Мастер духов

Земляной Андрей Борисович

— Пётр Сергеевич. — Секретарь генерала стройная тридцатилетняя женщина в сером деловом костюме и маленьких изящных туфлях-лодочках, говорила чётко и ясно словно диктор радио. — К вам гроссмейстер Бурский.

— Впускай конечно. — Генерал отложил документ, над которым работал и увидев входящего, кивнул. — Присаживайтесь господин Бурский.

— Вот так, да? — Весело отозвался гроссмейстер. — Ни встречи, ни рукопожатия, а только господин, и присаживайтесь?

— Вы, господин Бурский, что-то напутали. — Генерал улыбнулся. — Давайте я так сказать сделаю некую реминисценцию отношений нашей страны, которую я здесь и сейчас представляю и сообщества магов, командовать которым вы имеете честь. В тысяча девятьсот двадцатом тогдашнее руководство Союза Социалистических Стран России, и вы лично, подписали договор, где ясно разграничили права и обязанности сообщества и страны. После этого в шестидесятом мы уточнили некоторые пункты, вновь подписанные вами. Тогда организовали

партию магов с представительством в Верховном Совете, несмотря на то, что численность вашей группы не выходила за сто тысяч. Ну ладно. Вы реально много делали и делаете для страны и предоставление вам трибуны в высшем представительном органе — не вполне законно, но естественно. И в две тысячи двадцатом, мы вновь уточнили договор. И во всех трёх документах — прямо написано, что попытка убийства гражданина страны — не мага, магом есть тяжкое преступление. Тяжкое! — Генерал чуть пристукнул кулаком по столу. — И всё как-то работало до этого года, когда один пацан не уделал свихнувшегося потомка Огневых, успевшего смертельно ранить полицейского. Да, мальчишка бывший Ветров, но с момента, когда его старый паспорт получил отметку «аннулирован» он больше не Ветров, а с момента, когда система зафиксировала выдачу нового паспорта — Кирилл Петрович Смирнов. Обратите внимание, что мы не начали расследования по фактам, выявленным в ходе его опроса офицером соцслужбы. Хотя могли и строго говоря обязаны. Но парень сам отказался, так как не желал больше знать бывших родственников. Но дальше начинается совсем странное. В депо, где он работает, проникает член клана Ветровых Геннадий Вихрев и в попытке убить пацана гибнет сам. Мальчишка тоже сильно пострадал и оказался в больнице и тут его настигает третий акт этого безобразного спектакля. Приходит некий гражданин Василий Огнев и для начала мощным магическим ударом сжигает все камеры наблюдения и вырубает связь включив незаконный подавитель. К счастью запись боя, сделанная коммуникатором товарища Смирнова, прояснила все моменты, а сам Огнев сейчас даёт показания в нашей тюрьме. Итак, три документированных попытки убийства, совершённые членами магического сообщества. Мы не влезаем в ваши дела, и сквозь пальцы наблюдаем за практикой изнасилования детей вашими магистрами. Мы и вправду не знаем улучшает ли это их магические каналы, так что пусть эта мерзость останется на ваших руках, и без того погрязших в говне и помоях. Но вы стали убивать наших людей. Наших, господин Бурский. — Генерал пристально посмотрел на гроссмейстера. Президент считает, что это повод для вступления в силу статьи двадцатой Договора, где сказано: «В случае открытого выступления магов против государственности, территориальной целостности, суверенитета и жизни граждан, активируется протокол „Пепел“». По этому протоколу все члены магического сообщества должны явиться в органы правопорядка для получения браслета — подавителя получить решение суда о домашнем аресте и находиться дома до решения комиссии по нему лично. В случае неисполнения распоряжения, маг не предъявивший браслета уничтожаться на месте. Отвечая на ваш вопрос — скажу. Да, возможно мы потеряем много наших людей. Возможно. Многие из вас покинут страну, а кто-то затаится. Но терпеть то, что происходит не станем.

— Ради одного мальчишки вы готовы убить тысячи, возможно сотни тысяч ваших воинов? — Гроссмейстер криво ухмыльнулся.

— Не всё так печально. — Генерал качнул головой. — По нашим данным более половины ваших людей может и не перейдёт на нашу строну, но точно не станет воевать против нас. Да и по-настоящему сильных магов среди вас немного, и я напомню, что танковый снаряд пусть и не пробивает щита магистра, но отшвыривает его вместе со щитом так, что человек гибнет. Вы не выдержите этой войны, Бурский. Мы вас похороним.

[1] Манифольд — это технологическое устройство, представляющее собой систему трубопроводов, коллекторов и запорной арматуры, предназначенную для распределения, слияния или перенаправления потоков рабочей среды (нефть, газ, вода, буровой раствор) между различными технологическими линиями.

Глава 4

Не утихают боевые действия в Европе.

Вторая армия успешно ведёт боевые действия в Испании а Первая Механизированная армия состоящая преимущественно из коренных жителей Европы, продолжает теснить арабо-африканских повстанцев по всему фронту проходящему в Италии.

Несмотря на то, что пополнения и оружие для захватчиков европейского континента идут со всего арабского мира и африканского материка, армия повстанцев постоянно теряет огромное количество людей и техники в бессильной попытке зацепится за спешно взводимые оборонительные узлы.

