Марш Обреченных. Финал

Климовской Вадим

От шеста к шесту. От одного артефакта к другому. Пронизывая отмеченную магиками площадку магической энергией. Ах, если бы не охранные защитные заклятья, наложенные на его дар, он сию же минуту обрушил на расхлебанных конвоиров весь гнев внутреннего источника, но куда там, Верховенство Ордена в таких вопросах щепетильно. С врагами Ордена архимаги бесцеремонны и крайне осторожны. С такими пленниками как Лестиан Торман они серьезно внимательны и обходительны в расчетах безопасности. Естественно Лестор пытался достучаться до глубин дара, но обложенный печатями контроля — лишь жадно хватал ртом одуряющий, свистящий

ветер. Повиновение. Как не горько заключить, но он попал в ловушку, теперь осталось выжидать. Ждать удобного случая на кардинальные меры.

— Что-то он уж больно еле-еле шевелится? — послышалось от костра за скальной глыбой, магики Вельвеллы грелись и варили крепкий душистый чаек. Лестиан поминутно принюхивался и жадно глотал слюни. Изверги!

— Ты захотел его пожалеть? Предложить место у костра?

Лестиан на секунду застыл у шеста-стержня, точь-в-точь похожего на отражатели портальных источников. Что это он слышит, у его бывших визави, вдруг проснулось сочувствие?

— Ага, и в придачу налить чайку с коржиками, пускай снег, жрет, сволочь! — с жестокой иронией заметил третий напарник.

Лестиан поспешно отвернулся, пряча не менее жестокую гримасу, ох, если б только слабенькую, крохотную возможность, он бы им показал, круто повернул события в нужное русло.

— Гляди, по-моему, закипятился?..

— Так чего ждешь, давай разливай!

Забряцали кружками, зашуршали мешком, Лестиан чертыхаясь в душе, побрел к следующему шесту. Изверги! И после этого их еще не ненавидеть? Как после такого издевательства к пленному их любить и уважать? Жалеть?

Уже на полдороге, когда легкий, чуть намеченный ранним, зимним вечером сумрак стал накрывать окраины Дальнего Севера, Лестиан почувствовал нечто странное в сознании и донельзя знакомое. В глубине в самом сердце, а также горячей волной снизу живота, накатило необъяснимое ощущение отрезвляющего тепла, а вслед — невесомой легкости. Он парил на бескрайних просторах Свергилля, будто перина. Будто взлетающая ввысь и парящая в пучинах ветров легкокрылая птаха.

— Аллон всевышний, что это был-ло?!

— Похоже, в Ордене что-то стряслось?..

— Быстро свяжись с…

— А, демоны Вельвеллы, отражатели и щит глушат плетения!..

— Дуй за периметр, бегом! — скомандовал старший.

Так-так началась суета! К чему она?

— Эй, Лестор! Чего стал как вкопанный? Работай, давай! — отошел от костра и суеты один из магиков-надзирателей.

— Дух перевести… отдохнуть… — попробовал найти свой подход Лестиан.

— Чаго?! — Вылупился гневно аколит и гневно ступил пару шагов вперед для храбрости и испуга пленника. Но тут же натолкнулся на твердость лесторского духа, разом поник, осознав, насколько он беспомощен перед смиренным архимагом.

— Пару минут…

— А, — махнул рукой адепт и вернулся к костру.

Лестиан сплюнул в снег, затопал к дальнему шесту с камнем-отражателем на набалдашнике, чуть мерцающим в подступающих свинцовых сумерках. Небо затянутое грязно-серыми тучами — сплошным полотном. Ни одной звездочки. Ни луны. В такую ночь обычно на землю опускается непроглядная темень, а вместе с нею и зло. Но здесь среди снега, снежные барханы ловят даже слабые и рассеянные блики звезд и зеркалом отражают округу, окуная мир в полутона. Если враг и пойдет в наступление, возможно, они

и не прохлопают первых шеренг, — главное, чтобы вовремя отреагировал щит, а дальше, как повезет.

Лестиан присел за уступом, мелким, но хоть каким-то, ветер уже до аллергии надоел. Что за жизнь в этих землях? Сплошные и беспрерывные морозы. От них нет никакого спасения. Ни один ватник не спасает, а на нем…

Жалкие арестантские лохмотья и тонюсенькая куртка. Жест нахальной милости от лица надзирательской группы.

Интересно, что произошло в Ордене? Снова вырвались на свободу верльвы? Или локальный бунт вшивой партии? Тогда я им не завидую…

"Лести-иа-анн… Лести-и-ианн… Лестиан…"

Он слетел с корточек и приложился спиной к обледенелому куску камня. Тайный союзник! Неведомый помощник!

"Лестиан! Лестиан!"

Он с интересом проследил за метушней адептов: его не замечают или считают плененную персону контролированной, не источником опасности.

"ЛЕСТИАН!"

"Да, я вас слушаю?"

"Наконец-то, я до вас докричался!"

"Помогите мне!" — первым же делом начал с главного Лестор, тем более таинственный партнер еще в камере обещал помочь.

"Чудесно, вы все-таки вне стен ордена. Контакт более-менее налаживается…"

Что мне твой контакт, освобождай скорей!

"Вы сможете, Лестиан, снять оковы заклятий? Думаю, это не составит вам труда…"

"Сейчас? Одну минуту…"

Волна жара, очень схожая на ту, что потрясла не только его, но и адептов, накрыла его с головой, но теперь даря освобождение и свежее ощущение воли. Силы внутренних источников. Лестиан в тот же момент не задумался насколько легко и играючи смел неведомый помощник и освободитель, многосложные плетения с печатями Ордена. С какой бездумностью он исполнил просьбу Лестиана и отошел на второй план, предоставляя обретшему дар магу свободу действий.

Прилив энергии едва не свалил Лестора с ног, он во второй раз припечатался в нагретый жаром магии холм и с присвистом вдохнул воздуха. Воздух свободы!

— Эй, князек! Собираемся в Орден. Произошли непредвиденные обстоятельства…

— Можно полюбопытствовать какие? — с вкрадчивым сарказмом пошел в наступление бывший узник, медленно приближаясь к костру.

Наверное, адепты серьезно были увлечены проблемами: растерянные и оглушенные вестями из Вельвеллы, ибо на слегка завуалированное нахальство Лестиана лишь отреагировал один из магиков отряда. Новичок-адепт. Получивший, небось, вторую ступень совсем не давно.

— Ирвик, я вижу, погорячился, отдых вышиб тебе мозги! Жаль некогда тебе их вправлять, а то я…

Паренек не успел закончить, медленно приближающийся Лестиан точил заклинание умело, тонко, как были этому обучены высшие адепты и архимаги, как этому натренированы пропитанные сражениями и годами иерархи из Верховенства. Под ногами Лестиана начал топиться снег, а шесты с отражателями завибрировали, но даже на такие признаки молокосос и его дружки нисколечко не среагировали, а напрасно…

Мальчуган и рта не захлопнул, фразу не закончил — рубящее заклинание слетело с уст и сформировавшись в смертоносное жало рубануло адепта по горлу, магик захлебнулся кровью. Голова отлетела к костру и запрыгала на угольках, вздымая сноп искр. Двое из пятерки истошно заверещали. Остальные онемели просто от ужаса.