Маскарад
Шрифт:
Павел смотрел, как медленно затягивается страшная рана. Слишком медленно… Ирина не приходила в сознание, но вроде была еще жива. Еще… Вдруг рана замедлила восстановление. Еще несколько секунд – и регенерация прекратилась. Закончилась энергия? Павел вытащил из кармана флягу с кровью, поднес ее к губам Лихарвель, пытаясь влить ей в горло хоть несколько капель. Безрезультатно. Тогда Кэнреол плеснул кровью прямо на рану. Ничего. Павел вгляделся в лицо Лихарвель. Она не дышала. Кэнреол прижал пальцы к сонной артерии и почувствовал, как что-то оборвалось в душе. Пульса не было.
Кругом кипел бой, если так можно назвать расстрел вампиров из пулеметов, заряженных
Павел поднялся на ноги. На его счастье линия огня была в нескольких метрах слева от него. Кто-то из Охотников заметил его и открыл огонь. Павел взмахнул рукой, применяя Воздушный Удар. Несколько крестов отнесло в сторону, от других Павел уклонился. Кэнреол даже не понимал, что делает. Все мысли занимали ярость, гнев, безнадежность и решимость. Убить их. Руками разорвать. И самому лечь с крестом в сердце. Непроизвольно Павел поймал взгляд проезжающего мимо водителя. Тот ехал в огромном джипе и чудом избежал вампирских пуль. Как медленно течет время… Не осознавая, что делает, Павел послал импульс водителю. Естественно, в импульс ушла мысль «убить их».
Водитель дернул руль, и машина ринулась по дуге на Охотников. Те попрыгали в стороны, но двоим не повезло. Один из Охотников упал под колеса джипа. Машина проехала точно по голове, превратив ее в плоский блин. Второй Охотник повалился на капот машины. Джип пересек тротуар и врезался в забор как раз напротив Павла. Охотника, отбросило на решетку. Он успел подтянуть ноги, и его не расплющило об бортик, зато он оказался в опасной близости от Павла.
Расстояние между прутьями было достаточно широким, чтобы между ними прошла голова человека. Остальное бы не пролезло. Павел протянул руку, схватил Охотника за волосы и потянул, протащив голову между прутьями. Потом Кэнреол обхватил голову двумя руками, за подбородок и затылок, и резко дернул. Лопнула кожа, разорвались артерии, горло лопнуло. Позвоночник сломался немного ниже уровня шеи, и часть его свесилась с головы Охотника, которую Павел, подержав в руках несколько секунд, отбросил в сторону. Остальные Охотники исчезли, убежали.
Павел снова посмотрел на Ирину. Он не слышал плача и проклятий за спиной. Он не видел, как мимо него пронеслись старшие вампиры Малкавиана. Они пришли слишком поздно – Охотников и след простыл. Будь их больше, они не допустили бы подобного, но из-за отъезда лучших бойцов трех кланов им пришлось принять на себя их обязанности. Павел не обращал внимания на догорающие останки других вампиров. Только когда из здания выбежал Махарнен и подошел ближе, Павел бросил на него взгляд.
Неожиданно Махарнен пошатнулся и удивленно взглянул на Павла. Потом он подошел ближе. Наставник положил руку на плечо Павлу:
– Я понимаю твое горе, Паша. Не плачь, постарайся сдержаться. Вон – другие уже взяли себя в руки. – Махарнен кивнул на других вампиров.
Некоторые тоже потеряли в драке своих возлюбленных, друзей, в одном случае – родственников. Все эти вампиры смотрели на Наставника потухшими глазами, и только одно чувство сквозило в их взглядах – жажда мести. Это желание помогало им забыть о горе.
Павел не отличался от других.
– Я сейчас пойду и догоню их, – срывающимся голосом произнес он.
Другие вампиры поддержали его криками.
– Не догоните, – возразил Махарнен, – или их догонят
Но на Павла почему-то приказ не был направлен. Наставник обратился к нему:
– А ты, Павел, послушай меня…
– Паша… – раздался вдруг слабый голос.
Сердце Павла снова остановилось, уже в который раз за сегодняшний день. Он медленно повернул голову к лежащей на земле Ирине. Ее глаза были приоткрыты, губы слабо шевелились, а рана затягивалась.
Павел не сразу сообразил, что происходит. Потом он бросился к Лихарвель.
– Не прикасайся к ране! – предупредил Махарнен, видя, как Павел заключил Ирину в объятия.
– Ты жива… ты жива… – повторял Павел, прижимая к себе Ирину.
– Да, Кэн. Она жива, и ты спас ее. Я вижу следы твоего праха на ране – ты пытался оттянуть огонь на себя, молодец.
– Он… спас меня… вытащил… оттуда, – прошептала Ирина.
– Вдвойне молодец, – улыбнулся Махарнен, – вот только ты забыл мои уроки, Кэн. Если вампир погибает, то тело быстро истлевает, из-за высвобождения энергии. А ты принял ее за мертвую. Вообще-то и я так подумал, глядя на тебя. А наша Лихарвель впала в торпор, чтобы организм мог перенаправить энергию на восстановление раны и чтобы не получить болевой шок. А в торпоре у вампира не бьется сердце, отсутствует дыхание… Ну и рана на некоторое время перестала зарастать…
Кэнреол почти не слушал Наставника. Он тихо плакал от счастья.
– Паша… хватит плакать… – прошептала Ирина, – я живая, только мне очень плохо.
В это время вампиры, которых Махарнен отослал по домам, стали возвращаться, увидев, что Лихарвель ожила. Они стояли вокруг и тоже радовались, глядя на воскресшую Ирину. Если бы на их месте стояли люди, то наверняка у половины из них, а то и больше, появилось бы чувство зависти и несправедливости. Но у вампиров психика устроена по-другому. Глядя на ожившую Ирину и счастливого Кэнреола, они могли быстрее справиться со своим горем и с жаждой мести. Никто не возмущался, даже про себя, что, мол, Павлу повезло, а мы как же? Они улыбались и поздравляли обоих вампиров. Совершенно искренне.
– А у меня для тебя еще одна приятная новость, Кэн, – снова заговорил Махарнен, – я хотел тебе сказать об этом наедине, ну да ладно. У тебя произошел ментальный прорыв.
Павел удивленно воззрился на Наставника.
– Я вижу здесь следы такой ментальной бури! Это ведь ты заставил водителя этого драндулета, кстати, он жив там, нет? Ты заставил его атаковать Охотников! Тебе хватило одного взгляда! И он послушался тебя, как ребенок. Ты, можно сказать, спас всех своих товарищей и заодно избавился от болей в голове раз и навсегда!
Последние слова Наставника потонули в аплодисментах и одобрительных возгласах.
– Стоп, а где медики? – воскликнул Махарнен. – Раненым и воскресшим требуется срочная медицинско-вампирская помощь!
Оставшиеся в живых Охотники ехали в метро. Их было только восемь человек. Двоих они потеряли около резиденции Малкавиана, когда сумасшедший водитель попытался их раздавить. Антон попал ему под колеса и погиб на месте. Сергей упал на капот и оказался слишком близко к одному из вампиров, который стоял около забора. Проклятый вампир оторвал ему голову. Почему-то Михаилу, старшему в группе, казалось, что тот самый вампир и заставил водителя джипа свернуть на них.