Мастер путей. Часть 4
Шрифт:
«М-да. Точно перестарался…», — понеслось в моём мозгу, когда мы пересеклись с Властиславом взорами.
Вероятно, именно с таким взглядом группенфюрер Мюллер спрашивал у штандартенфюрера Штирлица, почему Макс Отто каждый год празднует день советского разведчика-нелегала.
— Филарет, — «группенфюрер» Морозов позвал своего старшего помощника. — Будь так любезен, прими дар нашего дорогого гостя. И помести его в оружейную. Сиречь, дар, а не гостя.
— Будет исполнено, — степенно отозвался тот с профессиональным покер-фейсом.
Подумаешь, очередной гость очередную безделушку
Но даже этот покер оказался проломлен, когда взгляд мажордома оценивающе скользнул по подношению. На диковинный по местным меркам герметичный кейс внимания обратил постольку, поскольку. А вот вид клинка с выгравированным девизом заставил немолодого мужчину проникнуться уважением. С такими воинским достоинством и боевым трепетом к реликвии, с коими Филарет принял у Ветраны дар, обычно, относятся к полковому знамени.
Старший помощник, закрыв кофр с шашкой, удалился, а Властислав коснулся спины дочери, выводя её из шока, с которым она взирала на меня.
— Не скрою, Александр Александрович, поразили так поразили, — проронил он. — С этим в связи у меня к вам состоится разговор, который, вне всякого сомнения, оставит в выигрыше все принимающие в нём участия стороны. Ныне же прошу вас, дорогие гости, проследовать за нами. Негоже стоять у ворот: поверьте, для вас заготовлены куда более увлекательные мероприятия.
По ходу, Морозовы решили, что ютиться в сравнительно тесном помещении толпой — так себе идея.
Потому накрыли поляну, причём, в буквальном смысле слова, на заднем дворе имения.
За довольно большим домом, ничуть не меньшем по площади, чем Бериславский, оказалась разбитая натуральная зона отдыха.
Её «Мастер» не исследовал в прошлые визиты: было незачем. Нападение на дом произошло с другой стороны, а после как-то не представилось возможности.
Зато сейчас он и его спутники смогли созерцать её во всём своём великолепии.
На удалении в сотню метров от стен дома, чем полностью исключая возможность плавуна, был вырыт, явно искусственно, пруд в десяток метров поперечнике с крутыми берегами. Водоём выглядел очень ухоженным: на поверхности не плавало ни единого листочка, вся растительность на берегах свидетельствовала о предельной чистоте воды. Никаких следов заболачивания видно не было.
Рядом с прудом, в паре десятков метров от него, имелась укатанная в бетон площадка размером с неплохой корт. Бетон бетоном, но по краям высились огромной высоты деревья, чем-то отдалённо похожие на раины. Они плотными стройными рядами окаймляли зону действия, высокими кронами прикрывая её от ветров.
И уже на этой самой площадке были расставлены столы, которые старательно наполнялись яствами трудолюбивыми руками морозовских помощниц-служанок.
Разносились тарелки, раскладывались копательно-хлебательные столовые приборы, расставлялись бочонки, туески и склянки с напитками: тем, что можно выставить сейчас, чтоб не утруждать себя этим потом, когда в ход пойдут основные блюда.
Хоть ещё ничего и не было готово, но Морозов привёл гостей сюда неспроста. Лично «Мастеру», как главному параноику и инсайдеру
Сам светлейший князь Морозов, отыграв положенные протоколами ноты, вернул себе повседневно-рабочий тон.
— В этом месте будет происходить всё действо, — известил он. — Считаю, вам будет небезынтересно рассмотреть его в деталях. Полагаю, Ветрана с Милославой учинят вам экскурс и ознакомят с ансамблями на территории имения. Сам же, с вашего дозволения, отлучусь: нам со светлейшим князем Бериславским надлежит обсудить ряд не терпящих отлагательства вопросов. Ежели возникнет нужда — всегда можно обратиться к любому, кого увидите. Вам тотчас же окажут всю посильную помощь.
Действительный тайный советник первого класса Бериславская поклонилась главе рода.
— От всей души и всего сердца премного благодарны за гостеприимство, Властислав Иванович. Не извольте беспокоиться. Постараемся не обременять своим присутствием.
Оба светлейший князя с супругами удалились, оставив гостей в сопровождении наследниц Морозовых и их сближниц.
Глава 6
Переговоры
Оставив главных гостей, являющихся виновниками сегодняшнего торжества, возле ансамбля, светлейший князь Морозов с супругой уделили внимание на аудиенцию, запрошенную светлейший князем Бериславским.
Обе четы уединились в рабочем кабинете Властислава Ивановича, где не присутствовало иных ушей, кроме них. Подозревая, что дело может иметь негласный характер, Морозов осенил помещение заклятьем «Безмолвия», наглухо отсёкшим всяческих любопытных, даже, если б таковые и оказались.
Хоть аудиенцию истребовали Бериславские, но первым слово взял Морозов.
— Однако же, Святогор Тихомирович, — проронил он. — Умеешь же поражать. И твоя младшая дочь, и твой же гость… Прежде всего, дозволь же самым искренним и неподкупным светлым чувством возликовать за светлейшую княжну Злату. Ежели истинно написанное вами в письме, и младшую Бериславскую посетило исцеление… Мне не довелось знать вашу дочь лично. Но радуюсь за вас с ней, будто за свою собственную. Что же до вашего гостя…
Глава рода осёкся, стараясь дипломатично подобрать выражения.
— … признаться честно, ваш спутник изрядно нас потревожил. Исключительно в положительном ключе, к его части и достоинству. Но слишком уж непроглядной завесой мрака покрыта его личина. Держится крепко, да повадками статен. Вот только манерами не блещет да этикету не обучен. Уж не знал, кого в нём подозревать. Не то офицера, не то хорунжего. Но сегодняшний его поступок расставил все точки над «i». Я не знаю в своём окружении никого, кому хватило бы силы духа предстать пред незамужней девой с её сродниками, даря её дому хладное орудие с заповедями кодекса российского офицера. Вы не хуже меня помните значение этой древней, почти забытой традиции.