Март Вахрамеев
Шрифт:
— Ахтунг! Камбат алерт! Мисил бафалн оуф ди линкс оуф дем курс. «Шталь химл» МФС активейтид[3].
Солнце давно перевалило зенит, но Март, не останавливаясь, продолжал гнать машину сквозь палящий зной. Скорость и ветер, пусть и сухой до предела, помогали справиться с удушливой, выматывающей жарой. Причин отказываться от стоянки и отдыха хватало. Хотелось оторваться от возможного преследования, а заодно и добраться до цели побыстрее. Да и по мотоциклам он сильно соскучился. И теперь просто наслаждался риском, скоростью, азартом, пролетая в полном одиночестве километр за километром
За день он останавливался лишь трижды. Два раза — долить, попить и отлить. В третий, где-то часа через два после старта из Тары, тормознул, заехав на господствующую над окрестностями высоту, с которой открывался отличный обзор по всем направлениям. Самое время было оглядеться, убедиться, что никто там вдалеке не пылит вслед за ним. И разобраться с подаренным Каллистратом наручным коммуникатором. Отыскать в меню закладку с картой и настроить маршрут оказалось делом нескольких минут. Все было просто и интуитивно понятно. Плюс ко всему в начале работы система, изрядно удивив, сама подставила в меню для выбора русский язык. А затем и вовсе поразила, предложив прекрасное:
— Отсканируйте имеющийся нецифровой носитель с фото или схематически изображенным участком рельефа. Камера встроена в экран.
Оставалось только повернуть запястье и направить гаджет на листок. Недолго подумав, система сопоставила топографию и смогла привязаться к местности.
— Проложить маршрут до указанной на документе отметки?
Марту и делать ничего не пришлось, только одобрить:
— Да.
— Маршрут построен.До цели четыреста двадцать километров.
Проверив курс, он убедился, что программный алгоритм навигатора учел технические параметры его мотоцикла и проложил оптимальный путь в обход разных труднопреодолимых для машины природных преград.
Теперь умная система время от времени подавала голосовые сигналы, что до следующего поворота осталось тысячу-пятьсот-сто метров. Строго на языке родных осин.
В первые часы вокруг царила ровная, как стол, равнина, с редкими взгорками. Пройдя половину пути к цели, он увидел на горизонте справа острые зубцы горной гряды. И порадовался, что никакой ошибки не было и все шло по плану. Где-то там, далеко, на ее восточной окраине, и были припрятаны сокровища, если верить трофейной карте.
За этот день он уже привык, что на небе ни облачка, а тени на земле не было от слова совсем. Потому, когда слева показалось огромное темное пятно, которое к тому же стремительно надвигалось на него, нельзя и высказать, как он удивился. Спустя считанные мгновения тень накрыла его.
Захотелось до зуда узнать, что же там? Просто ехать дальше оказалось свыше его сил. Резко дав по тормозам, он задрал вверх голову и увидел в прозрачной выси величественно и почти бесшумно летящий огромный воздушный корабль, его серебристо-белые поверхности сияли в лучах солнца.
— Зуб даю, это дас химмелн, большой корабль рахдонитов! Если верить слухам, то в нем полкилометра тотального превосходства и две тысячи тонн полезной грузоподъемности, но это не точно… — осипшим от долго молчания голосом сообщил он неизвестно кому, не в силах сдержать эмоции. — Каков красавец!
В следующий миг Марта накрыло плотным облаком удушливой пыли. Спешно натянув на нос шейный платок, он закашлялся и дал по газам, чтобы отъехать в сторону от накатывающего сзади
Стянув очки-консервы повыше — на сидящую задом наперед кепку, он поскреб скулу, размазывая грязь по лицу, и задумчиво спросил:
— Как он здесь оказался? Их воздушная гавань километрах в пятистах на северо-восток примерно…
Что-то зацепило его периферийное зрение, Март повернулся и удивленно проговорил:
— А это что за многоточие над горкой нарисовалось?
Возникшие из ниоткуда две тяжелые противокорабельные ракеты класса воздух-воздух стремительно летели вперед. Совершенно секретные, новейшие и очень опасные, они шли, скрытно подбираясь к своей цели, старательно огибая неровности рельефа, буквально облизывая подножия скал и глубокие ущелья. Расчет неведомого врага оказался точен. Выскочив из-за гребня горы, они сумели оказаться очень близко к огромному и неповоротливому кораблю. Достигнув рубежа атаки, они перешли из крейсерского в боевой режим. Произошло отделение автономной головной БЧ, развивающей накоротке скорость порядка двух километров в секунду.
Дальнейшее произошло слишком быстро и трагично. На счет два. Экипаж дас химмелна успел сыграть боевую тревогу и осуществить ряд мер по защите. Но все оказалось безрезультатно. РЭБ не смогла подавить, отстрел ложных целей не отвлек, противоракеты разминулись, не успев даже выйти на дистанцию подрыва. Средства ближнего радиуса тоже не справились. Играючи преодолев многоуровневую систему обороны, ракеты нанесли удар. Две багрово-красные вспышки вспороли нос и корму серебристого гиганта, заставив его вздрогнуть всем огромным телом и замереть на миг, перед тем, как рухнуть вниз.
Март увидел, что дирижабль, сильно накренившись правым бортом и просев кормой, медленно и величаво падал! Его тень вновь накрыла Марта. К тому же автоматика корабля начала экстренный сброс балласта — и вниз ниагарой излились десятки кубометров воды. Хорошо, что точка сброса оказалась далеко от Вахрамеева. Представьте себе объект размером с десять футбольных полей, который почти отвесно рушился на землю.
— Он валится почти прямо на меня! Если накроет, то… — доводить мысль до конца он не стал, выжав из мотоцикла максимум скорости и рванув куда подальше в поисках какого-нибудь укрытия, буквально ощущая спиной быстро приближающуюся гибель. Все происходило как в дурном сне. Слишком быстро и неотвратимо.
В какой-то момент в глаза ему ярко ударило солнце, а переднее колесо вырвалось из гибельной тени на светлую сторону жизни. На миг он обернулся и увидел, что исполин сейчас коснется грунта. Заметив какую-то небольшую ложбинку, Март ударил по тормозам, и сходу, завалив машину на бок, сполз вместе с ней в расщелину, не замечая царапин и ушибов. В тот же миг все вокруг накрыло.
Весящий тысячи тонн корабль с глухим звуком, напоминающим разом вздох, стон и скрежет, столкнулся с поверхностью, казалось, заставив вздрогнуть саму планету. Марта даже немного подбросило, как от сильного разрыва, легшего совсем близко, и повторно приложило о каменистую почву. Рот, глаза, нос забились землей и песком. Все вокруг заволокло плотным облаком пыли.