Марш Обреченных. Финал
Шрифт:
— Хорм! Хорм, свинья! Шуруй, давай, сюда! Помоги, господину Хлебчику, дотянуть арестантку до кареты, быстрее! Да быстрее же, сучья морда!
Хлебчик отряхиваясь и подозрительно обнюхивая себя, вышел из каменного мешка.
— Аллон побери, чем это воняет?
— Естественным запахом, Хлебчик, вы как, будто первый раз у меня! Кстати, не торопитесь? Можем выпить стаканчик вина. Что?! Я вас не понял? Не хотите, а зря.
— Мне уже пора в путь.
— Ну и шуруйте. Не забывайте про старину Топщика, хорошо?
— Постараюсь, — вымучено оскалился смотритель…
…Уже на улице, на холоде она кое-как пришла в себя от яркого света и на время ослепла, зажмурилась от боли, но получила очередную порцию тумаков
Она полетела на чье-то тело, лицом врезалась в чье-то колено, охнула и всхлипнула, получила в ответ тычок и скатилась в угол экипажа.
— Уберись от входа, а то задавят! Слышь, что говорю, отлезь в сторону!
Она покорно повиновалась.
Кряхтение, сморкание и покашливание.
Воняло похлеще, чем от нее.
— Ты кто?
— Эв-велин…
— Эвелин, — пробуя на вкус, повторила пустота. Свет из решетчатого оконца не доставал до залегших в темноте арестантов. Шлюха не могла с точностью определить, кто с ней разговаривал? Хрипловатый тон смазывал интонации.
Приглушенные голоса и свист. Кони дернули поводья, и карета тронулась с места. Они отправились в дорогу.
— Молись Эвелин, ты отправляешься в ад!
Родж заметил преследование три дня назад, после безумной схватки с ищейками. Его сумбурное бегство занесло в безлюдные кварталы, большая часть которых служила для Торговой Ассоциации под ангары и склады. С одной стороны подмастеру повезло, что он избежал многочисленных патрулей, а с другой — отыскать человека в заброшенных постройках для матерых ищеек — раз плюнуть! Сколько он мог прятаться без еды и питья? Два? Три дня? Организм еще очень слабый, еще не успел окрепнуть после гвардейского гостеприимства, а тут на тебе — свора из одной из Гильдий, устроили на них охоту, Родж до сих пор с содроганием вспоминал схватку с духом-ящером, как рубился с головорезами и пытался сам спастись и спасти бедняжку Эвелин. Судьба девчонки постоянно беспокоила его, и интересно было почему? Ведь, в конце концов, кто она ему такая? Случайный, перехожий человек, оказавший загнанному в угол парню помощь. Между ними не было даже тесной связи, тогда зачем о чем-то переживать? Брать лишний груз на плечи? Но то были лишь жалкие слова. Оправдания…
В душе Родж был совершено другим. Гибель мастера Сарма кардинально его изменила, заставила пересмотреть ценности жизни, беречь то, что имеешь, ведь он столько всего потерял. Неизвестность и утрата душили храмовника мифриловыми звеньями магической цепи. Он и теперь не смог заставить себя поверить в тот ужасающий сон, пришедший к нему по дороге в Мейдрин, ввергнуться в панику и пропасть горечи. А вдруг, он остался единственным воином Хизельмаша на Зоргане? Единственным потомком древних знаний и умений? Такая ответственность и ноша. Одно он сознавал с огромной ответственностью: любым способом избежать контактов с местной властью и бандитами, незамедлительно покинуть столицу и отправляться обратно на юг в Откосые горы. Собственноручно разузнать судьбу храма и опровергнуть пророчества кошмарных снов. Об этом он думал последующие дни скитаний, прячась в закоулках складов, между ангарами и административными помещениями, пока жажда и голод не вытолкнули его снова на улицу и, не забросила на торговые площадки, именно тогда подмастер Родж заприметил за собой "хвост", умелую слежку и тотчас попытался от нее избавиться. Хотя предчувствие говорило ему обратное: что-либо предпринимать и действовать давно поздно.
Родж попробовал запетлять ищеек
Он начал переживать, может, преследователи побоялись следовать за ним, или ждут, когда он сам высунет носа из этой дыры? Действия ихней стороны Роджу абсолютно не нравились. Изматывают? Уже что-то замышляют?
Подмастер продрог и устал держать в руках клинок, когда до его слуха долетели одинокие шажки, совсем не похожие на крадущиеся движения ищеек, а это еще кто? Неужели городской прохожий? Курьез дня!
Родж заметался, пряча за спиной сталь — и вовремя…
В проходе подворотни мелькнула сперва тень, бочкообразная, Родж подавил вздох облегчения, — все-таки прохожий. Человечек был богато одет, в шубе, подбитой горностаем, подпоясанный широким поясом. Гладко выбрит с маленькой меховой шапочкой на голове. На округлом лице — аккуратные усики. Физиономия ничем не особенная, как тысячи других физиономий, попадавшихся Роджу на улицах Мейдрина за эти дни, а вот глазенки, бегающие, подмастеру они не понравились сразу, и храмовник интуитивно выступил в боевую стойку. Лукавая улыбочка на жирном личике толстячка не прошла, а наоборот, потеплела и смазалась, зато заблестели холодно озорные глазенки.
— Ты молодец, опусти клинок, не переживай, мы тебе плохого не сделаем!
Ясно, он тоже из команды головорезов! Небось, самый главный у них?
Вжик! — меч Роджа рассек воздух, нацеливаясь гостю в пузо.
— Ну почему ты такой упертый? Или ты думаешь, что мы позволим тебе убивать безнаказанно своих людей?
Этот типок ровным счетом ему не нравился, хотя бы за то, что имел наглость хамить и угрожать, не имея при себе никакого оружия. Столичная выскочка! Родж машинально посильнее сжал эфес клинка.
— Говорю прямо и честно, тебя никто и пальцем не тронет, если ты спокойно спрячешь меч и пойдешь со мной! С тобой хотят поговорить — и все! Когда мы захотим лишить тебя жизни… — толстячок благожелательно усмехнулся ядовитой змеей: — мы тебе об этом скажем. Заранее. Ну, так как? Пойдешь сам или…
Или что? Есть у вас другие аргументы?
Храмовник оскалился волком, загнанным в самый угол.
Парламентер холодно развел руками, Родж не спуская с него внимательного взгляда, отошел, пропуская сподвижников в подворотню. О! А вот и старые знакомые! Серые личности. Шпионы. Следоки! Ну что ж голубчики, заходите, не стесняйтесь!
— Молодой человек, последний раз прошу, облагоразумтесь! Мы не желаем вам зла, идемте с нами по-хорошему!
Ха! Уже поверил! Сейчас же!..
Родж продолжал хранить каменное молчание и игнорировать визитера. Поудобнее занял позицию и принялся ждать, пока типки подойдут поближе. А те стали в пяти шагах от него, напряжено, с вызовом рассматривая. Ну, чего замерли? Вперед! Подходите, гады!
Он проспал легкое шевеление за своей спиной, понадеявшись, что его, прикрывает стена…
Звонкий хлопок и дуновение холодного сквозняка, в его шею впивается острая игла. Заваливаясь на бок, Родж недоуменно успевает осознать, насколько умело его провели. Яд?! Отрава?!