Маскарад чувств
Шрифт:
Тетушка вынудила их нанести еще несколько визитов, и осталась довольна тем, как прошел день. Последним в списке на сегодня оказался дом княгини Донской, и лишь потому, что вдовая Мария Николаевна поднималась с постели ближе к обеду, а молодой князь и того позже. И весь Петербург знал, что не следует беспокоить их раньше этого времени.
Когда они ступили на порог огромного дома Донских, Лизу охватило ощущение, что они попали в ледяной дворец. Все вокруг: и колонны, и обивка мебели, и обрамление камина, и люстры — было белоснежным и сверкало,
— Да они у тебя прелесть! — с ходу заявила она Стукаловой, и принялась по-свойски тормошить брата с сестрой. — Смотри, какой у них здоровый румянец! Никакими средствами такой не сделаешь. Вот что значит растить детей на природе, а не в Петербурге, где никакого воздуха. Одна сплошная сырость… Мы с Петенькой подумывали провести зиму на юге Франции, но теперь, — княгиня пристально поглядела на Лизу, — может быть, и останемся… Кстати, я вас сейчас познакомлю со своим сыном.
Первая мысль, мелькнувшая у Лизы, когда она увидела Петра Владимировича Донского, сына княгини, была: «Чем он болен?» Нездоровый цвет лица, впалая грудь и тихий голос наводили на мысль о чахотке. Но Лиза до сих пор не встречала чахоточных больных, знала об этой болезни только по романам, и не была уверена, что это именно тот случай.
— Счастлив, — сказал Петр коротко, прижавшись губами к ее руке.
Лизе захотелось немедленно вымыть руки с мылом, чтобы, не дай Бог, не заразиться от него. Но сделать это прямо сейчас было невозможно, поэтому ей пришлось ограничиться зарубкой в памяти: как только вернемся домой — немедленно! Она улыбнулась молодому князю, но больше с сочувствием, чем с приязнью. Его волосы были так же темны, как у матери, но лишены ее здорового блеска. И вообще все в нем казалось тусклым и мертвым.
Усевшись в кресло у окна, Петр Владимирович весь ушел в свои мысли, которых никто из них так и не узнал. Казалось, гости его нисколько не заинтересовали, Лиза даже не была уверена, что при следующей встрече князь Донской узнает их. В разговоре он почти не участвовал, лишь изредка отпускал язвительные замечания по поводу каких-либо слов матери. Княгиня смотрела на него с обожанием, и, казалось, готова была стерпеть что угодно.
— Блестящая партия для тебя, — заметила Аглая Васильевна, когда они снова уселись в карету, чтобы на этот раз отправиться домой.
— Кто? — даже не поняла Лиза.
— Князь Петр Донской, — произнесла тетушка с пафосом. — Подумай, ты можешь стать княгиней!
— Зачем? — растерялась Лиза. — Я вовсе не гонюсь за титулом.
— Зато твоим детям он весьма и весьма пригодится… Если ты станешь княгиней, никто и пикнуть не посмеет о том…
Внезапно оборвав себя, графиня замолчала и отвернулась к окну. Лиза настороженно спросила:
—
Аглая Васильевна посмотрела на нее возмущенно:
— Происхождении? Нет! Мой брат не допустил бы ничего предосудительного. Но некоторые вещи оказались неподвластны ему…
— Какие именно? — не сдавалась Лиза.
Даже Николя посерьезнел и смотрел на тетушку испытующе. Она нервно улыбнулась ему:
— Не думаю, что нам стоит сейчас начинать этот разговор. И вообще — когда-либо… А насчет молодого князя, ты подумай, это была бы прекрасная партия!
Лиза нахмурилась:
— Тетушка, да о чем тут думать? Я впервые увидела его меньше часа назад! И он меня. С чего вы взяли, что он готов сделать мне предложение.
— Ты понравилась княгине, — отрезала Аглая Васильевна. — Даже не столько ты сама, сколько твой здоровый цвет лица. Для будущих внуков княгиня ищет здоровую мать. Петербургские барышни сомнительны в этом отношении.
— Тогда Петру Владимировичу следует жениться на крестьянке…
Аглая Васильевна прикрикнула:
— Не говори глупостей! Тебе такое счастье улыбнулось, а ты еще капризничаешь!
— Какое счастье? — заартачилась Лиза, чувствуя, как кровь прихлынула к щекам. — Больной муж? Что у него такое? Чахотка?
Немного помолчав, графиня призналась:
— Туберкулез кости. Это не передается по наследству, насколько мне известно.
Лиза твердо сказала:
— Это все не имеет значения. Я не собираюсь выходить замуж ни за Петра Донского…
— КнязяПетра Донского, — мрачно уточнила тетушка.
— …ни за кого другого. А если я и сделаю это, так лишь по велению сердца.
Николя, наконец, счел необходимым вмешаться:
— Тетушка, не нужно так давить на Лизу. Дайте нам время хотя бы освоиться в Петербурге. Не может ведь Лиза выйти замуж в первую же неделю нашего пребывания здесь!
Поняв справедливость его слов, Аглая Васильевна оставила племянницу в покое. И у Лизы появилась возможность проговорить про себя все то возмущение, что охватило ее: «Выйти замуж за другого! Какая нелепость! И ради чего? Ради титула? Ради спасения рода князей Донских от вырождения? Вот какую роль уготовила мне тетушка — жертвенницы! Спасибо. Пусть спасают свой род без меня. И если мне когда-нибудь суждено выйти замуж, то я стану женой только Алексея Кузминского».
Ее опять охватило волнение: стать его женой… Это ведь значит ложиться с ним в постель, принимать его смелые ласки, самой ласкать его до исступления, до изнеможения… Лиза отвернулась к окну, чтобы тетушка не заметила, как вспыхнуло ее лицо. Впрочем, она вполне может принять этот румянец за признак гнева, еще не улегшегося в душе племянницы. Как она могла заговорить о замужестве, даже не предполагающем любви?! И со стороны Петра тоже, он ведь почти и не смотрел на Лизу, она его явно не заинтересовала.