходящее

внизу, что не услышали их подхода.

Оба держали короткие копья с каменными наконечниками, их лица были вымазаны чем-то темным, отчего казалось, что на нас смотрят не люди, а какие-то звери, притворяющиеся людьми.

Мгновение мы просто таращились друг на друга, словно каждая сторона пыталась осознать, что же, собственно, произошло. Потом жилистый широко раскрыл глаза, открыл рот, чтобы закричать, и я, действуя на чистом инстинкте, не думая, вскинул арбалет и нажал на спуск.

Болт ушел с тихим свистом, пролетев расстояние, между нами, за долю секунды, и попал жилистому прямо в открытый рот, прошив глотку и выйдя где-то сзади, у основания черепа. Дикарь захрипел, захлебываясь кровью, уронил копье и, схватившись за торчащий из горла болт, рухнул на колени, дергаясь в конвульсиях.

Ивгар среагировал чуть медленнее меня, но его выстрел был не менее точным. Его болт вошел второму дикарю прямо в грудь, левее центра, там, где должно было быть сердце. Коренастый выдохнул, словно его ударили в живот, пошатнулся, сделал шаг назад, потом еще один, и только после этого упал, как подкошенный. Он даже не закричал, только издал тихий стон, похожий на недоумение.

– Бегом! – прошипел Ивгар, не глядя на меня, уже срываясь с места и ломясь обратно в лес, к тому месту, где мы оставили тюки.

Я бросился за ним, на бегу пытаясь перезарядить арбалет, что было совершенно невозможно, поэтому через пару секунд бросил это занятие, сосредоточившись на том, чтобы не споткнуться о корни и не врезаться в дерево.

Раздумывать о том, что я вот так просто убил человека я не стал. Уже не первый раз, пусть до этого момента это и становились зомби. В теории, я должен был испытывать что-то. Угрызения совести, страх, но не испытывал ничего, кроме панического желания выжить и убежать.

Мы добежали до тюков буквально напрочь позабыв о том, что устали и нужно отдохнуть, откуда только силы взялись, схватили их, даже не останавливаясь, и, нагруженные как вьючные животные, продолжили бежать дальше, прочь от деревни, прочь от орды и от той смерти, которая скорее всего скоро пойдет за нами.

– Они нас видели? – задыхаясь, спросил я, когда мы наконец замедлились до быстрой ходьбы, отбежав километра на два. – Найдут?

– Не знаю, – хрипло ответил Ивгар, оглядываясь через плечо. – Но лучше считать, что да. Эти ублюдки хорошо следы читают. Когда сородичей найдут, а потом наши следы… Нам надо на реку. Быстро. По воде пойдем, следы смоем.

– А тюки? Может стоит их закопать?

– Их бросать нельзя! – огрызнулся он, видимо, жадность

пока была сильнее страха. – Пока несем. Может, повезет. Арбалеты!

После быстрой перезарядки, мы продолжили, оглядываясь, двигаться в обход. И минут через десять, когда мы уже почти вышли к реке, ориентируясь по шуму воды, впереди, между деревьями, мелькнули фигуры. Много фигур. Я рефлекторно дернул Ивгара за рукав, и мы оба рухнули в кусты, затаившись.

Это были не дикари. По крайней мере, не те, что резали деревню. Это были люди в кожаных доспехах, с круглыми щитами и копьями, человек двадцать, не меньше. Они шли в небольшой колонне, быстро и организованно, явно направляясь к горящему поселению. Разведка, или авангард основных сил, посланных на помощь.

– Слава Венату, местная дружина! – выдохнул Ивгар. – Свои. Надо…

Он не успел договорить. Один из дружинников, молодой парень, видимо, услышал шорох, обернулся, увидел нас в кустах и, не раздумывая, вскинул арбалет. За ним то же самое сделали еще двое.

– Стой! – заорал Ивгар, вскакивая и поднимая руки. – Мы свои! Мы…

Три болта свистнули одновременно. Один прошел мимо, второй зацепил Ивгара по плечу, оставив кровавую полосу, третий воткнулся в дерево рядом с моей головой, заставив меня пригнуться и рвануть обратно в лес, не разбирая дороги.

– Беги, беги! – услышал я вопль Ивгара где-то сбоку, он тоже бежал, но груз не бросал.

За спиной раздались крики:

– Держите их! Это лазутчики!

– Стреляйте, пока не скрылись!

Еще пара болтов просвистела мимо, один из них пролелел так близко к моему уху, что я почувствовал движение воздуха. Ивгар резко свернул влево, я метнулся за ним, и мы, ломая ветки и давясь от недостатка воздуха, неслись куда глаза глядят, лишь бы подальше от этих параноиков, которые стреляют первыми, а потом уже задают вопросы.

Бежали мы долго, пока не начало темнеть. В какой-то момент поняли, что дружинники не преследуют, видимо, решили, что мы просто мародеры или дикари-разведчики, и вернулись к своей основной задаче, спасать деревню, которую, судя по всему, уже и спасать было не от чего.

– Твою ж… мать… – выдохнул Ивгар, когда мы наконец остановились у какого-то оврага, рухнув на землю и жадно хватая ртом воздух. – Я ж им показал… руки поднял… Идиоты…

– Плечо как? – спросил я, с трудом переводя дух.

– Царапина, – он поморщился, осматривая рану. – Болт прошел по касательной. Повезло. Но кровит, зараза.

Я полез в рюкзак, нашел тряпку, относительно чистую, и протянул ему. Ивгар молча принял, кое-как замотал плечо, стараясь не шуметь. Мы сидели в тишине минут пять, а потом контрабандист начал тихонько ржать, смотря на меня и показывая пальцем на груз.

– Ты чего?

– Жадность, она людей только так губит, ага! Врут же врут! Четверо мне свидетели, я если выживу, до конца дней буду всем рассказывать! – истерично смеялся Ивгар. – Но ты смотри, смотри!