Мастер гнева
Шрифт:
– Да, пожалуй, – признал Волчок. – Но в мире грядущего будет много и других чудес. В небе станут летать воздушные корабли с людьми на борту. В каждом таком корабле человек по сто, и даже по двести.
– И что же, эти воздушные корабли не будут падать на землю?
– Иногда будут, – ответил Волчок. – Чаще всего из-за взрывов.
– Из-за чего?
Волчок несколько секунд молчал, подбирая нужные слова, а затем доходчиво объяснил рыцарям про террористов.
– И кто ж они такие, эти террористы? –
– Почему демоны – люди.
– И что же, сами-то они не падают?
– Кто?
– Да вот те, которые взрывают!
– Падают. Но они жертвуют собой ради того, чтобы убить всех, кто находится в самолете.
Рыцари недоуменно переглянулись.
– Они называют это войной, – пояснил Волчок.
– Стало быть, в тех самолетах летят вооруженные воины? – уточнил Гассель.
Волчок покачал головой.
– Нет. В них летят мирные жители. И без всякого оружия.
– Кто же станет жертвовать собой ради того, чтобы отправить на тот свет сотню мирных землепашцев? Это ты что-то путаешь, кузнец.
– А я уж было поверил, – разочарованно прогудел Бык Рорхарт. – Эх ты, трепло. А еще кузнец!
Волчок сообразил, наконец, что выбрал для своих цветастых пророчеств не совсем подходящую компанию, и смутился.
Что ж, понять логику террористической войны, направленной против мирного населения, суровые воины Средневековья, привыкшие к честным битвам, были не в силах. Разграбить какой-нибудь сарацинский город для них было в порядке вещей. Нажива есть нажива. Но воевать с мирными жителями ради самой войны – нет, этого они понять не могли.
Глядя на их возмущенные лица, Волчок и сам усомнился в разумности таких действий, хотя там, дома, считал терроризм вполне объяснимым, хоть и достаточно подлым способом ведения войны.
Некоторое время все молчали. Потом Бык Рорхарт посмотрел на жареную куриную ножку, которую все еще держал в руке. Пару секунд он раздумывал, а затем поднес ножку ко рту и откусил смачный кусок.
– Что касается меня, судари мои, – проговорил он, уминая мясо, – я бы никогда не пожертвовал своими потрохами ради того, чтобы отправить на тот свет сотню стариков, женщин и детей.
– Я тоже очень дорожу своими потрохами, – меланхолично заметил Флориан Печальный. – Они для меня дороже любых других потрохов, даже вымоченных в кислом вине и приготовленных со специями.
– А я себе дорог весь, целиком! – воскликнул коротышка Гассель, свирепо вращая глазами. – И если даже кто-то пожелает отрезать мне мизинец левой руки, я вцеплюсь ему зубами в горло и перекушу его, как перекусывают куриную косточку.
Сравнение с куриной ножкой пришлось Быку Рорхарту по нраву, и он с уважением посмотрел на пылкого коротышку.
А Флориан Печальный отпил глоток
– Давайте поговорим о деле. Пастор Нейреттер объявил, что разбойники нападут на деревню со дня на день. Он якобы видел это во сне.
– Пастор Нейреттер – человек серьезный, – откликнулся Бык Рорхарт и тоже отхлебнул вина. – Да и Адский лес – место неприятное, – добавил он затем. – Будучи в городе, я слышал про него много жутких рассказов. Люди поговаривают, что в самом сердце Адского леса есть расселина, ведущая прямо в ад.
– Я бы сказал, что это чушь, если бы сам не встречал демонов, – заявил коротышка Гассель. – Два года назад одна бесовка облила меня хлебным вином и подожгла. Не случись рядом полного ведра воды, не сидел бы я сейчас с вами.
– Демоны существуют, – подтвердил Волчок. – Я уже говорил вам, что расправился с двумя в лесу.
Бык Рорхарт усмехнулся и пробасил:
– А вы, судари мои, обзывали меня «сказочником». Наш доблестный кузнец – вот кто настоящий сказочник.
Волчок пожал плечами:
– Хотите – верьте, хотите – нет, но это так.
– Думаю, демоны, выползшие из адской расселины, сожрали души разбойников и вселились в их тела, – предположил Флориан Печальный. – Демоны сильнее людей, однако тела разбойников – не самый подходящий материал для войны. Разбойники привыкли нападать исподтишка. В честном бою каждый из нас стоит двадцати лесных головорезов.
– Это так, – согласился, хмуря брови, Гассель. – Но знаем ли мы, сколько именно разбойников промышляет в этих лесах?
– В городе поговаривают, что разбойников не больше двух или трех десятков, – пробасил Бык Рорхарт. – Нас с вами трое. Плюс – этот молодой кузнец, который убивает демонов одним своим взглядом. – Рыцари ухмыльнулись. – Да еще есть один местный страж по имени Отто.
– Неприятный человек, – поморщился Флориан Печальный. – Когда мы приехали, он оглядел нас мрачным взглядом, а затем скрылся в своем доме и до сих пор не выходил.
– Должно быть, этот смерд не любит рыцарей, – процедил сквозь зубы коротышка Гассель.
– Но он владеет мечом и будет нам полезен, – спокойно заметил Флориан Печальный. – Поэтому прошу вас, мой друг, не ссорьтесь с ним и будьте терпеливы.
– Почему вы говорите это мне? – недовольно проворчал Гассель.
– Потому что ваш пылкий нрав подобен огневому зелью. Одна маленькая искорка раздражения способна разжечь неистовый костер.
– Это верно, – согласился Гассель, вдруг смягчившись. – Я такой.
Волчок заметил, что на рыцаря Флориана неистовый коротышка смотрит благосклонным и уважительным взглядом. Должно быть, печальный рыцарь нравился ему своим спокойствием и рассудительностью.