Мастер путей. Часть 4
Шрифт:
— Знаете, судари… — начавшим хрипеть от нервного перенапряжения голосом выдавила из себя Ханна, попятившись от своих противников. — Я, пожалуй…
Громкий выстрел из пистолета «Мастера» оглушительно хлопнул по ушам. Пуля наёмника ударилась в бетон аккурат промеж ступней рыжей наёмницы, неприятно обдав голые ноги каменной крошкой. Дав рикошет, пуля улетела куда-то дальше, мимо людей, но эффект был достигнут.
Ханна побледнела белее скатертей на столах и замерла с перебитым дыханием.
— В последний раз взываю, рыжая, — процедил стрелок. — Ни. Шагу. Назад. Двинешься без команды — больше
— Лучше уж так… — сглотнула та. — Не придётся терпеть, как палачи терзаю тело разрыванием…
— А что? — безобидно поинтересовался Протопопов. — Ты натворила на казнь разрыванием? Неужто в государственном перевороте участвовала? Или врагам Империи пособляла? Али же смертоубийства младенцам чинила?
— Я наёмница, а не безрассудная! — огрызнулась рыжая. — Почто мне твоя империя?! У меня своя жизнь!
— Тогда с чего вдруг решила, что тебя будут драть? — осведомился полковник. — Для начала — обыкновенное дознание. А что будет с тобой дальше… только от тебя и зависит.
— Тридцать секунд на раздумья, — предупредила Бериславская. — У меня нет желания заниматься тут вербовкой. Или ты сдаёшься, или покоишься с миром.
— Проигранная битва ещё не означает проигранную войну.
Ханна с недоумением воззрилась на «Мастера», проронившего изречение.
— Умение признавать поражение для воина, тем паче наёмного, признак его мастерства, — спокойно сообщил он, не опуская пистолета. — Ошибаются все. Не ошибаются лишь мёртвые. Они уже ошиблись. Живым же надлежит учиться на чужих ошибках, ибо только дурак учится на своих. У тебя ещё есть шанс всё исправить и начать жизнь с чистого листа. Но возможности воспользоваться им больше не предстанет. Ты — моя пленница. Мой трофей. А, значит, мне решать, какие штыри и насколько глубоко в тебя вгонять. И ты можешь повлиять на эти решения.
Рыжая начала бегать взглядом между полковником Протопоповым и держащим её на мушке наёмником.
— У тебя нет выбора «сдаться» или «нет», — сказал последний. — У тебя лишь выбор, кому сдаться. В одном случае тебе гарантированы подвалы и штыри. В другом… два наёмника всегда могут договориться меж собой. Было бы желание договариваться.
Жребий брошен. Если вместо выбора лишь его иллюзия, то из двух зол выбирают меньшее.
В подвалы Тайной Канцелярии не попадают за мелкие хищения или пьяные буйства. Туда упекают за весомые прегрешения, а их за спиной рыжей наёмницы хватает. Найдут ли их следы сыскари — ещё вопрос, но, если прошлое всплывёт, в чём сомневаться не приходится… лучше бы кончина настигла её до казни. Последняя клятвенно заверяет не быть быстрой и безболезненной.
Этот же наёмник…
«Мастер» не застрелил «Лису» сразу. Несколько раз последовательно и требовательно приказал сдаться на милость победителю, коим и себя считает по праву, и сам таковым является. А ещё благодаря Ханне он расправился с заказчиком Синдиката, поручившем провальное задание. Общий портрет бойца у девушки был и так, а теперь она дорисовала его детали лично.
И, если выбирать между руководителем Тайной Канцелярии и этим гридем…
Рыжая медленно опустилась голыми коленями на бетон и покорно сложила перед собой руки.
— Я… сдаюсь
Трое сопровождавших Протопопова бойцов без команды двинулись в сторону принявшей поражение Ханны. Один из них достал из заспинного подсумка на ремне толстый пеньковый жгут и принялся разматывать его. Пленницу собирались вязать.
«Мастер» опустил пистолет.
— Полковник, — произнёс воин. — Вступает в силу один из пунктов нашего договора. Трофеи святы и неприкосновенны. Допрашивайте её, сколько считаете необходимым. Но лишних дырок в теле не делайте. И, по возможности, верните мне рыжую со всеми положенными ей конечностями на месте.
— Было бы странно, если б ты не воззвал в тому пункту, — хмыкнул офицер. — Я ожидал такого поворота. Хорошо. Ханну забираем с собой. Вы с Алиной Святогоровной оставайтесь. Как освободитесь — жду вас у себя, когда бы ни закончили.
Один боец Протопопова плотно стянул пленной руки за спиной, другой замкнул ей на шее массивный толстый обруч ошейника, в корпус которого были вмонтированы крупные камни. Это и был артефакт, предназначенный для противодействия одарённым Силой. Вместо того, чтобы, подобно заклятью «Бессилия», лишать её владельца, он нарушал её обращение в теле жертвы и не давал прибегать к ней.
Простая мера предосторожности.
«Мастер» убрал свой пистолет в кобуру и прикрыл его полами своей куртки.
Подошёл к стоявшей на коленях пленнице, приготовленной для конвоирования, и присел перед ней.
— «Лиса».
Ханна вскинулась на своего пленителя.
Тот хмыкнул в голос.
— Так и думал, что угадал твой позывной. Прекрасный. Очень точно отражает твою сущность.
— Насмехаешься? — процедила она.
— А надо? — осведомился воин. — Лишь констатирую. Думал, что у вас не в ходу личные имена, потому и назвал так… в общем, спасибо тебе.
Противник легонько похлопал рыжую по плечу и потрепал за него, чем вогнал её в неподдельный шок.
— Ч-чего? — не поняла она. — Б-благодаришь? За что?! Что сдалась тебе на милость?!
— Что уберегла невинных.
Девушка в неподдельном удивлении вытаращилась на своего визави.
— У… уберегла?!
Тот пожал плечами.
— Ты раскрыла скрытого убийцу, чем позволила нам среагировать и защититься. Тебе зачтётся это на Страшном Суде, но это случится сильно позже. Пока что благодарю тебя лично как наёмник наёмницу. Сегодня ты спасла чью-то жизнь. Возможно, даже не одну. Спасибо, рыжая. Так держать.
Воин хлопнул собеседницу по предплечью и поднялся на ноги, махнув бойцам Протопопова.
— Забирайте. Я за ней скоро приду.
Глава 11
А ты ожидал увидеть епископа?
Москва
Подземелья Тайной Канцелярии
План был идеален! Никакого применения атакующих заклятий, построенных на Силе. Лишь только револьвер с близкой дистанции, пробивающий любые «Твердыни», какими бы несокрушимыми они ни были! И вот, он: последний шаг! Всего лишь на всего и надо было, что достать оружие и застрелить тех, к кому не сумели подобраться наёмники Синдиката! И никто бы не узнал, кто приходил и зачем. Ни следов, ни гильз, ни пойманного за руку стрелка. Всё было просто идеально!