Мастер Порталов
Шрифт:
Ехать, к счастью, пришлось не на противоположный конец города, а в спальный район неподалеку. Там мы поднялись на седьмой этаж панельной пятнадцатиэтажки, где меня представили средних лет мужчине в вельветовом пиджаке серого цвета и толстенных очках, через которые его глаза смотрелись как рыбины в аквариуме.
— Прошу проходить, молодые люди. Меня предупредили о вашем визите, — тоном экскурсовода Вернисажа произнес он, пропуская нас в типовую двушку с ушатанной в хлам мебелью. Когда-то она, может, и была хороша, но еще в те времена, когда наша страна называлась
Саня изобразил на лице важность и прошествовал внутрь, я же последовал за школьным товарищем без воодушевления. Что-то мне говорило, что человек, способный купить алмаз с горошину, не будет жить в такой квартире.
— Покаж ему, — толкнул меня Санек.
Я, подавив еще один вздох, протянул демонстрационный образец.
Мужчина в очках тут же сменил свои окуляры на еще более мощные гляделки, настоящий мини-бинокль, который наставил на камешек. При этом кристалл он держал откуда-то извлеченным пинцетом.
— Хм… Это… Это, пожалуй, интересно… — бормотал он себе под нос, напрочь забыв о нас с Саньком. — Такого размера, но, определенно, не технический. Это странно.
Стянув окуляры и подняв на меня близорукие глаза, он произнес:
— А могу я спросить, откуда он у вас, молодой человек?
— Нет, — твердо ответил ему я.
— Поймите, я задаю этот вопрос, потому что камень, которым вы владеете, он, как бы это сказать… очень крупный.
— Я знаю.
— А камни подобного размера, они, как правило, все находятся на учете. Если вы сейчас скажете, что нашли старые драгоценности своей прабабки, которые она спрятала на даче еще до революции, то буду вынужден вас разочаровать и эту невинную ложь в качестве объяснения не приму. Видите ли, юноша, огранка камней царской эпохи имеет характерные приметы, которые я у этих камней не нахожу. Более того, тот, кто гранил этот камень, ничего не знал и о современных методах. Но лишь по причине того, что его методика куда более совершенна. При этом камень не искусственный и не технический.
— А…
Санек поплыл. Столько слов, столько непонятных ему терминов, да еще и отсылочек — немудрено. Тут ведь не за деньги говорили, хотя предмет их и касался напрямую.
— Док, — наконец выдавил он самое уважительное, что смог припомнить. — А можно по-русски? Паленые камни?
— Боюсь, я не смогу этого сказать со всей определенностью до тех пор, пока не услышу историю вашего друга.
Одноклассник тут же обрел почву под ногами. Главное он услышал.
— Эт, Свят, давай колись, где камни щимнул?
— Нашел, — я постарался произнести это максимально убедительно. Спокойно, взвешенно, как человек, которому нечего скрывать. Но, кажется, мне не поверили.
— Юноша, послушайте меня внимательно, — произнес этот замызганный ювелир. — Очень серьезные люди поручили мне проверить качество товара и его легенду. Если вы будете по-прежнему стоять на своей маловразумительной версии, боюсь, я буду вынужден рекомендовать отказаться от сделки. Очень прибыльной для вас сделки, молодой человек. Так что давайте вы хорошо подумаете и ответите
— Свят, ты че такой? — подключился теперь уже и Саня. Он уже ощутил тяжесть денежных пачек в своих руках и не желал упускать шанса. — Вишь, че Док говорит — нет истории, нет денег. Давай, колись уже! Никуда дальше не уйдет, верно, Док?
И вот что мне было им отвечать? Наверное, стоило чуть раньше этим вопросом озадачиться. Я почему-то думал, что история с кладом прокатит, но кто ж знал, что у этих камней еще и огранка по эпохе различается? Боюсь, любой предложенный мною вариант будет этим «доком» отвергнут с той же легкостью, как и история с бабушкиным наследством. Не говорить же, что я их с робота в другом мире снял?
С робота… Кстати… Что там Система говорила про эти кристаллы? Банки памяти и оружейные? Оружейные… лазеры? Для лазеров же нужны камни, преломляющие свет или что-то такое, да?
Говорить я начал до того, как вся история сложилась в моей голове во что-то четкое и логичное. Так у меня было нечасто, но состояние это я уже знал. И называл его озарением. Иногда под влиянием обстоятельств оно накатывало на меня, заставляя придумывать так вдохновенно, что люди в большинстве своем верили мне безоглядно.
— Вы правы, — произнес я, глядя на ювелира пристально и твердо. — Вы правы, это не наследство от бабушки. Оно от дедушки.
Саня не выдержал и заржал. «Док» же нахмурился, решив, что я над ним издеваюсь.
— Более того, насколько я понимаю, эти камни гранили не для украшений, а для использования в качестве оружия.
Смесь правды и правдоподобного вымысла — гремучая. Тут главное — самому все не рассказывать, дать слушателям додумать за тебя. Они это сделают лучше, проверено.
— Лазеры? — уточнил ювелир, в глазах которого скепсис быстро менялся на интерес. — Ваш дедушка был к этому причастен?
— Я так думаю…
Больше сомнений в голосе, больше! Я ведь сам точно не знаю. Просто копался в дедушкиных вещах… а кто у нас дед? Служил в КГБ, да? Пойдет! Просто копался в его вещах и нашел эти камни. Да, я слышал семейные истории, там говорилось, что дедушка был связан с какими-то секретными разработками оружия, из-за чего — вот это хороший штрих! — его семья была невыездной. Потом Союз распался, проект, вероятно, закрыли, а наработки остались. А алмазы дед забрал.
Ничего из этого я не сказал вслух. Только помялся и выдал, что дед был чекистом. И замолчал. Со значением.
Все остальное ювелир сделал сам. Достроил, сложил, умножил и развил. И еще раз приложился окулярами к камню.
— Хм… Возможно-возможно… Если подумать, это сечение как раз и выдает способность камня таким образом преломлять свет, чтобы он… Господи, это что же, все правда? Наши смогли это сделать?
В его голосе читался такой восторг, словно он был не плешивым задохликом, а маленьким мальчиком, которого обещали взять в отряд космонавтов, когда он вырастет. Ну, или сделать блогером с полной медиаподдержкой, если на современную систему ценностей переводить.