Маскарад
Шрифт:
– Скажи толком, что случилось.
– Сегодня утром, буквально два часа назад, Охотник убил еще одного вампира.
– Дьявол! Тьма и кровь! Кто?
– Послушник клана Тремер. Сира ты не знаешь, он занимает один их низших постов там. Самое поганое – у вампира вчера только закончилось Становление, его утром привезли домой. Кстати, ему всего двенадцать лет было… Сир оставил его отдыхать и уехал на машине. Только далеко не уехал – почувствовал, что с Наследником беда. Приезжает он к нему и видит: двери нараспашку, в коридоре тело догорает, а рядом мать парня с крестом в горле сидит, еще теплая… Эй,
– Да-да… Следа этот вампир взять не смог?
– Да где ему… В общем, как я услышал про это, сразу примчался туда экспертам помогать.
– Что-нибудь выяснили? Хотя бы где эта сволочь?
– Слушай, сейчас все расскажу. Проверили мы жильцов и нашли одну старую бабку. Эта карга встает ни свет ни заря и шляется по квартире. И около шести часов услышала она, как кто-то идет по лестнице. Посмотрела она в глазок и увидела паренька одного. Ему лет двадцать пять и он снимал квартиру двумя этажами выше. Главное, она запомнила, что от него святой силой несло. Конечно, она не поняла, в чем дело, но впечатления остались, а я их выскреб собственноручно… Не перебивай! Я сам понял, что она – Видящая в потенциале. О ней позаботятся. Больше видеть не будет… Охотник жил в одном доме со своей жертвой. Сейчас ищем тех, кто сдал ему квартиру, но это вряд ли что-то даст. Ауры его у нас нет, а лицо они меняют дважды в день.
– Плохо. Ты, конечно, не смог взять след?
– Что значит «конечно»? Ты меня обижаешь, Кхеншраон. Я бы взял, если бы там не было все залито маскирующим составом. Ну тем самым, который силу прячет…
– Да знаю я… Погоди, тут кто-то с докладом рвется… (Отдаленный голос Кхеншраона.) Что? Вампира упокоили? Послушника Тремера? Вы бы еще завтра доложили! Лодыри, бездельники. Я лучше Човерга на ваше место поставлю… (Снова в трубку.) Представляешь, мне только сейчас сказали. Еще что-нибудь есть у тебя?
– Нет. Фоторобот готов, но пользы от него… На всякий случай дадим объявление о розыске, обычную муть.
– Давай. Вдруг повезет. Удачи вам всем. Счастливо, Човерг, пока.
– Тебе того же, Кхеншраон.
Гудки отбоя.
ГЛАВА 6
Дачный поселок под Москвой. Раннее утро. Средних размеров домик. Не стандартная дача времен Советского Союза, но и не особняк с Рублевки. На крыше дома сидит парень лет восемнадцати в одних джинсах. Взгляд направлен вдаль. Сколько он так сидит? Может, пять минут, может, час, может, больше.
В доме хлопает дверь. Раздается женский голос:
– Пашка! Где ты? Отзовись!
– Здесь я, не ори, – отозвался Павел (а кто же еще?).
– На крыше, что ли?
– Что ли. Лезь сюда, Ира.
Ирина в один прыжок оказалась на крыше. Она была в купальнике.
– Загораешь, Пашка? Тебе не повредит, белый, как червяк.
– Тебе тоже.
Оба рассмеялись. Вампир, решивший принять солнечную ванну, только переведет зря сыворотку. Даже на экваторе кожа вампира не потемнеет под солнечными лучами. А если уж потемнеет, то, значит, сыворотка закончилась и впору готовить мешок для пепла. Конечно, негры и другие представители «цветных» рас не побледнеют от укуса вампира. А бледнолицые навсегда лишаются загара.
– Махарнен говорил, что есть такие
– Опять Маскарад? Надоело.
– Да, опять. Хватит ныть и пошли в дом. Я жрать хочу.
– Фи, как грубо. Ночью ты была более нежной…
Мощный толчок отправил Павла по скату крыши вниз, с небес на землю.
– Ну! Как тебе там? – спросили с крыши.
– Ox…
– А теперь встать и шагом марш на кухню!
Пришлось подчиниться. В кладовке нашлись консервы, немного макарон и всевозможных круп. Саврины (отец и мать, редко – Елена) регулярно приезжали на дачу по выходным и держали здесь запас провизии, чтобы не таскать сумки с собой каждый раз. Причем земля на участке оставалась в основном необработанной. Сорняки прочно оккупировали почти всю территорию, оставив лишь несколько клумб под культурные, точнее декоративные растения.
Павел стоял у плиты (пришлось лезть в подсобку и открывать газовый вентиль) и пытался приготовить что-нибудь съедобное. Ирина стояла позади и контролировала процесс.
– Ты так и будешь там стоять? – спросил Павел, мешая ложкой в кастрюле.
– Да. Пока не накормишь и не составишь план активного отдыха на сегодня.
– Завтрак скоро будет… я надеюсь. А насчет активного отдыха, принеси мой телефон. Я звук вчера вырубил, надо посмотреть, может, звонил кто.
– Так и быть, принесу.
Ирина в одну секунду исчезла из кухни.
– У-у-у… – послышалось из гостиной. – Кэнреол. тебе тут предки звонили со своих мобильников, потом из дома, наверное, тоже они. И эсэмэс от Махарнена…
– Читай! – крикнул Павел.
– Ага… Ой! Слушай! Вчера утром упокоили еще одного вампира!
– Как? – Павел бросил ложку и прибежал в гостиную.
– Он пишет еще только, чтобы все вампиры были осторожны. Наверное, и мне пришло сообщение… – Ирина полезла в карман. – Точно!
Страх снова накатил. Павел подошел к окну. Вдруг Охотник подкрадывается сейчас к дому? Павел оборвал мысли.
– Так! Нечего дрожать! Нас двое, мы за себя сможем постоять.
– Правильно. – Ирина взяла себя в руки. – Бояться нам нечего. Так что же мы будем сегодня делать?
– Есть одна идейка. Пойдем к Шенсрааду.
– К тому старому Каитиффу?
– К старому? Да он младше любого старейшины в несколько раз!
– Да ну… – Ирина поморщилась. – Что мы у него забыли?
– Нет, конечно, мы можем не ходить, но! Во-первых, он сильнее нас, вместе взятых, а следовательно, у него безопаснее. Во-вторых, он опять сильнее нас, вместе взятых, и он знает больше, а значит, он может нас многому научить. В-третьих, я хочу наконец выяснить все про святую силу. Махарнен про нее рассказывал только, что она смертельна для нас в соединении с серебром и крестом.
– А ты, значит, хочешь во всех подробностях узнать, как эта сила выжигает нас изнутри при взаимодействии? У нас каникулы! Не хочу учиться!
– А я хочу. Сейчас такое время, что отдыхом можно и пожертвовать. Ты идешь?
– А куда я денусь. – Физиономия Лихарвель выражала обреченность, безысходность и подчинение высшим силам.
– Тогда одевайся. Где мой костюмчик а-ля «Матрица»? – Павел принялся за поиски.
– Скорее уж а-ля «Другой мир». Ты как хочешь, а я плащ оставлю здесь.