Мастер Алгоритмов. ver. 0.3
Шрифт:
Илья опустил руку, огляделся по сторонам. Задумался.
— Есть тут одна заброшка… На окраине, завод недостроенный. Там с крыши вид закачаешься, особенно вечером, и закат видно. Мы там с пацанами зависали в школьные годы.
Отлично. Такая атмосфера мне была знакома. Романтика бетонных плит, ржавой арматуры и высоты. Самое то для душевных посиделок.
— Представь ее как следует, — скомандовал я. — Детали, запахи, ветер.
Илья закрыл глаза.
Белая комната дрогнула. Стены растворились.
Картинка была зыбкой, края плыли. Я сосредоточился, накладывая свою волю поверх его воспоминания. Стабилизировал «локацию», будто отвердитель в эпоксидку добавил. Мир прибавил в четкости и реалистичности, заземлился.
Мы сидели на краю крыши, свесив ноги вниз.
— А теперь позволь тебя угостить, — сказал я.
Пришло время для реванша. В тот раз, в самую первую ночь, я пытался материализовать еду и потерпел фиаско. Но то был не сон, а суровая реальность. Теперь? О да, теперь здесь действовали мои правила!
Я закрыл глаза и вызвал из памяти тот самый образ.
Палатка у метро. Запах специй и жареного мяса. Горячий лаваш.
Две штуки. Килограммовых. С двойным мясом, чесночным соусом, свежими овощами, хрустящей капустой.
Преимущество сна: здесь не обожрешься, если только сам того не захочешь. Желудок не лопнет, калории не отложатся на боках. А вкусом насладишься на все сто.
В моих руках появились два тяжелых, горячих свертка в фольге.
— Держи, — я протянул один Илье.
Он принял его, развернул, недоверчиво понюхал. Укусил.
— М-м-м… — промычал он с набитым ртом. — Кайф. В жизни такой не ел. Сочная какая!
— Ешь на здоровье.
Я тоже впился зубами в лаваш. Вкус был идеальным. Даже лучше, чем в оригинале, потому что здесь я мог убрать лишний жир и оставить только чистое удовольствие. В реальности мне такое сейчас было противопоказано — диета, режим, восстановление формы. А тут — гуляй, рванина.
Мы жевали молча, глядя на город.
— А запивать чем будем? — спросил я, проглотив кусок. — Пивом?
Илья задумался, глядя на закат.
— Да не, неохота. Давай лимонаду.
Ха! Тут тоже имелось, чем удивить аборигена.
Я сосредоточился на классике. Той самой, из детства моего мира, из стеклянных бутылок с жестяными крышками.
«Тархун» — изумрудно-зеленый. «Саяны» — золотистые. «Байкал» — темный, как нефть, пахнущий травами. «Дюшес». И даже «Крем-сода», пожалуй.
Каждого по две бутылки. Холодненькие, запотевшие, аж с изморозью на стекле.
Они возникли на бетонной плите между нами с мелодичным звоном.
Илья взял бутылку с зеленой жидкостью, повертел в руках.
— Ха! Странные бутылочки, — хмыкнул он. — И этикеток
— Теперь увидел, — ответил я, открывая «Байкал» ударом ладони о край плиты. Крышка отлетела в темноту. — Пробуй. Наслаждайся. Это импорт, эксклюзив.
Илья сделал глоток, и его лицо расплылось в довольной улыбке.
Атмосферу настроили, теперь можно и поговорить.
Разговор начал Илья. Он отставил в сторону полупустую бутылку «Тархуна» и посмотрел на меня с нескрываемым любопытством.
— Слушай, а как там… Ну, в реале? Как работа? «Циклон» мой как, живой?
— Живее всех живых, — успокоил я его. — Масштабируем потихоньку. Устанавливаем. Техники гоняют на объекты в полные смены, некоторые и по две берут. Жалуются на усталость, но не на зарплату. Так что твое детище город греет, не переживай, и работягам работу дает.
Илья довольно кивнул, откусил еще кусок лаваша.
— А кроме «Циклончиков»? Что-нибудь новое пилишь, небось? Я же тебя знаю, ты на месте сидеть не умеешь.
— Да, — признался я. — Есть такое.
Я вкратце пересказал ему суть наших нынешних проектов. Без лишних технических деталей, просто общую концепцию.
Отметил про себя, что «Сканер» и «Архивариус» его интерес не сильно зацепили. Он слушал, вежливо кивал, но без огонька. Оно и понятно — решения там были сугубо магические, завязанные на плетениях и кристаллах памяти, без сложной механики и пайки. Скукотища для технаря-рукодельника. По министерскому порталу и программам тоже реакции особой не последовало — для него это был темный лес из непонятных слов вроде «бэкенд» и «интерфейс».
А вот когда дошло до «Пульса»… Тут он оживился, даже про еду будто забыл. Датчики, мониторинг, физические параметры сети — это был его язык.
— Слушай, а ведь хорошая штука, — сказал он уважительно. — Нужная. А кто над ним химичит в техническом плане? Схему кто собирает, датчики калибрует?
Я скривил морду.
— Я. По идее бы Сергея, старшего техника, припахать, но как-то он не сильно себя проявляет. Так что я у него спрашиваю всякое по техничке, где сам плаваю, но в основном он по «Циклонам» сейчас занят. Монтаж, бригады, вот это все.
Илья хмыкнул, крутя в руках зеленую бутылку.
— Понимаешь, Серега-то толковый мужик. Руки у него из плеч растут, и опыт дай Боже. Но да, новое не сильно выдумывает, больше по существующей технике человек. Скажи ему, что делать и как — сделает в лучшем виде, по линейке выверит. Если надо будет — то и сам документы найдет, изучит, ГОСТы поднимет. А вот придумывать с нуля, изобретать… Это больше по моей части.
— Нет в нем духа авантюризма, — констатировал я.
— Ага, вроде того. Ему инструкция нужна, а нам с тобой — идея.