Фронт проходящий на линии города Неаполь, с каждым днём откатывается всё дальше к южной оконечности полуострова, и недалёк тот день, когда армии захватчиков будут ссброшены

в море.

Медиацентр Союз.

Как ни храбрился гроссмейстер, но понимал, что даже для одного человека уехать в неизвестность совсем непросто. Документы, визы, продать недвижимость здесь, купить её там, получить вид на жительство и обеспечить знание языка. Но это минимум миниморум. Дальше начинается самое неприятное. А нужен ли он там? Ведь в каждой стране свои маги и они давно срослись с властью. Никто и не подумает потеснится чтобы дать пришлым место под солнцем. Это всё равно что отдать деньги! И в сообществе магов дураков нет. Как-то не выживают дураки в этом змеином кубле. И в этой ситуации, как минимум половина просто никуда не поедет. Останутся в своих уютных домах в высоком социальном статусе и при отличных окладах. А те, кто всё же решится уехать, потыкаются в закрытые двери, потратят накопленный в СССР жирок и помаявшись безденежьем поползут обратно. Тихо, не привлекая внимания выйдут из аэропорта и так же тихо поедут к себе домой, если он сохранился или в гостиницу, начав восстанавливать свою жизнь. И кому они станут «благодарны» за случившееся? Уж точно не гроссмейстеру которому доверено благополучие всего сообщества.

Обо всём этом думал Сергей Ильич Бурский, на обратном пути в резиденцию Круга. Там уже собирались магистры и архимаги на большой Совет и не знали, что их гроссмейстер везёт совсем неутешительные новости. Охота за мальчишкой провалилась полностью, и ещё один инцидент автоматически активирует протокол «Пепел». Круг должен выплатить Смирнову один миллион рублей в качестве инициативы примирения, уговорив его подписать мировое соглашение.

«Как всё неудачно и не вовремя!» — Гроссмейстер покачал головой. Понятно, что с мальчишкой нужно что-то делать. Но точно не сейчас. Через два года перевыборы Председателя Совета Союза, и после станет видно. Но не сейчас. А виру пусть заплатят Огневы и Ветровы. В конце концов это они стали причиной кризиса.

Кирилл сразу из больницы поехал в депо, но там его обрадовали сказав что раньше начала следующей недели не ждут так как получили грозную бумагу из БСМП[1] о предоставлении ему четырёх оплаченных дней отгулов.

И это было просто отчаянно кстати. Энергодух чуть шалил в организме и требовалось его срочно занять делом для чего следовало полежать в медитативном трансе.

Чем он и занялся, приехав домой и вымывшись в душе.

Энергодух быстро понял, что от него требовалось и приступил к работе изменяя нервную систему. Водяной работал с участками целиком, а энергетический двигался словно бульдозер по полю, оставляя за собой изменённую ткань и это совсем небыстрая история. Поэтому Кирилл просто отсыпался, питался по графику, и пару раз сходил на дежурство в райотдел, где ему теперь выдавали форму, защитный нагрудник и резиновую палку, как «гражданскому сотруднику полиции». Было бы ему восемнадцать выдали бы и оружие, но, когда старшина[2] посетовал что Кирилл опять идёт с пустыми руками, тот лишь усмехнулся.

— Мне, товарищ старшина, ствол без надобности. Вот было у Рината оружие. И что? Успел он его хотя бы вытащить?

— Ну, так-то да. — Старшина — широкоплечий кряжистый мужчина в чёрной форме кивнул. — Так-то ты парень резкий. Но всё одно не подставляйся. Мы тут за тебя всем отделом болеем. Кстати, а почему ты не ходишь на тренировки? — Старшина ткнул пальцем в плакатик, где полицейский могучим броском укладывал на пол какого-то гражданина.

— Не, я против обнимания с хулиганами. — Кирилл усмехнулся. — Кроме того у меня такая специальная школа. Не для всякого.

— Тогда может на соревнования? — Полицейский порылся в куче бумаг на столе и выудил листовку обычного формата с картинкой изображавшей пару в спарринге и объявлением о министерском чемпионате по рукопашному бою и длинным перечнем призов.

— Тоже нет. — Кирилл качнул головой. — Товарищ Кондратюк. Я понимаю, что райотделу было бы неплохо выставить своего бойца. Но и вы меня поймите. У меня ни аттестата, ни профессии… ну куда я без образования. А сейчас у меня всё время уходит на учёбу, работу и всё что я могу себе позволить в смысле тренировок — час в день по будням и часа три по выходным. Ну вот сейчас отгулов насыпали в депо, так я тоже увеличил норму. А там же серьёзные бойцы. Просто так не выйдешь.

— Да в твоей категории там вообще пацанва зелёная! — Старшина даже вскочил с места. Ты их всех разметаешь! А нам вот позарез кто-то нужен на соревнованиях! От этого даже категорию путёвок в пансионаты могут повысить. Конечно совсем рухлядь не дают, но, если пройдёшь в финал, нам пяток путёвок в образцовый пансионат выпишут легко. И, кстати, одна путёвка стопроцентно твоя. А как насчёт в июле — августе отдохнуть на Русском море?

Кирилл задумался.

— Но никаких гарантий, ладно?