Мастер печатей 3
Шрифт:
— Госпожа Асен! — наследник Лален, молодой человек примерно возраста Антона, светловолосый и подтянутый, шагнул вперёд и слегка склонил голову. — Для нашего дома огромная честь, что вы согласились посетить этот приём. Открытие нового торгового дома — важное событие для нашей семьи, и ваше присутствие делает его ещё более значимым.
Настя ответила вежливой, но тёплой улыбкой и произнесла несколько подобающих случаю слов. Было видно, что благодарность наследника Лален была вполне искренней — появление на приёме наследницы Великого дома из Императорского клана повышало статус приёма, пускай и не очень сильно,
На меня наследник тоже обратил внимание, но дружелюбие по отношению ко мне носило скорее дежурный характер. Просто вежливость, ничего более. Впрочем, сам факт, что Антон Марет прибыл именно в сопровождении наследницы дома Асен, тоже о многом говорил. Так что подчёркнутое принятие и учтивость со стороны хозяев были вполне уместны и ожидаемы.
— Добро пожаловать, господин Марет, — улыбнулся отец семейства. — Проходите, пожалуйста. Надеюсь, вечер будет для вас приятным.
Я поблагодарил и вместе с Настей вошёл в главный зал.
Стоило нам появиться внутри, как я тут же почувствовал на себе десятки очень внимательных взглядов. Это было уже привычно, татуировка реагировала чётко, фиксируя каждый направленный на нас фокус внимания.
Большинство благородных гостей, собравшихся в просторном зале с высокими потолками и хрустальными люстрами, гадали о причинах того, почему наследница Великого дома из числа Императорского клана решила сопровождать никому не известного наследника малого благородного дома.
То, что сам малый дом ещё и из разорившихся, было известно далеко не всем присутствующим (судя по характеру кидаемых на меня взглядов), но даже без этого знания вопросы у окружающих определённо имелись. Я это чувствовал буквально кожей.
Пока к нам никто не решался подойти напрямую — всё ещё присматривались и оценивали. Но это был лишь вопрос времени. Стоило решиться первому, и за ним обязательно потянутся остальные.
Настя, надо отдать ей должное, держалась безупречно. Она успела за время пребывания в Тверди немного обжиться и ориентировалась в местном обществе куда лучше, чем можно было ожидать от столичной гостьи.
Пока выдалась свободная минутка, она тихо, почти не шевеля губами, описывала мне молодых наследников благородных домов, которых видела в зале. Девушка прекрасно понимала, что большинство присутствующих здесь благородных являлись Изменёнными, пусть и не самых редких путей, но всё же, и старалась говорить так, чтобы её не могли прочитать по губам или случайно услышать.
— Вон тот высокий, у дальнего стола — Раткай, — едва слышно произнесла она, чуть повернув голову в нужную сторону. — Старый малый дом, торговля оружием. Серьёзные люди, хоть и не богатые. Рядом с ним — Крой. Эти занимаются транспортом, владеют несколькими торговыми маршрутами среднего значения. А вот те двое, что только что вошли, — Заран. Аптекари и алхимики, снабжают половину Тверди целебными составами.
Информация была вполне общедоступной, ничего секретного. Но для меня, плохо ориентировавшегося в местных раскладах, это было очень к месту. Память Антона содержала какие-то обрывки знаний о благородных домах Тверди, но куда менее детальные. Да и чего уж там говорить, я почти перестал читать её, словно бы воспоминания старого Антона постепенно умирали, уходя за грань вместе с ним.
Я бросил внимательный взгляд по залу. Тахи пока видно не было. Впрочем,
Первым, кто отважился подойти к нам, стал один из представителей благородного дома Барбо. Молодой наследник, чуть старше меня, в хорошо пошитом костюме и с явно нервничающей спутницей — миловидной темноволосой девушкой, которая старалась держаться уверенно, но то и дело бросала на Настю слегка робкие взгляды.
Мы как раз остановились рядом с одним из столов, уставленных лёгкими закусками и напитками, когда эта парочка решилась преодолеть невидимый барьер.
— Прошу прощения, — наследник Барбо слегка склонил голову. — Мы с вами ещё не знакомы. Позвольте представиться. Виктор Барбо, наследник дома Барбо. А это моя спутница, госпожа Елена Затон.
Сам разговор вызвал двоякое ощущение. Несмотря на то, что наследнику дома Барбо и его спутнице, строго говоря, нечего было сказать Насте Асен, и уж тем более мне, они всё равно рискнули представиться и завести разговор. Это было определённо смело с их стороны.
Виктор с видимой гордостью рассказал, что дом Барбо владеет ткацкой мануфактурой и готов поставить благородному дому Асен изделия любой сложности. Даже с зачарованием, потому как на них сейчас работало несколько артефакторов, которых они каким-то образом сумели переманить из Лаборантума. Настя слушала его с вежливой улыбкой, время от времени кивая в нужных местах.
Ну и по ходу дела оба, разумеется, поинтересовались моей скромной персоной. Узнав, что перед ними лишь член малого благородного дома, у которого нет никаких производств или владений, наследник Барбо и его спутница заметно поскучнели. На меня они больше почти не обращали внимания, сосредоточившись на попытках произвести впечатление на Настю.
И так было во всём. Подходили ещё несколько представителей разных домов, и каждый раз картина повторялась с минимальными вариациями. Интерес к наследнице Великого дома (кто-то был с ней знаком, кто-то подходил, чтобы познакомиться), дежурная вежливость в мою сторону, быстрое охлаждение, когда выяснялось, что за мной не стоит ничего существенного. И внимание только на Асен. Лесть, подобострастие, попытки рассказать о своём Доме и обратить на себя внимание.
Я заметил, как на лице Насти появляется лёгкое раздражение. Едва заметное, старательно скрываемое за отточенной маской вежливости. Девушку явно утомляли эти однотипные разговоры ни о чём.
Решив, что хватит, я дождался момента, когда очередная парочка благородных наконец отошла от нас, и наложил на нас обоих очень простую печать отвода глаз. Ничего сложного, лишь небольшое магическое воздействие, которое отсекало внимание большинства наследников, являвшихся, как правило, всего лишь слабыми Изменёнными. Для кого-то сильнее печать была бесполезна, но таких в этом зале имелось немного.
Эффект оказался почти мгновенным. Несколько человек, которые уже направлялись в нашу сторону с очевидным намерением познакомиться, вдруг словно бы потеряли к нам интерес, сменив направление и занявшись чем-то другим. Другие перестали бросать в нашу сторону внимательные взгляды.