Маскарад

Джойс Бренда

Ей сразу стало неуютно. Кто же мог приехать верхом? Любой визитер, которого они могли ожидать, приехал бы в карете.

Она открыла окно пошире, когда наездники подъехали ближе на двух очень красивых лошадях. Одна из них была вороная с белым, другая — гнедая с белой звездочкой на лбу. Она сразу же узнала вороную, лошадь принадлежала Рори.

Лизи застыла, переводя взгляд с лошади Рори на вороную и ее наездника. Она не могла ни с кем спутать более крупного из наездников.

Он сказал, что навестит ее через неделю. Прошел всего один день!

Видно,

что его интерес не исчез.

Ее сердце бешено забилось. В другое время она все отдала бы, лишь бы Тайрел пришел к ней в гости. Но не сейчас, когда его сын спит в кровати в ее спальне!

Лизи видела, как мужчины грациозно спешились. Они подошли к парадным ступенькам дома и скрылись из вида.

Она прижалась к окну. Зачем он пришел? Что ему нужно?

Встретимся в западном саду в полночь.

Она никогда не забудет ту властность или тот взгляд, которым он на нее смотрел, когда говорил с ней. Он смотрел на нее точно так же вчера на центральной улице.

Кровь Лизи стала горячее, хотя она похолодела от страха. Она подбежала к кровати, чтобы проверить, как Нэд, но он крепко спал.

В комнату вбежала Джорджи:

— Лизи! Он здесь! Он пришел — с тем шутом, и тебе лучше спуститься.

Ее глаза расширились, а щеки горели.

Лизи была слишком шокирована, чтобы ругать Джорджи за то, как некрасиво она его назвала.

— Не могу… — начала она. — Ты должна сказать ему, что я больна.

И все же она была на грани того, чтобы отбросить все предосторожности и сбежать вниз, несмотря ни на что.

Джорджи сжала ее запястье:

— Я не сделаю этого. Ты можешь сказать ему, что больна, если хочешь. Но разве не об этом ты мечтала всю жизнь?

— Но здесь Нэд! — воскликнула она.

— Да, здесь Нэд — и это также замечательная возможность! Спускайся вниз, Лизи! Узнай, чего он хочет! — воскликнула Джорджи.

Его присутствие не давало ей покоя, и жар пробежал по венам. Она облизнула губы и пошла мимо Джорджи, которая последовала за ней.

Тайрел стоял спиной к двери, смотря в сад. Рори ходил туда-сюда с нехарактерной для него нетерпеливостью, а мистер Гарольд сидел в кресле, его огромный живот нависал над панталонами. Лизи забыла, что он все еще здесь, и с недоумением посмотрела на Джорджи. Щеки ее сестры все еще горели, и она беспомощно посмотрела на Лизи. В смятении Лизи поняла, что мистер Гарольд не разорвал помолвку.

— Лизи, — тепло улыбнулся Рори и поклонился. — Прости, но мы не смогли ждать неделю и решили рискнуть.

Лизи сделала реверанс, глядя уже на Тайрела. Он обернулся, и ее сердце бешено забилось, когда их взгляды встретились. Он посмотрел на нее разгоряченным и откровенным взглядом до того, как вежливо поклонился. Джорджи была права. Его интерес не исчез.

Невероятно.

Она забыла о Нэде.

Питер Гарольд тяжело поднялся из кресла:

— Итак, почему вас и лорда должны выставлять из Рейвен-Холла?

Он подошел к Джорджи и взял ее за руку.

Лизи поняла, что Рори смотрел на ее сестру. Теперь он отвел взгляд.

Щеки Джорджи

стали пунцовыми. Гарольд погладил ее по руке:

— Итак?

— Мама больна, — ответила Джорджи. — Но мы никого не выгоняем из Рейвен-Холла.

— Разумеется, нет, — мягко произнес он.

— Мои поздравления, — сказал Рори, посмотрев на Джорджи. — Когда же счастливая дата?

Джорджи высоко подняла голову:

— Мы еще не назначили дату.

— Скоро, — просиял Питер Гарольд. — Я уже устал ждать, когда смогу забрать новую хозяйку домой.

Джорджи удалось высвободиться из рук своего жениха. Гарольд подошел ближе к Рори:

— Правда, мне повезло? Она будет матерью моих сыновей!

Рори склонил голову:

— Да, вам очень повезло. И, опять же, примите мои искренние поздравления.

Лизи почувствовала на себе взгляд Тайрела, словно была мышью, на которую он был готов наброситься, — или распутной женщиной, которую он хотел затащить к себе в кровать. Джорджи была в унынии, она заметила странное напряжение в пристальных взглядах Тайрела и Рори, и все это заставляло ее чувствовать себя неуютно.

Рори посмотрел на нее:

— Как ваша мама?

— Лучше, — удалось вымолвить Лизи.

Тайрел теперь сделал шаг вперед:

— У нас в «Адаре» есть замечательный врач. Я отправлю его осмотреть миссис Фицджеральд.

— В этом нет необходимости, — начала Лизи.

— Давайте прогуляемся по саду, — прервал он ее; это прозвучало не как просьба.

Он хотел оказаться с ней наедине. Прежде чем она могла согласиться или отказаться, он решительно взял ее за руку.

— Нет ничего лучше прогулки в прекрасный ирландский туман, — прошептал он.

Лизи не могла говорить — не сейчас, когда его сильная хватка заставила ее прижаться к его твердому, мускулистому телу. Ей удалось кивнуть, и Тайрел вывел ее из комнаты.

Они вышли на улицу. Было прохладно, и на ней не было ничего, кроме хлопкового платья с короткими рукавами; но ей было жарко. Он быстро посмотрел на нее, в его пронзительных глазах было раздумье, когда он вел ее в сад у заднего двора дома.

Внезапно Лизи поняла, что Тайрел тянется к ней. Он обнял ее и припал ко рту горячим поцелуем. И она прильнула к его широкой груди.

Тайрел резко прервал поцелуй. Лизи начала приходить в себя. Она молилась, чтобы он не сумел угадать ее смелые мысли. Тайрел повернулся к ней, его взгляд сосредоточился на ее лице. Лизи с трудом могла говорить.

— Чего вы хотите от меня, милорд?

Его губы искривились.

— Вы знаете, чего я хочу.

Взгляд Тайрела был таким жарким, что было невозможно неправильно его истолковать. Прежде чем Лизи смогла ответить, он улыбнулся ей, очень легко, а затем притянул к себе.

Лизи была поражена. Тайрел прижал ее к груди, накрыв ее рот своим, требуя подчинения. И Лизи полностью подчинилась. Ее губы раздвинулись, когда она вздохнула, и его язык сразу же проник в ее рот. Лизи почувствовала, что умрет, если он не поцелует ее. Она поняла, что никогда толком не мечтала о его поцелуях, о его силе.