Маска подлеца
Шрифт:
Его выдержке пришел конец.
Я разбудила в нем слишком сильное желание, и он сломался…
Глава 12
Мужчина притянул меня обратно и вжался в меня всем телом. Я почувствовала его каменное возбуждение. Он потерся своим членом о мое бедро и громко рыкнул, как голодный зверь.
— Ты об этом пожалеешь, — тихо прошипел он и накинулся на мой рот. Его поцелуи были страстные. Он неистово терзал мой рот, а руки поползли по моему телу, сминая под собой грудь, бока, живот.
Камиль резко скинул одеяло на пол. В темноте спальни я увидела его голым в одних боксерах из которых
— Поздно, Ева, — глухо прорычал он и резко раскинул в стороны мои ноги. Он заставил меня полностью раскрыться перед ним, выставить на его обозрение самое сокровенное, что есть в женском теле. Несколько мгновений он жадно изучал меня своим взглядом. Я горела от стыда и дрожала от возбуждения. Мечтала одновременно сбежать и остаться, чтоб он коснулся меня там, куда смотрел с нескрываемым интересом.
Камиль нагнулся и поцеловал меня прямо между ног. Я выгнулась и застонала. Опять дернула коленями, пытаясь свести ноги вместе. Но он властно припечатал руками мои бедра, не давая шевелиться.
Он продолжал изучать все мои складочки языком, мягко косался меня губами. Я металась в подушках, сжимая и стягивая наволочки. Мои громкие стоны казались чудовищным эхом в колодце.
Камиль вытворял со мной невообразимые вещи. Когда он оттягивал губами набухшую горошину клитора, я еле сдерживалась, чтоб не закричать. Он выводил языком плавные восьмерки, вылизывал нежную кожу и остро проникал вовнутрь. Затем возвращался обратно к возбужденной горошине и кончиком языка быстро и ловко косался в самом центре.
Все закончилось резко. Сумасшедший всплеск и доллгожданное облегчение. Я притихла и закрыла глаза, наслаждаясь сладкой истомой оргазма.
Камиль тяжело дышал, будто бежал ко мне в постель все эти долгие годы. Мужчина осторожно лег на меня сверху. Он уже успел снять свое белье. Я почувствовала, как горячая гладкая головка его пениса уткнулась между ног. Камиль поцеловал меня в губы. Его язык еще хранил порочный вкус моего наслаждения. Я обхватила его ногами и сама приподнялась навстречу, желая скорее ощутить такое долгожданное чувство наполненности. Одновременно с очередным поцелуем он проник в меня. Разорвал девственную преграду, съедая мой вопль сладкой боли, и начал двигаться внутри. Сначала он сдерживался и был осторожен и медленен. Но потом ему сорвало крышу. Страсть захлестнула мужчину. Он сконцентрировался на своих ощущениях и двигался резко, рвано. Я извивалась под ним, царапала его широкую спину, впивалась ногтями к твердые мускулистые плечи. Я смотрела на его гладкий плоский живот, опоясанный четкими мышцами. Видела кучерявые мягкие волосы лобка, щекотавшие мою гладкую кожу. И наблюдала за самым порочными, но правильными движениями его члена во мне. Я видела толстый ствол, опоясанный набухшими венами. Иногда Камиль выходил полностью и я различала круглую, блестящюю от моей влаги головку. Затем он нырял в меня обратно и скрывался полностью, сжимаемым моими тугими мышцами влагалища.
Наше громкое дыхание, рваные стоны и пошлые шлепки, были самой чудесной возбуждающей музыкой. Я чувствовала, как умираю под ним и снова возрождаюсь. Он наполнял меня до отказа, казалось бился прямо в сердце. Я прогнулась под ним, раскрываясь еще шире, приглашая его еще глубже. Он брал меня всю без остатка. Сходил
Я испытала калейдоскоп невозможных эмоций. Эйфория от оргазма заставила голову закружиться, сильнее вжаться в подушку.
Камиль притих и кончил после меня. Я чувствовала, как он поглаживает мою голову. Целует мягко, спокойно и удовлетворенно.
Его горячее семя наполнило мое влагалище, вытекало на нежную кожу бедер. Он толкнулся еще несколько раз чуть обмякшим членом, продлевая свое удовольствие. Затем выскользнул из меня. Но не встал, а продолжал прижимать к себе. Мне казалось, что он сейчас очень хочет признаться в своих истинных чувствах. Может мне и почудилось, но то что случилось было настоящим откровением для нас двоих.
Но Камиль промолчал.
Неужели он пожалел о содеянном…
Я выскользнула из его рук и убежала в свою комнату. Оставив брошенный халат на полу.
Когда я закрыла дверь в ванную, то расплакалась. Он дал мне то, что я хотела… Я надеялась, что секс сломит его оборону. Я ошиблась и мне стало гадко и противно от содеянного. Он четко сказал, что не любит меня, и я ему не нужна. О чем я только думала, соблазняя равнодушного ко мне мужчину…
Я долго стояла под теплыми струями воды. Вымывалась тщательно, будто можно смыть позор и грех, в который я добровольно окунулась с головой. А потом я одела пижаму и легла в кровать. Пустую и холодную…
Я проспала отъезд Камиля. Проснулась, когда в доме было тихо и пусто. Еще много дней потом я плакала ночами, вспоминая, как хорошо нам было вместе. А через три недели я поняла, что беременна.
Осознание этого чуть не убило меня. Бабушка, единственный человек, которому я смогла открыться, сразу пожалела меня. Но сказала, что ее мнение, нужно рожать. Я слишком молода для аборта и могу сильно навредить себе этой операцией. Несмотря на маленький срок и возможность сделать все без последствий, я с ней согласилась.
По правде сказать, я бы не смогла убить ребенка от любимого мужчины. Мы с ней решили, что я уеду. Далеко и надолго. Она хотела поехать со мной, чтоб поддерживать и помогать, но я отказалась. Это мой крест. Я бичевала себя и хотела наказать сложностями материнства. Бабуля сказала, что будет всегда помогать мне деньгами, и чтоб я не смела отказываться, не ради себя, а ради Мирона. И я согласилась. Благодаря любимой старушки, я ни в чем с малышом не нуждалась.
Бабушка рассказала, что Камиль вернулся домой через месяц. Когда он узнал, что я уехала, то был сам не свой. Обозлился, много пил. Я боялась говорить ему о ребенке. Я понимала, что такой жестокий человек, как он, потребует немедленно сделать аборт. Моя жизнь только наполнилась смыслом, я не могла снова лишиться его.
А потом родился Мирон. Ангельский ребенок от отца демона. Он был с рождения точной копией Камиля. Те же глаза маслины и кучерявые черные волосики, кожа темнее моей на несколько тонов. Я отдала малышу всю любовь, от которой отказался его отец. Я холила и лелеяла моего сыночка. Я, наконец, стала самой счастливой женщиной. О большем и мечтать не могла.
Бабуля всегда мне докладывала за Камиля. Он начал вести ужасный образ жизни. Приводить в дом разных женщин, не зацикливался ни на ком. Сначала он много употреблял алкоголя, но потом усмирил пагубную привычку. Начал работать в фирме отца и больше никуда не уезжал.