Маршал 2
Шрифт:
Гитлер вновь замолчал и несколько минут аккуратно вышагивая. Потом остановился возле карты Европы и, спустя минуту, не поворачиваясь, ответил:
– Хорошо, я поговорю с Канарисом. Это действительно выглядит очень любопытно. Однако я все равно хочу подстраховаться, а потому попрошу вас подготовить новый план войны против Чехословакии. Второго провала быть не должно.
Интерлюдия
15 мая 1939 года. Московская область. Село волынское. Ближняя дача Сталина
– Ну что, товарищи, - начал экстренное совещание нарком обороны СССР, - по всей видимости, то, к чему мы готовились на Дальнем Востоке, началось. Мне каждый день идут 'горячие' сводки с Халхин-Гола. И вот вчера
– Что-нибудь известно о численности противника?
– Спросил слегка обеспокоенный Тухачевский.
– Очень мало сведений.
– Покачал головой Берия.
– Мы стараемся не привлекать к себе внимание и всеми силами создаем видимость беспечности. Поэтому авиаразведки не ведется. Только радиоперехват. Выдвинутая в феврале нынешнего года на передовые позиции опытная станция позволила кое-что прояснить. Мы внимательно слушаем эфир во всех диапазонах, на которых работают японцы и фиксируем количество участников и интенсивность переговоров. Кое-что расшифровываем, но пока получается плохо. Однако по предварительным сведениям к границе стянуто около трех японских дивизий и две истребительные эскадрильи. Мы можем ошибаться, но не сильно.
– Так мы столько сил и ожидали, - улыбнулся Тухачевский.
– Все идет по плану. Нашему плану. Кстати, ничего не известно о германских наблюдателях? Они ведь будут очень внимательно отслеживать ситуацию.
– Об этом нам ничего не известно, - ответил Берия.
– Наша разведывательная сеть на Востоке очень слабая. Немцы, безусловно, есть в оккупированном японцами северном Китае, и в Маньчжурии и в самой Японии, кое-где мы знаем даже имена некоторых граждан Германии, но о том, какие у них роли нам очень сложно судить.
– Хорошо, - кивает Тухачевский.
– Итак, в целом мы все подготовительные работы выполнили и теперь ждем начала кампании.
– Да, - подтвердил Ворошилов, - даже командиров, прошедших через Испанию и Чехословакию направили в сводную первую Дальневосточную армию. Ввели их на командные посты, а штатных поставили при них первыми замами. Пускай опыт перенимают, да реалии на местах подсказывают. Впервые такую схему опробуем. Поначалу было недовольство, но потихоньку притерпелись. Тем более, что постоянные тренировки и учения, особенно штабные, заставили офицеров сильно сблизиться...
– ... таким образом, - подводил итог Тухачевский, - ситуация в Маньчжурии находится в пределах ожидаемой. Кроме того, я предлагаю сыграть на опережение и подложить японцам небольшого поросенка, - с таинственной улыбкой предложил маршал.
– Что именно вы предлагаете?
– Спросил Лаврентий Павлович.
– Пока еще есть время - начать проводить по нашим внутренним документам, как наркомата Обороны, так и Внутренних дел, заметки о неких японских источниках без указания какой-либо конкретики. А потом, когда все завершится в Монголии дать в 'Правде' большую передовицу, прославляющую РККА, где отметить вскользь о том, что благодаря помощи японских социалистов мы смогли своевременно узнать всю необходимую оперативную информацию. А потом наградить нескольких вымышленных агентов правительственные награды разной степени - от Героя Советского Союза до Красной звезды.
– Но ведь это, чистой воды провокация!
– удивился Ворошилов.
– Конечно. Провокация, которая даст нам много чего полезного. Во-первых, позволит получить шанс еще раз проверить каналы утечки. Мало ли, где проявит себя, какой-нибудь доселе не известный нам агент или шпион. Во-вторых, запустим в Японии процесс охоты на ведьм. Очень сложно искать в темной комнате черную кошку, особенно если ее там нет. Но доверие
– Товарищ Тухачевский, - с легкой улыбкой произнес Сталин.
– Иногда мне кажется, что вы здесь, знаете больше, чем наши представители на местах. Так поезжайте и примите командование. Раз уж так печетесь о решительной победе.
– Товарищ Сталин, но ведь мы должны учить новых командармов.
– Вот и возьмете их под свое крыло. Посмотрят на вас, послушают, сделают выводы. В конце концов я с вами полностью согласен - нам нужна решительная победа в Монголии, чтобы вывести японцев из игры на какое-то время.
'Очередная проверка?' - подумал маршал.
– 'Странно... вроде бы уже особо и не нужно'. Такая постановка вопроса Тухачевского несколько смутила. Ведь его место было в Москве, где он, буквально не разгибаясь, занимался вопросами чисто штабного характера. А теперь все снова бросать и ехать в Монголию. Ведь только-только смог разобрать завал дел, образовавшийся после командировки в Чехословакию. В этот момент Сталин кивнул Берии.
– Товарищ Тухачевский. Дело не только в том, что нам некого поставить на руководство операцией. Есть. Но наши контрразведчики смогли выявить за вами плотное и профессиональное наблюдение. А разведка подкрепила это сведениями о том, что ваша персона заинтересовала лично Гитлера. Видимо, вам не простили Чехословакии. Поэтому мы хотим отправить вас в Монголию, где вряд ли у немцев много своей агентуры, и посмотреть за тем, как зашевелятся их шпионы в Москве. Наверняка их заинтересует ваш отъезд на Дальний Восток, и они попытаются последовать за вами. Раз уж вами самим предложена такая любопытная провокация, то мы предлагаем вам поучаствовать в еще одной.
– Меня хотят устранить?
– Слегка опешил маршал.
– Вряд ли.
– Покачал головой Берия.
– Просто очень плотное наблюдение.
– Кроме того, - произнес Сталин, - вы предложили эту идею. В Чехословакии вы показали себя блестяще. Поэтому, мы считаем, что вы и должны возглавить реализацию этой авантюры. Или вы хотите переложить ответственность за нее на кого-то другого?
– Никак нет, не хочу. Просто это назначение несколько необычно. Впрочем, если нужно, то я готов вылететь туда незамедлительно.
– Вот и отлично. Сдавайте дела и через три дня вылетайте.
– Я хотел бы взять с собой Рычагова. Раз уж складывается такая ситуация, то, я думаю, его нужно опробовать в деле. Тем более, что на штабных играх он стал проявлять себя очень недурно.
– Конечно, берите, - чуть заметно улыбнулся Сталин.
– Что-нибудь еще?
– Никак нет.
– Вот и замечательно. А теперь, товарищи, давайте перейдем к другим, не менее важным вопросам...
Когда все разошлись, Берия задержался.